И это только начало. Люди не пошли за нами не потому, что проигрывали бой, просто у них было другое задание: собрать неорин, расширить портал. Мы были лишь досадной помехой. А следующая волна будет лишь больше и страшнее, ведь они вряд ли на этом остановятся. Ко мне подбежал кто-то из гоблинов и тихонько запищал:

— Элранд Талонс, вас зовут на совет в палатку командира!

Я покосился на Хельгу. Она заснула, привалившись спиной к бревенчатому настилу. Поток силы от нее прервался, и к лучшему. Подняв с лавки чей-то брошенный плащ, я как можно плотнее укрыл им девушку и пошел вслед за гонцом.

Командная палатка была освещена яркими магическими огнями, так что мне пришлось зажмуриться на входе. Хорошо еще, что гоблин, назвавшийся Круни, по пути притащил мне откуда-то чистую тунику, так что я смог хотя бы выглядеть более-менее прилично, так что смог спокойно расположиться на лавке неподалеку от входа, не привлекая лишнего внимания. А здесь напряжение можно было есть ложкой, настолько оно было концентрированным. Командиры явно обсуждали прошедший бой. Хотя я бы назвал его нашем избиением…

Когда я вошел, Брумгар яростно тряс бородой и бил кулаком по жалобно скрипевшему столу с разложенной на нем картой:

— …Непрошибаемые! Да из какого металла сделаны те доспехи? Шатхс, руны с них соскальзывали, клянусь Каменным Лордом! Огонь не брал!

Брунхильд, с глубоко задумчивым видом сидевший рядом с непоседливым бородачом, печально покачал головой:

— Металл там чужой, нам неизвестный. Не железо и не сталь, что-то мертвое. Наши изделия отзываются Миру, а на них будто что-то из трупов надето, пропитанное кровью.

От его описаний меня дрожь пробрала. Я этого касался! Забивался Роем в самую глубину, полз по холодному металлу. Захотелось пойти и хорошенько помыться, а потом попросить Кайлона прокалить меня огнем, чтоб наверняка. Но вряд ли это поможет. Я столкнулся взглядом с понимающим взглядом старейшины троллей. Иногда мне кажется, что этот седой сын древних гор читает мои мысли.

— Духи рядом с ними молчат, — вступил в разговор Каргош, чей единственный глаз казался каким-то потухшим. — Их словно нет в этом Мире, будто на их месте… Пустота.

— Они будто пришли на задание, — Рагнар перестал мерить палатку шагами и в раздражении хлопнул лапой по многострадальному столу. — Методичные до зубовного скрежета. Но знаете что? Внутри этих их черных панцирей — хрупкое живое мясо!

Волчара плотоядно оскалился и обвел всех полубезумным взглядом:

— Такие же живые тела, как мы с вами, как те, кого они уже успели убить!

— Да! Нам нужно отомстить за это поражение! — Брумгар снова оживился, поддержав зверолюда.

Командир прервал это бурное обсуждение, встав со своего места. Такая гора всегда внушает уважение.

— Посмотрите на это, — устало сказал он, указывая на карту. — Здесь точки магических возмущений, которые определили совместно мастера от зверолюдов, шаманы орков и…

— И мы, и мы с троллями нашли вон тот, дальний!

Главарь гоблинов, казалось, пытался казаться выше всех, потому пищал едва ли не со шкафа.

— …и гоблины с троллями, конечно же, — покладисто согласился Торнваль и продолжил: — Я предполагаю, что от главного портала к этим точкам постепенно пойдут людские патрули, чтобы поддержать открытие новых разрывов и встретить сородичей.

Гоблин покивал с умным видом. Остальные задумались, а я поежился. Представил, как снова все эти тяжелые конструкции из мертвого металла будут взрывать с каждым шагом наши земли и выпивать из них жизнь. Тем временем от командира последовало предложение:

— Нужно бы захватить пленника. А то мы как слепые кутята с ними: чего они хотят и как действуют, считай, вообще не знаем. Можем только догадываться.

— Предложение-то хорошее, — проворчал Рагнар. — Только общаться с ним как? Все, кто был сегодня в битве, слышали: разговаривают они как-то странно. Не получится понять. Ни ему нас, ни нам его.

