— А я, значит, размножаться буду.

— Теперь да. Тебе сколько лет? И в планах у тебя до сих пор нет семьи, детей, а значит, мы с папой не дождемся внуков, так и уйдем в могилу одинокими.

— Сразу оба? Знаешь, мама, я не готов провожать вас неизвестно куда.

— Тогда ты должен прийти на юбилей с девушкой, — выносит свой вердикт мама. — Или можешь не приходить, чтобы не портить нам настроение.

— О как, ничего себе ультиматум. Хорошо, не приду, — встаю из-за стола, допивая кофе. — Раз вы так хотите, надеюсь, без моего присутствия ваш праздник будет лучше.

— Не сомневаюсь, — сердито поджимает губы мама. — Спасибо за цветы, но лучше внука мне подари.

— Хватит, мама. Если при каждом моем визите ты будешь заводить такой разговор, мы будем видеться реже.

— Я согласна, может, тогда ты поймешь, что в нашем с отцом возрасте ожидание неприемлемо.

— Да чтоб вас! — тихо выругиваюсь и не попрощавшись, ухожу из оранжереи злой как черт.

А во всем виновата Васильева. Вынудила меня подарить ей букет, который заметили все. Если бы не одна, я бы и не думал выделять ее из других женщин. Подумаешь, 101 розу ей подарили!

Вечером едем с Садальским в наш клуб. Вражин обещал подъехать позже и ненадолго.

— У меня дела, — просто отмазался он. — Приеду ненадолго, подарю тебе подарок и всё.

— Слушай, Юра, так не пойдет, — возмущаюсь я. — Мы договорились сегодня устроить пьянку, так что оставь свои дела и посвяти друзьям вечер.

— Не могу, у меня свидание. Как вы себе представляете? Восьмое марта, а я брошу свою девушку и буду бухать с вами? — сердится Вражин.

— Именно так и представляем.

— Нет, Богдан. Извини, но мои отношения с Любой только начались, и я не хочу ее расстраивать, — извиняется Юрка.

— Да чтоб тебя, Вражин! — ругаюсь я, и Юрок обещает быть к семи.

В клубе ни одного мужика, зато женщин под завязку. Хорошо, что я заказал столик заранее.

— Да, надо было завтра прийти, — испуганно оглядывается по сторонам Даниил, пока мы идем к своему столику под женское улюлюканье и крики.

— Ах, девочки, какие мужчины к нам пожаловали!

— Красавцы, садитесь к нам!

— Они чего все буйные какие? — вжимает голову в плечи Вражин. — Нормальные бабы вроде были в обычные дни.

— Это раз в году, Юрок, как с десантниками, — успокаиваю друга, и нам приносят меню.

— Давайте быстренько выпьем, и я поеду. С прошедшим тебя, Богдан! — разливает в бокалы виски Вражин.

— Я тоже на пару часов, мне нужно Миру поздравить, — выдает Садальский.

— Вы чего, обнаглели что ли?!

— Извини, друг, так получилось. Я вообще хочу сегодня предложение сделать, — заявляет Даниил. — Пошлет, конечно, но первая попытка будет.

— Ничего себе ты смелый, я вот тоже кольцо купил, — достает из кармана пиджака коробочку из золотистого бархата Юрок. — Бриллиант, семь карат… Как думаете, не мало?

— Да вы что, сдурели оба?! Куда вам жениться?

— А что? — в голос удивляются друзья.

— А я как?

Смотрим друг на друга, и друзья пожимают плечами.

— Ничего, и на твоей улице перевернется КамАЗ с пряниками, — после паузы выдает Даниил.

— Да не хочу я жениться! Вы все с моими родителями сговорились? Они мне бойкот объявили, теперь вы.

— Поймет когда-нибудь, — переглядываются Вражин и Садальский.

— Предатели, — морщусь я, залпом выпивая виски. — Наливай тогда, буду оплакивать вашу свободную жизнь, чтобы потом не плакались мне тут.

— Давай! — радостно заявляют друзья.

Через пару часов остаюсь один и наливаюсь по самые брови. Рядом дефилируют женщины так часто, что у меня уже двоится в глазах. Когда чувствую, что уже совсем на бровях, вызываю трезвого водителя и еду в ближайший цветочный магазин. Скупаю почти все розы по цене однокомнатной квартиры и тащусь почему-то к дому Мирославы Альбертовны.

Там вываливаю все цветы из салона своей же машины прямо на снег, беру в руки какой-то цветок и принимаюсь орать. Не знаю, где балкон этой Мирославы, да и вообще, кто меня услышит в час ночи в элитной высотке. Разве что охранник на посту. Но мне на всё плевать, поэтому кричу, раздирая глотку что есть силы.

