— Не все три?

— Первое ещё частично функционирует.

Заряд лазерного органа снова начал падать. Пятнадцать. Четырнадцать. Призменные блохи пока не возвращались. Плохо.

Посмотрел на иглу, которая всё ещё сидела в нервном узле животины. Надо её извлечь. А для этого нужно подойти к передней части Змея. Туда, куда чужой оператор очень хотел меня подвести.

— Активность вокруг?

— Три слабых механических сигнатуры в правой стене. Расстояние от восьми до пятнадцати метров.

— Ещё дроны?

— Возможно.

Усмехнулся:

— Вот теперь точно похоже на «Венец».

Отжал проводящую ленту от кожи и закрепил её механическим зажимом. Нога оставалась на контакте ещё две секунды.

Лазерный заряд не вырос. Убрал ногу — контур держит. Хоть что-то «приятное».

Медленно и с неохотой подобрался к игле, впившейся в Змея. Стекольщики так и не появились — их явно пугала активность чужого устройства. Маленькие тела прятались между слоями кожи подальше от опасного органа, в котором они чуяли непогашенный заряд.

— Нервная активность двадцать четыре процента выше плато.

— Предел?

— При тридцати пяти вероятно восстановление координированной реакции.

— Значит, у нас осталось одиннадцать.

Игла вошла неглубоко. Тонкая, с четырьмя контактами на конце. Электростимулятор.

Приготовил экстрактор, и в этот момент правая стена раскрылась. Две кварцевые пластины просто разошлись по старому шву. Между ними появился объект размером с человеческий торс. Не человек, ещё один аппарат, но уже не хирургический.

Шесть опор, тяжёлый центральный корпус и складная манипуляторная рама. На раме висел цилиндрический контейнер длиной около метра.

— Экстракционный модуль, — сказал Архивариус.

— Для органа.

— Размер соответствует.

Он ждал за стеной всё это время, пока маленькие машины заставляли меня держать Змея спокойным. Хорошая работа.

Модуль поставил две опоры на кварц. Манипулятор начал вытягиваться в сторону животного.

Зажал и выдернул стимулирующую иглу. Змей дёрнулся сразу всем телом. Моя контейнерная оболочка натянулась.

— Нервная активность тридцать один! — обеспокоенно просигнализировал ИИ-помощник.

— Заряд?

— Семнадцать и растёт!

Экстракционный модуль ускорился, и мне пришлось закинуть извлечённую иглу в карман и встать между ним и Змеем.

Глупо, но расстояние уже не оставляло места для умных решений. Модуль остановился в метре. На его передней панели раскрылся защитный экран — щит от биологических жидкостей и случайного разряда.

Они действительно пришли забрать интересующее их.

«Последнее предупреждение» — пришло новое сообщение от неизвестного.

— Ты уже говорил.

«Тогда последнее для меня…» — манипулятор тронулся вперёд.

Выстрел. Четвёртая кинетическая игла ударила в правый шарнир рамы. Металл дёрнулся. Экстрактор не остановился.

— Две кинетики, — Арх продолжил подсчёт остатка, пока я коротким прыжком на «стену» уходил от столкновения с «железякой».

Правый механический глаз позволил быстро сориентироваться и сделать новый выстрел.

Пятая игла вошла в левую опору модуля. Её заклинило. Машина накренилась.

— Один кинетический.

— Не напоминай.

Манипулятор всё равно дотянулся до Змея. На его конце раскрылось кольцо изоляции. Оно легло на оптическую пластину над лазерным органом.

— Контакт! — предупредил ИИ.

Змей дёрнул головой.

— Лазерный заряд двадцать четыре.

Контейнерный контур попытался отвести энергию, но чужое кольцо полностью изолировало участок.

— Двадцать семь. Тридцать, — Арх невольно нагонял паники. — Они отрезали путь сброса энергии.

— Понимаю.

Экстракционный модуль начал разворачивать режущую мембрану. Если она войдёт в кожу, у меня будет две проблемы.

Первая — контракт. Вторая — живое животное, которому начнут вырезать орган в сознании или без него. И я не знаю, какая хуже?

— «Узда»?

— Высокий риск прохождения разряда через ткани Змея.

