Под крылом расстилалось бескрайнее море зелени – леса и поля на огромной скорости сливались в единый колышущийся океан. Мы с Артасом проносились над редкими поселениями, едва замечая их. Мой друг то и дело замедлял полёт, замирая в напряжённом ожидании, словно ловил едва уловимый след в потоках воздуха, а затем вновь срывался вперед. Я следовал за ним словно тень.

Наконец Артас пошёл на снижение, и сквозь густую листву проступили серые, изъеденные временем камни старого замка. Руины дышали запустением, но у самого входа к покосившейся ограде были привязаны две лошади. Животные нервно переступали с ноги на ногу, почуяв приближение дракона.

Магический фон внутри замка заставил меня замереть. Воздух вибрировал от знакомых всплесков, которые невозможно было спутать ни с чем другим – тонкие, рваные нити силы, принадлежавшие только ей. Сердце сделало кульбит.

Я не стал искать вход – ярость и тревога затмевали разум и требовали немедленного действия. Моя любимая там, внутри. Я должен спасти её!

Драконье пламя вырвалось из моего горла, опаляя древнюю стену и пропитанный сыростью камень под жаром мгновенно раскалился, наливаясь зловещим красным цветом. Я подался вперед и с силой ударил рогами – кладка не выдержала, с грохотом рассыпавшись и в пролом хлынули обломки, застилая всё вокруг плотной серой пылью.

Я рванул внутрь, рыча и снося всё на пути – стены трещали и лопались под натиском моего тела. Ноздри забивала пыль, смешанная с едким запахом запретной магии. Мой яростный рык сотряс своды, заставляя остатки потолка обвалиться вниз, но я не обращал на это внимания. В этот миг существовало только одно – хрупкая фигура, замершая среди каменных руин.

В нескольких шагах от алтаря стоял Могрейн, а ближе к выходу замерла пропавшая горничная Динара. Одним мощным ударом лапы я отшвырнул ближайшего из них в сторону, чувствуя, как в груди клокочет расплавленный гнев. Они посмели коснуться её, посмели запереть её в этом гнилом месте!

Приблизившись к Лине, я почувствовал её слабый ритм сердца – сбивчивый, едва ощутимый. Её кожа была бледной, почти прозрачной, а руки безвольно лежали на холодном камне. Ярость сменилась липким страхом. Я осторожно поддел её плечо носом, стараясь не причинить боли, и тихо зарычал, призывая её очнуться. “Ну же, открой глаза!” Но принцесса была без сознания.

Я обернулся к тем, кто замер в тени и в моих глазах с новой силой вспыхнуло истинное пламя. Сердце сжалось от осознания того, что они могли сделать с ней нечто непоправимое. Нечто ужасное. Я превращу этих людей и этот замок в пепел!

Подавляя рычание, я принял человеческий облик и шагнул вперед по осколкам камня, чувствуя, как остатки драконьего огня всё еще обжигают горло.

Могрейн попытался подняться с пола, хватаясь за обломок колонны. Его лицо исказилось от ужаса, когда он увидел меня – не огромного зверя, а мужчину с глазами, в которых все еще плясали золотые искры. Он что-то пробормотал, но я не стал слушать. Мой взгляд был прикован к Динаре, которая в этот момент попыталась броситься к выходу.

Я оказался рядом с ней мгновенно. Хватка пальцев за её плечо была слишком крепкой, ведь сдерживать силу сейчас было слишком сложно. Динара вскрикнула и попыталась вырваться, но я прижал её к стене, заставляя посмотреть мне в лицо.

— Ты не уйдешь отсюда, — прошипел я, и в моем голосе проступил низкий рокот, от которого Динара задрожала. — Говори, что вы с ней сделали?

Она пыталась что-то ответить, но слова застревали у неё в горле. Я видел, как страх парализует её, и это только усилило мое раздражение. Каждое мгновение, проведенное здесь, могло стоить Лине жизни.

— Отвечай! — я встряхнул девушку, теряя терпение.

Могрейн не вмешивался – он попытался тихо выскользнуть в пролом в стене. Однако путь ему преградил Артас. Конь фыркнул, и расправив крылья угрожающе забил копытом.

Динара так и не проронила ни слова, однако я увидел как рука её разжалась и на пол со звоном упал золотой браслет.