— Васильева, чтоб тебя мать ети! Выходи за меня замуж или я не знаю, что сейчас сделаю с тобой!

Эпилог. Три месяца спустя

— Кто подарил этот букет? — грозно хмурит брови Казарин, а я завожу к потолку глаза.

— Ты.

— Я?! — удивляется он. — Да в жизни такого быть не может!

— Может, если Даниил тебя принес в обнимку с этим букетом ко мне на порог пьяным и очень влюбленным!

— И что дальше?

— Ничего, свалил, как мешок картошки, на диван, и ты уснул.

— Ну и ладно, прилично же всё было, — облегченно выдыхает Казарин.

— Так, Богдан, поезжай к своим родителям. То, что у тебя вчера был мальчишник, а у меня девичник, не значит, что ночь перед свадьбой ты проведешь у меня. Примета плохая, — заявляю виноватому жениху.

— Ты это специально, да? Мстишь мне за вчерашнюю пьянку? Я же свою свободу обмывал, отпускал на волю, оставлял холостяцкую жизнь…

— Сочувствую, — встаю напротив него, складывая руки на груди. — Можем всё отменить, никакой свадьбы не будет. Можешь дальше наслаждаться своей холостяцкой жизнью и одиночеством.

— Э, нет, мне родители до сих пор санкции не сняли, — чешет затылок Казарин. — И кстати…

Подпрыгивает ко мне и обхватывает за талию. Под мой визг закидывает на плечо и несет в спальню.

— Ну нет, Богдан! — смеюсь я. — Поезжай домой!

— Поеду, но вначале мы внука заделаем, — пыхтит подо мной Казарин.

— Какого внука, у нас и детей-то еще нет, — содрогаюсь я от хохота, вися вниз головой.

— Поторопимся, — заявляет Казарин, бережно укладывая меня на кровать. — Любить тебя буду сейчас, пока головастики не состарились и еще чего-то могут.

Смеюсь до слез, пока с меня стягивают шелковый халат и нежно целуют. И как я согласилась на всё это? Не иначе черт попутал в лице директора гимназии. Два месяца мы с ним рычали друг на друга после Восьмого марта, когда Казарин явился под окна Мирки с цветами и без кольца. Я, естественно, сказала «нет». Не собиралась выходить замуж сразу после первого неудачного брака.

Тогда Казарин изменил своим планам и начал штурмовать меня. Каждый день цветы, милые подарочки, кофе на рабочем месте с вкусняшками. Шагу не могла ступить, чтобы рядом не было Богдана. И крепость пала, как сказала Мира, которая до сих пор еще отказывала Садальскому. Тот бедный уже не знал, какими бриллиантами ее завалить и как уговорить. Подруга оказалась более стойкой, чем я.

Первой сдалась Люба, впрочем, у нее и выбор не стоял. Она полюбила Вражина с первого взгляда, как и его дочку. Вот на их свадьбе всё и случилось. Казарин встал в центре роскошного ресторана и объявил в микрофон, что если сейчас я не дам свое согласие, могу больше на работу не приходить, так как он закует меня в кандалы у себя в доме как Синяя борода и будет пытать, пока не дам согласия. Под напором толпы пришлось согласиться. Так на моем пальчике появилось колечко с бриллиантом, меньше, чем у Любы, но очень дорогим для меня.

Вышла я замуж за Казарина, махнула на всё рукой. Не знаю, что нас ждет дальше, но чувствую, что именно с ним я буду счастлива. Богдан долго жил один и уже знал, что ему нужно. Конечно, иногда мне хочется его прибить, но это желание быстро проходит. Потому что мы любим друг друга, как оказалось. Никто бы не поверил, а мы смогли. Кстати, и обещанного внука мы сделали именно в тот день, судя по моим подсчетам. По крайней мере, я так думаю. Бабушки и дедушки были на седьмом небе, а мы долго удивлялись, откуда у нас получится такой карапуз, с глазами Казарина и моим упрямством, как говорил Богдан. Всё, что ни делается, к лучшему. Моя история началась с измены и развода, а закончилась счастливой семьей.

У Димы, кстати, ничего с Натальей не получилось, хоть она и родила ему замечательную девочку, а он все-таки женился на ней. Через два года они развелись, и мой бывший пошел гулять дальше, свободный и злой на всех женщин. Каждому свое. Нужно беречь счастье и любовь, пока она у тебя есть. Делить свою радость с другим, любить и быть любимым.