Хромой тяжело развернулся. Его лицо, снизу подсвеченное лишь тускло тлеющим в воде факелом, исказилось от звериной ярости. Из его ключицы торчал мой кинжал. Бандит выдернул его, даже не поморщившись, и брезгливо отбросил во тьму. В правой руке со зловещим лязгом раскручивался короткий шипованный цеп.

— Мелкая сточная гнида, — прохрипел он, делая шаг ко мне. Его правая нога действительно плохо гнулась, но это совершенно не мешало ему надвигаться с грацией разъяренного медведя. — Я из тебя сейчас отбивную сделаю.

Он замахнулся. Если эта шипованная гиря опустится мне на голову — никакой откат не спасет, потому что мой таймер еще не обнулился. Это будет окончательный конец.

Паника рванулась наружу, пытаясь парализовать волю, но я задавил ее ледяным расчетом загнанного в угол человека. Он десятого уровня. Он сильнее, быстрее и прочнее. Но он тяжелый. Пол здесь покрыт склизкой грязью. И у него хромая опорная нога.

Я из последних сил вскинул левую руку.

— Льдинка!

Навык «Льдинка» (Ур. 2). Нанесен урон: 4 ед.

Сгусток льда ударил не в грудь и не в лицо — там у него защита и рефлексы, он бы просто отмахнулся. Я всадил заклинание точно в его здоровое, левое колено.

Морозная вспышка ослепила бандита на долю секунды. Ледяная корка мгновенно схватилась на суставе. Урона почти не было, но системный эффект «Обледенения» сработал безупречно. Хромой, переносивший вес для сокрушительного удара цепом, внезапно потерял опору — обледеневшее колено просто не согнулось. Хромая нога поехала по мокрой слизи коллектора.

Бандит неуклюже взмахнул руками, пытаясь поймать баланс. Цеп с оглушительным грохотом ударил по стене, высекая сноп искр и кроша кирпич в десяти сантиметрах от моей головы. Острые осколки секанули по щеке, но я уже рванулся вперед.

Как только огромная туша с матерным ревом рухнула на колени, я прыгнул на него сверху. Моего кинжала не было, доставать перочинник не было времени.

Я обхватил толстую шею левой рукой, а правой нащупал на его поясе металлический тубус — рассеиватель чар. Хромой взревел, пытаясь сбросить меня, как назойливого щенка, и потянулся лапищей мне за спину. Его толстые пальцы впились мне в куртку. Еще секунда — и он сломает мне позвоночник пополам.

Отчаяние придало мне сил. Я с первобытным воплем рванул тубус с пояса, отрывая его вместе с куском кожаного ремня, и, не раздумывая, со всего размаху всадил тяжелый металлический цилиндр прямо в висок бандиту.

Глухой стук. Хромой замер.

Я ударил еще раз. И еще. Вкладывая в эти удары весь свой животный страх, всю злость на этот проклятый мир, на Систему, на Вивисектора и на таймер возврата.

На третьем ударе артефакт с влажным хрустом проломил височную кость. Обмякшее тело десятого уровня рухнуло лицом в грязную воду.

Я скатился с его спины, судорожно прижимая к себе спасенный цилиндр, и зашелся в тяжелом кашле, выплевывая на кирпичи кровавую слюну. Грудь горела огнем.

Перед глазами расцвела россыпь системных уведомлений:

Противник повержен: Хромой из банды Крюка (Ур. 10).

Внимание: убит противник значительно выше вас по уровню!

Получен бонусный опыт: +150 ед.

Уровень персонажа повышен: 5!

Уровень персонажа повышен: 6!

Внимание: Таймер восстановления Очка Возврата сокращен на 50 % (за 5 ур.) и еще на 50 % (за 6 ур.).

Текущий таймер: 12:03:01.

Доступно свободных очков характеристик: +4.

Я лежал в ледяной жиже, опираясь спиной на мертвеца, и сквозь пелену боли смотрел на тающий таймер. Двенадцать часов. Я снова выжил.

Каждый вдох отдавался в груди раскаленными иглами — удар пудового кулака гарантированно сломал мне пару ребер. Но сквозь кровавую пелену и боль пробивался въевшийся на подкорку геймерский инстинкт. Самое святое правило любого мира, где есть уровни и полоски здоровья.

Лут.

