Малиника молчала, пытаясь совладать с собой и подобрать слова, но Маргарет сочла эту паузу в диалоге хорошим знаком и продолжила:

— Мы верим тебе, как наши предки верили Агате Беринг. И всем нам, людям Деревни, хотелось бы, чтобы ты не покидала нас на ночь. Для моей семьи будет честью принять тебя как гостью.

— Заболевшим помогают врачи и медицинское оборудование, а не мое присутствие.

Малиника старалась говорить вежливо, но в голосе сам собой зазвенел металл. На намерения Маргарет это никак не повлияло:

— Агата тоже не была врачом, но смогла защитить нас всех от гибельного влияния Ковчега!.. — В глазах женщины появился странный, нездоровый блеск, а на щеках проступили красные пятна.

Взгляд Малиники метнулся к датчику на запястье члена Совета Старших, но его скрывал длинный рукав.

— Она права, Маргарет. От ее присутствия мы здоровее не станем. — Олифер выдвинулся вперед, чтобы встать между женщинами, но напряженный разговор прервало жужжание планшета.

Ал-Каласади: Срочно проверь детей.

* * *

Деревня, 2550-07-23 13:26 по местному времени

— Опять только страусы, — раздосадованно буркнул Перси, разворачивая катер.

Несмотря на улучшенные модели, компьютер все равно ошибался. Вдобавок некоторые люди ушли с ездовыми и вьючными лепостричами, так что проверить требовалось еще несколько сотен объектов. Чтобы ускорить процесс, помимо распознающих моделей Джамиль запустил поиск аномалий. Одна из них как раз перед ним на экране: слишком горячее и для страуса, и для человека существо подходит к группе идущих через лес маленьких людей, контактирует с одним из них и возвращается в чащу. «И исчезает в ней».

— Давай по вот этим координатам, — скинул цифры пилоту.

— Принял, — подтвердил тот и снова поменял курс. Спрашивать, почему нужно лететь по координатам пустого места, Перси не стал. Угрюмая сосредоточенность Джамиля, такая нелепая в обычной жизни, была удивительно органичной в сложившейся ситуации, и ему хотелось довериться.

Катер завис над скальным выступом, из которого росло большое корявое дерево, обмотанное гирляндой лианы с большими желтыми цветами. «У лукоморья дуб зеленый, златая цепь на дубе том…» Пейзаж напомнил Перси иллюстрации к старым сказкам.

— Здесь негде сесть. — Компьютер показывал, что в окрестностях «дуба» нет ни людей, ни лепостричей, но пилот на всякий случай перелистал изображения с камер. — Дроны ничего интересного не видят.

— Я на тросе спущусь.

— Эй, у нас же нет десантного оборудования!

Джамиль не слушал, он закреплял трос вокруг одного из сидений. Завязал сложный узел. Подергал, проверяя надежность. Натянул на плечи рукава скафандра, застегнулся, надел шлем. Все — быстро и уверенно, словно он был рожден только для этого. Мартин восхищенно, во все глаза смотрел на эти приготовления.

Трек подозрительного объекта заканчивался прямо под огромным деревом. Толстые ветви, покрытые густыми пучками более тонких побегов. Серая кора. Странные, абсолютно круглые листья. Катер спустился как можно ниже, но до земли оставалось еще метров пятнадцать.

Вейвер спрыгнул на одну из ветвей. Присел. Внимательно посмотрел вниз. Ничего, кроме мельтешащих зеленых кругляшей. Дроны тем временем нисходящими спиралями покружили вокруг. Примитивные машинки с упрощенными сенсорами не обнаруживали объекты, на которые были настроены, а подлететь ближе из-за густой листвы не могли.

При таком плотном пологе спутник просто мог потерять объект слежения. Джамиль стиснул зубы. Он все равно проверит.

Выбрал следующую ветку, внизу и слева. Прыгнул. И еще. И еще.

Под деревом было темно. Почву покрывал толстый слой таких же кружков, только бурых. Опад оказался удивительно неплотным: ноги провалились в него почти до колен. Из-под ног вейвера с громким стрекотом вспорхнули большие зеленые кузнечики, у всех — по светящейся точке на конце каждого крыла.