Тут встрял Ветролесь, до этого задумчиво парящий над всеми под самым потолком. По-моему, гоблин ему завидовал.

— Нужен хороший менталист, — заявил мастер. — Такой, что сможем не просто мысли прочитать, но вытащить знания о языке. Тогда есть шанс разобраться, что у этих пришельцев вообще на уме.

Торнваль одобрительно кивнул:

— Светлен. Он в Академии сейчас, но вызвать — не проблема. Я отправлю портальный запрос. Теперь перейдем к непосредственной тактике.

В итоге кроме меня позвали еще Боромира, Грока, и даже растолкали Хельгу. Снова нас, потому что мы уже зарекомендовали себя, как эффективная команда. Правда, сейчас были до смерти уставшие, так что только силой воли заставляли себя выслушивать план, который на ходу составляли и перекраивали командиры.

В первую очередь нужно было найти небольшой патруль и отрезать от него одного бойца, чтобы взять его живым. Отвлекать придется мне с Роем. Буду надеяться, что огнем снова не прилетит… Буду снова забиваться в щели и вентиляцию, чтобы добраться до уязвимых тел. Брумгар встопорщил всклокоченную бороду:

— А как вы его брать будете? Он же, камнем его по голове, брыкаться точно будет!

Грок, стоящий у самого входа, бахвальски улыбнулся на это:

— Камнем по голове — отличный план. Я оглушу.

— Мы оглушим, — отозвался Боромир и два товарища переглянулись меж собой одобрительно.

— Не думайте, что пойдете к ним сами, — Торнваль внимательно нас осмотрел, явно отметив потрепанный и замученный вид. — С вами отправятся маги поддержки, для щитов и телепортации. Незачем ценных бойцов оставлять без прикрытия.

— Возьмите с собой обязательно мага молнии, их магия себя показала лучше всего., — тут же всполошился Ветролесь. — У нас есть Тариэль, достаточно опытный боец, силу контролирует и в команде работает неплохо. Можно его сейчас вызв…

— Утром познакомитесь, — тяжело уронил Торнваль. — А теперь всем поесть, глотать зелья и спать!

Мы без лишних споров выскочили наружу. Спать и жрать хотелось со страшной силой, но я вспомнил еще об одном важном деле.

— Я задержусь ненадолго, начинайте без меня, — махнул рукой я товарищам и повернул обратно.

Из палатки как раз выходил Брумгар. Он-то мне и нужен. Гном, конечно, представлял и себя то еще зрелище: борода растрепана, косички в разные стороны торчат, а лицо просто багровое от гнева. На рабочих штанах уже, кажется, поселилась навечно каменная пыль, а кирка, будто чувствуя настроение хозяина, позвякивала грозно при каждом шаге. Весь вид бородача прямо кричал: «лучше не подходи». Но выбора у меня не было, так что я все же подошел:

— Брумгар! Мне нужна ваша помощь.

Гном резко развернулся ко мне, окинул прищуренным взглядом и собрался идти дальше:

— Не сейчас, длинноух. Голова кипит, что твой котел, того и гляди — лопнет.

Но я успел показать ему браслет. Смотрелся в свете костров и факелов он довольно уныло: неорин потускнел, на металле видны темные ожоги, по центру вкрапления пошла трещина, а сам браслет все еще не остыл до конца. Брумгар от этого вида замер на месте. Ярость на лице сменилась удивлением, потом — профессиональным интересом. Грубыми пальцами он взял артефакт бережно, потом перевернул в широких ладонях, поднес ближе к глазам, щурясь на трещину. Провел пальцем по ожогу и поднял на меня удивленные глаза:

— Шатхс… Что ты с ним делал? Он же… сработал?

— Сработал, — утвердительно кивнул я. — Без него я потерял бы весь Рой. Браслет принял на себя большую часть ударов. Но те людские лучи смогли прожечь щит насквозь.

Брумгар помолчал. Повернул артефакт одной стороной, другой, изучил почти погасшие руны. Начал бормотать что-то на смеси гномьего и всеобщего, из чего я смог различить только обрывки: «…эманация чужая…», «…остаточный след…», «…никогда такого…». А затем он резко поднял голову:

— Оставь его мне, малец. До утра.

— Вы сможете его починить? — во мне забрезжила надежда. Без защитного артефакта вновь соваться к людям не хотелось.