— Вот, держи, — протягивает мне бархатную коробочку с золотой надписью известной ювелирной фирмы. — Хотел подарить вечером, когда из ресторана вернемся, но думаю, что ты захочешь его надеть.

Дима улыбается, а я беру в руки футляр и открываю. На красном шелке лежит очень красивый золотой браслет с вставками из искрящихся камней.

— О, спасибо! — сияю улыбкой и кидаюсь на шею мужу. — Он такой красивый! Я думала, ты забыл!

— Про годовщину? — удивляется муж. — Как я мог забыть, если ты каждый день мне напоминала?

— Да нет. Хотя и это тоже, — смеюсь в ответ. — Сегодня день святого Валентина, дурачок!

— Ах, это еще, — хитро прищуривается Дима. — Пойдем, сколько у нас времени до прихода твоего цирюльника?

Тащит меня в спальню.

— Дима, нет, стилист с минуты на минуту придет! — смеюсь, отбиваюсь, но вскоре я уже на кровати и отдаюсь мужу спешно, жарко. У нас всегда так в постели. Горячо, страстно.

Едва успеваем отдышаться, когда все же приходит стилист, и я, краснея и заикаясь, встречаю милую девушку с большим чемоданчиком для косметики, что она вкатывает в квартиру через порог.

Дальше почти четыре часа я в руках специалиста. Мне делают прическу, завивают и укладывают блестящие локоны, наносят макияж.

Дима все это время скрывается у себя в кабинете, что-то там решает, работает.

В ресторан уже опаздываем, но на дорогах такие пробки, что и сами гости прибывают с получасовым опозданием. Мои и Димины родители уже ждут, приехали одними из первых. Кидаю быстрый взгляд на столы, проверяя, как их украсили цветами и как расставлены закуски. Вроде бы всё нормально.

Принимаю поздравления, стою рядом с мужем, прижимаясь к его руке. Улыбаюсь, здороваюсь с гостями. Мне так всё нравится. Похоже на настоящую свадьбу. Да и платье на мне почти свадебное. Длинный шелк цвета слоновой кости спадает мягкими складками, прикрывая белые туфельки на высокой шпильке. Плечи открыты, рукава буфы и корсет, расшитый жемчугом. Платье красивое, оно мне сразу понравилось в салоне. Рядом со мной стоит Люба в длинном платье цвета лаванды и еще одна наша подруга Мира, Мирослава.

— Иринка, ты звезда, — шепчет мне Мира. — Красотка неописанная!

— Ой, ты уже сказала это раз двадцать, — также шепотом отвечаю ей.

— И еще повторю, давно тебе говорила, что нужно чаще в платье влезать, а то в гимназии только и вижу тебя в брючных костюмах. Ты учитель танцев, а одеваешься как англичанка у нас в школе.

— Тихо вы, — толкает нас Люба. — Хорош пререкаться. Иришка так ходит, чтобы мужиков в гимназии наших не соблазнять своими стройными ножками. У нее муж вон какой красавец, зачем лишняя конкуренция.

— Ничего не лишняя, — удивляется Мира. — Пусть знает и ценит, а то потерять легко.

— Хватит уже, — шиплю на подруг, улыбаясь очередному гостю. — Дима услышит.

— Да ничего он не услышит, — возмущается в свою очередь Мира, получая ощутимый толчок в бок от Любы. — А что? Он с этим надутым индюком уже пять минут разговаривает.

Подруга произносит это довольно громко, так, что собеседник мужа бросает на Миру хмурый взгляд.

— Это же сам Садальский, — чуть не падает в обморок Люба.

— И че? — возмущается Мира. — Подумаешь.

— Угомони ее, — просит меня Люба. — Иначе нам местный олигарх всю годовщину испортит.

— Ой, девочки, разбирайтесь сами, — отмахиваюсь я и следую за мужем в богато украшенный зал.

Мы идем на свои места за центральным столом на небольшом подиуме. Около него небольшая композиция из живых цветов. Белые и нежно-розовые розы, хризантемы. На столах для гостей композиции повторяются, отчего всё выглядит торжественно и очень красиво.

Я сажусь на наши места счастливая, сияя улыбкой. Это мой самый радостный день, который я ждала целый год. Практически свадьба, только без росписи. Ну и что, лучше поздно, чем никогда.

