Ага. И император в этом году решил провести эксперимент, додумываю я. По исправлению стиля мышления у некоторых детишек. Класс.

Да, да… Вне самого сомнения исправятся. Некоторые. Если живы останутся.

В этом ключе я и высказался.

Резников откровенно заржал и смеялся минуты две.

— За кого ты нас принимаешь? — сказал он, вытирая платком выступившие слезы. — За злодеев? Выкинуть в пустоши пару сотен детей на поживу тварям?

— А что? Не выкинете?

— Разумеется пошлем. Но! Пошлем тех, у кого к тому моменту будет второй ранг и под надзором опытных наставников! Не сахар, конечно, но будет полегче.

— Тогда какой смысл?

— Смысл, отрок, очевиден. Ничто так не колобродит дерьмо, как ложка дрожжей. Информация о практике и есть та самая ложка. Сейчас посмотрим, кто возьмется за ум, а кто будет искать пути избежать практики. Империи нужны сильные маги, а не инертная масса. Давно было пора изменять условия обучения.

Хм… Если честно, то меня большое сомнение берет в эффективности того, что он мне сказал. Но здравое зерно в этом плане было.

— Если ты закончил переживать насчет сокурсников, то продолжим. Тот каст, который ты сделал, это основа всего. С завтрашнего дня будешь под руководством Алевтины Петровны, осваивать огненные техники с прямым воздействием на стихию. Это, во-первых, даст тебе выигрыш в скорости, а во-вторых — преимущество перед противником, который никак не ожидает подобной прыти от первокурсника.

Это уж точно! Хотя, по большому счету эффект неожиданности может быть только один раз. Главное его применить в нужном месте и в нужное время.

— Теперь усложним задачу. — Резников поднял руки и передо мной с тихим шипением выросли три песчаных столба. — До мишеней четыре метра. Вызови воздушный резак и попытайся поразить одну из них.

— Какую?

— Все равно. Какую хочешь.

Я попытался. Да.

Вызвал у себя на ладони воздушный клинок. Замахнулся и кинул. Как метательный нож.

Вжу-у-ух… С тихим шелестом резак расколол столб, осевший грудой песка. Следом осел и я. Ноги стали ватными и непослушными. Закружилась голова.

Очнулся я на песке, когда Резников вливал мне в рот какое-то мерзкое снадобье.

— Очнулся? — Он усмехнулся. — Лежи… Лежи… У тебя опустошился источник. Ты на самой грани выгорания. Зелье что ты сейчас пьешь восстановит энергию в твоем теле, но на это надо минут пять.

Вот это да. Так плохо я себя чувствовал после боя с синоби в лесу. Я скосил глаза себе на живот. Точно… Та же серая тряпочка вокруг ядра, но в отличии от прошлого раза к ней сбегаются зеленые муравьи энергии из каналов.

Действительно, минуты через три у меня прошло головокружение, а через пять я смог подняться под одобрительным взглядом Резникова. Источник к тому времени заполнился наполовину, и продолжал наполнятся на глазах. Заметив мой взгляд на живот, наставник пояснил:

— Как я уже говорил, свою силу и мощь ты можешь временно увеличить при помощи алхимии. Например эта склянка — вытяжка из тела единорогого упыря с мертвых пустошей. Она позволяет твой организм ускоренно наполнять источник энергией. Действие этого препарата где-то час, в течение которого твой источник будет полон, но затем тебе надо поесть, иначе свалишься уже от голода и бессилия.

Знать бы, что это за единорогий упырь. Его название уже звучало нехорошо и опасно. Но, то, что существуют магические допинги требуют пересмотра стратегии магических сражений. Нажрется твой противник такого, и станет танком на час а ты с голыми руками против него. Впрочем, я утрирую.

— Зелья и вытяжки бывают разные, — продолжал лекцию Резников. — Бывают такие, что восстанавливают энергетику источника. Бывают расширяющие каналы и соответственно мощь. Бывают временно увеличивающие источник. Подробней о них, почитаешь в библиотеке. Название трудов я тебе дам.

О как. Это значит можно временно поднять ранг⁈ Например, с моего четвертого до пятого?

— Наставник, значит можно поднять ранг выпив такое зелье?