— «Отдача»?

— Рабочий газ ограничен.

— Значит, один короткий.

Раскрыл «Вдову». Целился не в машину, а в кварц под его исправной опорой.

— «Отдача»! — газовый импульс ударил в стену.

Модуль потерял опору и полетел боком. Изоляционное кольцо осталось на Змее, связанное с дроном тонкой «верёвкой».

Манипулятор натянулся. Режущая мембрана вошла в кожу на миллиметр.

— Заряд тридцать четыре! — уведомил Арх.

Я снова прыгнул. Механическая нога оттолкнулась от кварца сильнее человеческой, поэтому меня начало разворачивать в полёте. Рукой поймал связующую нить, которая оказалась довольно прочной — пакет проводов и силовых волокон в защитной обмотке.

Мотнул её на инструментальный захват и дёрнул всем корпусом. Экстракционный модуль развернуло. Кольцо на Змее сдвинулось. Мембрана вышла из кожи.

— Тридцать шесть процентов заряда.

— Сброс?

— Контур восстанавливается частично.

Увидел повреждённую направляющую станины, она лежала рядом. Треснувшая, бесполезная для перевозки, зато длинная и металлическая.

Схватил её левой рукой и засунул между изоляционным кольцом и пластиной Змея. Край скользнул прямо по «коже».

— Риск повреждения оптической ткани!

— Знаю.

Поддел кольцо, оно не поддалось. Экстракционный модуль включил лебёдку, нить натянулась, станина выгнулась. Старая трещина раскрылась ещё на десять сантиметров.

— Направляющая разрушается.

— Она давно об этом мечтала.

Нажал сильнее, кольцо порвалось. Вместе с ним сошёл тонкий верхний слой контейнерной оболочки.

Чужой дрон полетел к стене, а станина сломалась пополам. Один обломок остался у меня в руке. Второй медленно поплыл к «потолку».

— Полевая станина непригодна к дальнейшему использованию.

— Наконец-то точная диагностика, — усмехнулся я.

— Заряд тридцать восемь. Путь сброса открылся. Тридцать семь. Тридцать пять. Тридцать три, — Арх следил за опасным органом.

Но нервная активность продолжала расти. Змей начал просыпаться. Передняя пластина поднялась. На этот раз не рефлекторно. Она медленно повернулась к источнику вибрации. К экстракционному модулю, который ударился о стену и пытался восстановить соединение с породой, проскребя опорой по камню.

— Сознательная реакция возвращается, — сказал Архивариус.

— Насколько?

— Недостаточно для полной координации. Достаточно для очень плохих решений.

Неизвестный канал ожил снова:

«Отойдите. Сейчас он убьёт вас первым»

— Может быть.

«Мы хотя бы получим орган»

— Это ты называешь хорошей математикой?

«Это я называю полной мерой»

Вот теперь сомнений не осталось. Брокк-Тар. Капитан перерабатывающего судна «Полная Мера». Архивариус мгновенно поднял вероятность до девяноста двух процентов.

Отвечать «собеседнику» не стал. У меня был один кинетический боеприпас. Два шоковых. Две неактивированные парализующие кассеты в «Телескопе». И семь целых шесть десятых тонны животного, которое начинало вспоминать, почему не любит вибрацию, и тех, кто её создаёт…

Экстракционный модуль смог «встать» на одну опору. Его манипулятор снова поднялся. Я навёл «Шёпот» на силовой провод, уходящий в трещину стены.

Выстрелил шестой — последней — кинетической иглой. Перебил провод и модуль замер.

— Кинетические боеприпасы израсходованы.

— Вот теперь можешь напоминать, — вздохнул в ответ.

Экстракционный модуль перешёл в автономный режим. Манипулятор дрогнул и начал складываться. Хорошо.

Плохо было другое. Змей поднял голову ещё на двадцать сантиметров.

— Заряд тридцать один. Нервная активность тридцать восемь выше плато.

— Поддерживающая смесь.

— Она не является полным антидотом или дополнительным седативом.

— Я знаю, что она не делает. Что делает?

— Снижает метаболический стресс, стабилизирует циркуляцию и уменьшает вероятность судорожного ответа.