Джамиль огляделся и заметил между огромных, ему по пояс, извивов корней полузаваленную листьями нору. Наклонился и стал обеими руками выгребать оттуда шуршащие кожистые кругляши. В норе что-то лежало. Дополненная реальность обрисовывала контуры, но Джамиль все равно включил фонарь.

Мальчик. Растрепанные кудряшки. Курносый нос. Круглые, что те листья, уши. Свернулся в клубочек. Умильно подложил руку под чумазую щеку. Кузнечик, сидевший на его другой щеке, яркого света не испугался, лишь задумчиво повел усами. Джамиль вынул из кармана стандартный датчик состояния и наклеил мальчику на лоб.

Открыл планшет. Набрал два предложения.

Датчик так и остался серым.

* * *

Деревня, 2550-07-23 14:21 по местному времени

Ал-Каласади: У меня здесь контактировавший с ними труп.

Малинике показалось, что она хлебнула жидкого азота и теперь все внутри у нее замерзает в мертвый, крохкий лед. «Говорите, что верите мне, да?»

— Необходимо срочно проверить всех вернувшихся вчера детей на предмет заражения.

— Но они же ни с кем из нас не общались! Лучше пусть спокойно побудут пока в Верином доме…

Голос Маргарет к концу фразы сошел на нет. Женщина пошатнулась. В ее глазах явственно читалось: «Что я несу?» Она медленно поднесла левое запястье к лицу. Удивленно уставилась на покрасневший индикатор, а затем стала плавно оседать на землю.

Малиника тут же шагнула к Маргарет, подхватила, помогла опуститься на землю. Женщина была вялой и очень тяжелой.

— Помоги мне, — Вязиницына бросила эту фразу Олиферу так легко, словно они были в одной команде.

— Нет.

Малиника в замешательстве обернулась.

О’Донохью стоял метрах в трех, лицо его вмиг посерело, а зрачки в почти белых глазах расширились, сделав их непривычно темными.

— Я… Я сейчас позову кого-нибудь, — сказал старик и быстрым шагом направился к дому.

Малиника уложила Маргарет в безопасную позу, прижала клипсу и вызвала полевой госпиталь.

* * *

Наземная база, 2550-07-23 12:31

Кевин защелкнул в паз последнюю лопасть дрона и с удовлетворением нажал на планшете кнопку автотестирования. Похожая на огромную стрекозу машинка мигнула диодами и, словно крыльями, зашевелила четырьмя сложными крыльями.

Все роботизированные линии сборки заняты на производстве реаниматоров, и выходило быстрей сварганить рой дронов вручную, чем городить еще один сборочный агрегат. Неожиданно такой подход поддержали психологи: три-четыре часа совместного физического труда в день поднимали дух и давали больше возможностей для социализации. Кевин же просто любил что-нибудь мастерить.

— Твоя очередь. — Пришедший с обеда Седзима сел перед Кевином и придвинул к себе пустой еще шар корпуса очередного летуна.

— Да, — Кевин помедлил еще секунду. Встал. — Да.

Появление в цехе его заместителя, Тадао Седзимы, означало, что для главного архитектора колонии сбор конструктора на сегодня закончился и пора возвращаться к административным функциям, ставшим после объявления эпидемии гнетуще рутинными. Большая часть производства была сосредоточена на медицинской аппаратуре и субстанционном обеспечении. Эти процессы были вылизаны до платоновской идеальности сотни лет назад, и все, что оставалось инженерам, — лишь добывать материалы и быстро переключать линии в зависимости от поступавших от медиков запросов. Кевин цыкнул. Обеспечить вовремя их все никак не получалось. «Зато пообедаю с Зухрой!»

Он подошел к столу, за которым работала девушка. Та тоже закончила собирать свой дрон и грустно смотрела, как он помигивал диодами, настраиваясь на первый полет. Зухра тяжело вздохнула.

— Знаешь, это мог быть робот-уборщик. Или прокладчик коммуникаций. Или даже компьютерный модуль сборочного агрегата. Но это дрон.

— Нам все равно требовался рой. — Кевин тоже наблюдал, как аппарат сворачивал свои крылья в сложные четырехлепестковые цветы, проверяя механику. Отчего-то встретиться с любимой взглядом было страшно. — Месяцем раньше, месяцем позже.