— Можно, — кивнул головой архимаг. — Но все зависит от текущего ранга выпившего и от ранга зелья. Например, что поднять твой ранг до следующего уровня, надо выпить зелье шестого ранга, но фактически, это не имеет смысла.

— Почему?

— Потому что, отрок, все имеет свою цену. И я не говорю о цене за флакон такого зелья в золоте, хотя она и дорога, я имею в виду, то, что после часа нахождения на другом ранге, ты будешь инвалидом в течении недели. Без магии. Так что мне сложно сейчас представить такую ситуацию, когда бы это имело бы для тебя практический смысл.

Я отметил, что он оговорился «для тебя». Да и если подумать, то можно найти «для чего оно надо». Хотя бы для ультимативного превосходства над соперником в той же дуэли если она неизбежна и твой противник гораздо выше рангом. Тут уж выбирать не приходится. Либо ты живешь дальше победив, либо… Но инвалидом не хотелось бы становится, уж больно я за несколько месяцев привык к наличию у меня магии.

— Для тебя, Демидов, сейчас это не имеет практического смысла, — повторил Резников, глядя, как я растираю грудь ладонью. — Пока не имеет. Зелье— это вовсе не козырь. Это петля на шее, которую ты сам на себя накинешь. Запомнил?

У меня что, на лице мысли написаны?

— Запомнил.

— Хорошо. Тогда вставай. Час ещё не прошёл, будешь тренироваться пока действие вытяжки не закончится.

О да. Это всегда пожалуйста. Тренировкам я рад. Однако, чтобы снова не валятся на песке…

— Мия! Ты можешь вывести у меня перед глазами шкалу наполненности источника?

— Конечно могу. Выполнено!

У меня перед глазами появилась серая шкала где-то на половину залитая синим.

— Просто отлично. Сделай еще процент наполненности.

Справа появилась цифра пятьдесят восемь, которое тут же сменилось на пятьдесят девять. Отлично. Если есть такая возможность, то почему бы не воспользоваться. Почему я раньше так не сделал⁈ Ведь идея-то лежит на поверхности. Если Мия контролирует функции моего тела, то грех эти не воспользоваться.

Я мысленно потер руки в предвкушении новшеств, которые я сделаю чуть позже.

Так… Теперь повоюем!

— Усложню тебе задачу. — Резников сделал жест рукой, словно что-то поднимая и на его движение опять встали из песка три столба метрах в десяти от меня. — Атакуй при помощи воздушно лезвия и файербола. Сначала огонь, потом воздух. Все три мишени по очереди.

С другого конца полигона донёсся смех Разумовской. Короткий, злой и довольный. Значит, девчонки тоже не скучали.

Я покосился туда.

Аня стояла в стойке, которую я видел у неё ещё в лесу, по дороге из Новоиста: низко, вес на передней ноге, плечи развёрнуты. Только вместо клинка у неё на ладони дрожал огненный язычок — маленький, злой, ровный. Лена рядом держала воздушный шар, ставший видимым

Разумовская ходила вокруг них, как ястреб вокруг цыплят. Хотя нет. Как ястреб вокруг двух молодых ястребов, которых она собралась сделать убийцами.

— Держи, Троекурова! Держи! Огонь — не свечка, воздух — не веер для кокетства! Кроткая, сожми язычок! Меньше! Ещё! Чтобы жёг, а не освещал тебе дорожку к нужнику!

Аня сжала. Язычок стал с ноготь. Белый на кончике.

— Вот! — обрадовалась старушка. — Теперь можно и в глаз кому надо.

Она заметила мой взгляд и махнула рукой. Мол занимайся со своим наставником. Не отвлекай.

— Демидов! — Окликнул меня Резников. — Долго я ждать буду?

Я вздохнул. Ну, поехали…

Правая рука — огонь…Левая — воздух…

Правая рука — огонь…Левая — воздух…

Правая рука — огонь…Левая — воздух…

Я лежал на песке. Опять. Но, хоть сознание не терял и наслаждался ничего неделаньем. За не полный час, этот изверг Резников нещадно гонял меня. Снова и снова требовал делать боевые касты. Менял мишени. Делал их движущимися. Заставлял кастовать на скорость в движении.