Я с трудом сфокусировал взгляд на трупе Хромого. Над его пробитой головой, мягко пульсируя золотистым светом, висела иконка добычи. Я мысленно потянулся к ней, подтверждая сбор.

Интерфейс развернул передо мной щедрый список:

Получена добыча:

1. Фларки — 115 шт.

2. Шипованный цеп Костолома (Урон: 18–28. Требование: Сила 10).

3. Куртка из дубленой кожи (Прочность: 35/50. Защита: +10 к физ. урону).

4. Малый флакон алхимической регенерации (1 шт).

Мой взгляд мгновенно зацепился за последнюю строчку. Я торопливо пошарил по карманам куртки мертвеца и нащупал толстый стеклянный пузырек, заткнутый сургучом. Внутри плескалась густая, похожая на вишневый сироп жидкость.

Раздумывать было некогда — с 38 единицами здоровья любой случайный чих в подземелье мог отправить меня на точку возрождения. Я зубами сорвал сургучную пробку и залпом влил содержимое в горло.

На вкус это было как смесь жженого сахара и железа. Жидкость огненным комом прокатилась по пищеводу, и тут же в груди началось пугающее, но спасительное шевеление. Система переводила алхимию в прямое сращивание тканей. Я стиснул зубы, чтобы не заорать, чувствуя, как сломанные ребра с влажным хрустом встают на место, а разорванные мышцы стягиваются горячими нитями.

Здоровье восстановлено: +40 ед. [78/80].

Я с шумом выдохнул. Боль ушла, оставив после себя лишь тупую ломоту и дикую слабость, которую Система тут же компенсировала повышением уровня.

Поднявшись на ноги, я отряхнул грязные колени. Монеты автоматически перекочевали на мой виртуальный баланс — теперь там было больше пятисот фларков. Цеп я брать не стал. При моих текущих характеристиках эта тяжеленная гиря была абсолютно бесполезна, а тащить ее на себе — только терять мобильность. Зато кожаную куртку бандита я стянул, не брезгуя чужой кровью. Поверх моей городской одежды она села мешковато, но плюс десять к защите — это не шутки.

В темноте туннеля, куда Хромой отшвырнул мой кинжал, тускло блеснула сталь. Я подобрал свое оружие, вытер лезвие о штаны и сунул за пояс.

Затем поднял с пола то, ради чего всё это затевалось. Тубус был тяжелым, холодным, а выгравированные на нем синие руны слегка пульсировали, откликаясь на тепло рук. Рассеиватель чар.

Я раскидал четыре полученных очка характеристик, не раздумывая: два в Интеллект, чтобы поднять урон магии, и два в Выносливость, чтобы увеличить запас здоровья и не умирать от одного плотного удара.

Интеллект: 10.

Ловкость: 5.

Выносливость: 7.

Тело налилось новой силой. Дышать стало еще легче, а зрение в полумраке катакомб, казалось, приобрело дополнительную резкость.

Я посмотрел в сторону черной винтовой лестницы, ведущей на нижний ярус. Там, в тишине зеленоватой лаборатории, бродил Вивисектор, а в боковом тупике ждал сундук с охранным контуром.

Поправив новую куртку и сжав в руке тубус, я шагнул во тьму. Пора было забирать свой главный куш.

Спуск по черной винтовой лестнице занял целую вечность. Каждый шаг я выверял с маниакальной точностью, перенося вес так плавно, как только позволяла моя прокачанная Ловкость.

Условия среды соблюдены. Пассивный навык «Скрытность» (Ур. 2) активен.

Воздух становился суше, а запах гнили сменился металлическим, стерильным ароматом озона и запекшейся крови. Я выглянул из-за угла. Каменная арка лаборатории по-прежнему светилась мертвенно-зеленым светом, но внутри было тихо. Ни хлюпанья, ни хруста костей. В центре комнаты над двумя бесформенными кучами биомассы неподвижно замерла высокая фигура в фартуке. Вивисектор ушел в спящий режим.

Стараясь даже не моргать, я на четвереньках проскользнул мимо опасной зоны и юркнул в правый боковой тупик.

Тайник был на месте. Тяжелый, окованный почерневшим железом сундук стоял в неглубокой нише. Багровые искры магического контура плотной пульсирующей сетью окутывали не только саму крышку, но и массивный навесной замок. Одно случайное касание металла или даже дерева — и меня распылит на атомы.