— Конечно за оставшееся время некоторые поднимут свой уровень и ранг. Принцесса, ты и Аня для меня темные лошадки. Ты, судя по последней дуэли, сильно поднял свой ранг. У королевского семейства Чины свои методы подъема уровня, и я уверен, что у нее уже не тот ранг что был у Царь-камня. Но вы, по большому счету, в общей способности вести групповой бой, не играете никакой роли. Не ноль, нет. Но при атаке большой стаи тварей, что в общем-то не редкость там, вы втроем не сможете удержать линию обороны. Согласен?

Я снова кивнул. И здесь в целом он прав. Если нас, весь курс, прямо сейчас выкинут в Мертвые пустоши, то на жизнь большинства студентов я не дам и ломаного гроша. К радости, выкинут не сейчас. Все-таки время у меня есть, и я постараюсь сделать из этого стада, вполне себе боевой отряд. Странно, что Разумовская не сказала мне, что третий курс будет совместно с нами проходить практику и будет ли. Возможно, что это всего лишь измышления Карамзина, правда не лишенные логики, а может и нет. По идее, раз два курса будут проходить практику, то логичнее с точки рения обывателя направить их в одно место. Народу больше и выживаемость студентов в таком случае должна быть больше.

Так?

Так да не так. Если исходить из текущих условий, озвученных Андреем, то для обеих курсов уровень выживаемости будет не сильно отличен от нуля.

— Согласен с тобой и мне хотелось бы обстоятельно переговорить на эту тему попозже. Я вижу здесь сразу несколько вариантов.

— Даже несколько? — хмыкнул княжич. — Хочу послушать все. В принципе сегодня вечером можно поговорить. В моем доме или в таверне, как скажешь. Приглашаю тебя с твоими невестами поужинать, заодно и поговорим. Роман, тебя приглашаю тоже. Но сейчас, давайте займемся тем, зачем меня позвали.

Он остановился у двустворчатых дверей лазарета и постучал.

Карамзин остановился у двустворчатых дверей лазарета, постучал и не дожидаясь ответа, вошел.

Я по словам Лены здесь уже был. После того как потерял сознание у Царь-камня. Но, я тогда находился в беспамятстве и сейчас смог наконец-то оценить лазарет Академии.

Ну что могу сказать… весьма и весьма неплохо. По крайней мере по сравнению с той же Императорской больницей, это помещение выигрывало в помпезности. Хотя, лично на мой взгляд, больница должна выглядеть как больница. Без излишнего шика, хотя шикарный паркет из дуба и панели из него же на стенах, выглядели шикарно. Признаю.

Собственно этот лазарет, выглядел близнецом-братом с подобным помещением в приюте. Но если тот был нищенкой с окраины, то этот был лоснящимся толстосумом.

Четыре больших и застеленных шелком кровати отделенных ширмами с красивыми рисунками. Столики красного дерева у каждой кровати с фруктовыми вазами. Картины с богатыми рамами на стенах.

За крайними ширмами — богатый кабинет с несколькими книжными шкафами и одним шкафом с многочисленными стеклянными пузырьками разных форм и размеров. Перед всем этим богатством находился стол и массивное кресло. Оба пустые. Судя по всему, дежурящий маг жизни вышел по необходимости. Но, собственно, интересовал нас не он, а три нами побитых гаврика, которые сидели сейчас на кроватях открывши рот.

— Эти? — Карамзин вопросительно посмотрел на меня.

Я кивнул. Эти.

— Ну что-ж… — Он повернулся обратно к ним. Оправил одежду. — Я староста третьего курса, княжич Карамзин Андрей Викторович. Приглашен сюда, чтобы засвидетельствовать официальный вызов на дуэль со стороны графа Демидова Алексея Владимировича, студента первого курса магической Академии!

Он говорил ровно. Спокойно глядел на троих ублюдков. Но от его слов у них почему-то бледнели лица.

Затем, то же самое сказал и Роман Силаковский. После того, как он произнес свою официальную речь, бледные личики уставились на меня в ожидании.

— Я, граф Демидов Алексей Владимирович, студент первого курса, вызываю на дуэль присутствующих здесь передо мной, троих студентов Академии, оскорбивших мою невесту, а следовательно, и меня. Магия и меч. Бой до смерти одной из сторон.