Глава 3

Поздравления, подарки, пожелания — всё сливается в одно сплошное удовольствие. Я киваю, улыбаюсь, чувствуя, как уже сводит губы от этой самой улыбки. За нашим столом больше никого нет. Мы с мужем у всех на виду. Смотрю на расставленные закуски и понимаю, что от волнения мне кусок в горло не полезет. Зато Дима невозмутимо уминает салат из семги, цепляет на вилку тонко нарезанный язык из мясной тарелки.

— Ты чего не кушаешь? — смотрит на меня удивленно.

— Переволновалась, — честно признаюсь я. — Боялась, что забуду что-то. Переживала за украшения, сервировку…

— Нашла, о чем переживать, — хмыкает муж. — Этот банкет твой встал мне в такую сумму, что официанты на цыпочках ходить будут, если я прикажу. Так что хватит страдать, всё идет хорошо.

— Правда, тебе нравится? — успокаиваюсь я.

— Ириш, я этот вечер сделал для тебя и моих партнеров, так что, конечно, всё будет хорошо. Я никогда не делаю плохо, — возмущается муж, кивая официанту на свой пустой бокал. Это уже третий после того, как мы сели за стол, как бы Дима ни напился.

— Ты бы не пил, Дима, — предупреждаю мужа осторожно.

— Не бойся, я свою норму знаю, тем более сейчас, когда здесь полный зал нужных людей. И вообще, Ириш, дай отдохнуть, а?

Оставляю мужа в покое, цепляя кусочек соленой рыбки, кладу себе на тарелку, но не ем. Не лезет и всё. Нахожу взглядом подруг, которые вовсю веселятся, сидя за круглым столом по правую руку от меня. И зачем я согласилась поставить столы именно так? Сейчас бы поговорить было с кем. Вон у них как там весело. Только олигарх этот сидит с таким видом, что сейчас вскочит и начнет душить Мирку. Видимо, она достала именно его своими шуточками. Я знаю, она может. Вот что значит быть учителем математики в гимназии. Там такая дисциплина нужна, что подруга любого может поставить по стойке смирно.

— А сейчас танец молодых, — объявляет ведущий, а Дима притворно рычит.

Однако встает из-за стола и подает мне руку. Идем в центр зала, кладу одну руку мужу на плечо, второй утопаю в тепле его ладони. Мы специально не готовились, но я учитель танцев, а Дима довольно хорошо двигается. У нас отработано уже давно пара поддержек, и муж чувствует меня с полунамека. Кружит, держит, взлетаю к звездам, падаю на его руки, делаю глубокий шпагат, благо юбка позволяет довольно высоким боковым разрезом. Аплодисменты, крики браво и следующий танец уже с гостями.

Краем глаза замечаю Любу, танцующую с заместителем мужа, удивленно наблюдаю за Мирой, что танцует в руках Садальского и что-то явно ему выговаривает. Отчего у Даниила такое лицо, будто зуб разболелся. Да, вот кому сегодня точно не повезло, так это ему. Если уж Садальский не понравился нашей Мире, то всё, она его не отпустит, пока не добьет окончательно.

После нашего танца выносят горячее, а дальше атмосфера становится непринуждённой. Я наконец могу встать из-за своего стола и сесть рядом с подругами. Дима пошёл по залу с бокалом в руке, ему нужно поболтать со своими гостями-бизнесменами.

— Иришка, рыба, я скажу тебе, гадость, — заявляет мне Мирослава.

— А вы всегда вот так вот всё в лицо людям говорите? — одергивает её Садальский. — Не думаете, что можете обидеть свою подругу, а у неё такой прекрасный вечер сегодня.

— Не-а, вот вас могу обидеть, а Иришка меня знает. Я всегда говорю только правду и ничего кроме правды, — тычет чуть ли не в Садальского своей вилкой Мира, на которой висит кусочек рыбы.

— В наше время всю правду никто не говорит, — хмыкает Садальский, на всякий случай отодвигаясь от вилки Миры.

— Ну вы-то уж точно, — язвит подруга. — Честно ваши миллионы не заработаешь.

— Миллиарды, — поправляет её Даниил.

— Ещё хуже, — кривит губы подруга.

— Ой, смотрите, секретарша Димы что тут делает? — указывает кивком в сторону входа Люба.

Мы все поворачиваемся, чтобы увидеть, как в зал с победным видом буквально вплывает Наталья, секретарь Димы. На ней очень пышное белое свадебное платье с блёстками, открытые плечи, атласный корсет. Волосы забраны в высокую причёску.