Я быстро наклонился и схватил украшение, прежде чем оно успело скрыться в расщелинах пола. Металл обжигал пальцы, и в тот же миг я ощутил знакомое, пульсирующее эхо. Магия, которая принадлежала Лине, всё ещё была в этом предмете, но теперь она была искажена, отравлена запретной магией.

Подняв взгляд на Могрейна, я увидел в его глазах смесь отчаяния и жадности. Он больше не пытался сбежать – теперь он просто ждал, понимая, что для него всё кончено. Динара же стояла неподвижно, её лицо было белым и лишённым всяких эмоций.

— Ты думал, что сможешь забрать её силу себе? — голос мой звучал глухо, почти чуждо даже для самого меня. — Ты даже не представляешь, какая мощь скрыта в ней.

Я подошел к Лине и осторожно положил браслет рядом с её рукой. В этот момент она шевельнулась, её ресницы дрогнули, и на мгновение в комнате стало тихо. Я затаил дыхание, глядя на её бледные губы.

Лина открыла глаза, но в них не было прежнего света. Она смотрела на меня пустым, отсутствующим взглядом, словно видела что-то далеко за пределами этого разрушенного зала. Когда её рука медленно коснулась золотого браслета, по комнате прошла волна холода, и я невольно отступил на шаг назад.

Могрейн внезапно усмехнулся – коротко и сухо.

— Ты спас её тело, Терон, — произнес он, поднимаясь с пола. — Но уверен ли ты, что вернул её душу?

Солнечный свет, пробивавшийся сквозь лёгкие шторы, казался слишком ярким и резким. Я с трудом разлепила веки, чувствуя, как в голове пульсирует глухая, изматывающая боль. Тело казалось чужим и невероятно тяжёлым, словно в мои кости залили свинец, а мышцы превратились в камень. Осмотревшись я поняла, что бывала уже здесь – место было очень знакомо. Выделенные мне покои в Изумрудном дворце. Только как я тут оказалась?

Память возвращалась обрывками, всплывая из мутной глубины, и с каждым новым воспоминанием сердце сжималось от ужаса. Алтарь, вспышки магического огня, яростный взгляд Могрейна. И Динара... её предательство было самым горьким ударом. Та, кому я доверяла, кто была рядом в самые трудные минуты, всё это время водила всех нас за нос. Она не была пешкой в его руках, а сама разыгрывала свою партию, используя нас обоих как инструменты в своей собственной игре.

А затем разрушенная стена и тень.

Я медленно села на кровати, обхватив себя руками и попыталась собраться с мыслями. Браслет исчез – вместе с ним ушло и то странное чувство, которое преследовало меня с момента его появления на моем запястье. Я чувствовала, что магия вернулась, но теперь она ощущалась иначе: более глубокой, осознанной и... опасной? Я больше не была той наивной рыжей девушкой, которая просто пыталась найти своё место в этом мире.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. В следующий миг дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Терон. Он выглядел уставшим, а взгляд – обычно уверенный и спокойный, сейчас казался встревоженным и воспалённым, как будто от бессонницы. Однако, увидев меня бодрствующей, лицо просветлело, а в его глазах блеснул знакомый тёплый свет.

— Ты пришла в себя, — негромко сказал он, подходя ближе.

— Как я здесь оказалась? Что произошло с Могрейном? Где Динара? — у меня было море вопросов и они сразу посыпались как из рога изобилия.

Терон присел на край кровати, взял мою руку в свою и сжал пальцы с необычайной силой, словно боялся, что я исчезну. — Всё закончилось. Динара... Она хотела забрать всю силу себе. Могрейн слишком поздно понял, что его верная помощница переиграла его. Она была не просто частью Ордена Свободы, она была его тайным лидером, и использовала твоего дядю в своих целях.

Я молчала, переваривая его слова и чувствуя, как магия течёт по моим венам, вернувшись туда, где ей и полагалось быть. Какое прекрасное ощущение целостности…

— Я успел перехватить её прежде, чем она смогла покинуть старый замок, — продолжил Терон. — Магия рубинового дракона слишком нестабильна для того, кто не принадлежит к твоему роду. Браслет был лишь временным хранилищем, стоило Динаре попытаться поглотить его содержимое – произошёл бы выброс. Она не смогла бы удержать этот поток... Тёмная магия не просто так под запретом в нашем мире.