Главный говнюк побледней еще сильнее, но при этом по его губам скользнула чуть заметная усмешка. Типа — ну вот ты и попался. Тем не менее он не оставил мои слова без ответа.

— Я, виконт Подберезный Виктор Александрович, студент первого курса Академии, принимаю Ваш вызов. — Он склонил голову в подтверждение своих слов.

Затем высказались двое его подпевал:

— Я, Никиморов Сергей Владимирович, студент первого курса Академии, принимаю Ваш вызов.

— Я, Рязанов Николай Игоревич, студент первого курса Академии, принимаю Ваш вызов.

Честно говоря, я был в легком недоумении. Все трое ублюдков, огневики. Со вторым рангом. А у меня официально уже третий, неофициально четвертый. Выходить им против меня, все равно что трехколесному велосипеду против асфальтоукладочного катка. Раздавлю и не поморщусь. Что за бред? Все их поведение это нонсенс. Разве что они планируют выставить замену. Но кого? Кого-то со старших курсов?

Я посмотрел на них. Сам Подберезный, сидел на кровати с торсом туго замотанным бинтом. Рязанов — с убитым видом и перевязанным горлом. Никиморов — со сломанными руками в гипсе.

А вот тут я не понял.

В гипсе! Словно у Академии не осталось сильных магов жизни, способных срастить перелом за считанные, если не минуты, то часы.

Понятно.

Все понятно.

И их поведение, и отсутствие дежурного мага в лазарете. Не удивлюсь, если поверенный отца главного говнюка уже перед дверями Академии. Но, я чуть-чуть ошибся. Совсем капельку.

Подберезный достал из кармана брюк артефакт, сжал его и дождавшись ответа, сказал:

— Отец, мне объявили дуэль…

— Кто? — грозный голос на той стороне. — Наверное это ублюдок Демидов?

А вот за эти слова, можно и его на дуэль вызвать. Тем более сказанных при свиделях. Судя по всему, Карамзин считает также, потому что на эти слова посмотрел на меня, подмигнул и усмехнулся.

— Да-да Демидов… — Пролепетал говнюк, краем глаза смотря на пантомиму княжича.

— Он только тебя вызвал?

— Нет, не только. Еще и моих друзей. Никиморова и Рязонова.

— Условия дуэли?

— Дуэль до смерти одной из сторон. Магия и меч.

— Понятно, — бросил ровный голос. — Где ты сейчас?

— В лазарете. Демидов тоже здесь.

— Отлично. Тогда сейчас я иду к вам. Дождитесь.

Я тихо рассмеялся.

Ну надо же как удачно-то все совпало. Я мысленно поаплодировал за хорошую режиссуру. Демонстративно достал часы и не обращая внимания на удивленные глаза своих друзей, посмотрел на циферблат. Интересно, за сколько времени дойдет?

Я ставлю на пять минут.

Одна… Две… Три…

Проиграл самому себе.

Отец главного говнюка открыл двери в лазарет через три минуты с четвертью. Хотя открыл это слишком слабо сказано.

Двери содрогнулись и распахнулись настежь словно от богатырского пинка. Собственно, так оно скорее всего и было. Тучный мужик, который влетел в помещении лазарета, бросился к Подберезному со словами:

— Как ты мой сыночек⁈

Не обращая внимания на наше присутствие, он подскочил к говнюку и обнял его.

— Что болит?… Грудь?… Сломаны ребра?… Какой кошмар!!!… А у твоих друзей?

Какая игра одного актера! Слез еще не хватает и прилюдного лобызание «сыночка». Станиславский, наверное, поверил бы. Может быть. Я нет.

Следом за графом Подберезным, в лазарет вошли еще трое. Один, судя по одеянию и зеленому свечению источника, был как раз дежурный маг жизни. Второй — суховатый старикашка, с длинной козлиной бородкой и крысиным лицом. Судя по кожаной папке с бумагами, которую он держал в руках — поверенный рода. А вот третий… Третий был весьма любопытен.

Две стихии — огонь и воздух. Судя по шрамам на лице и выправке — предполагаю, что бывший армейский боевой маг. Но самое интересное его ранг. Шестой. Гранд-магистр. И судя по размерам его источника, балансирует на самой грани с архимагом. Как Разумовская.