Чен сделала два шага к ней и схватила ее за руку. Какое-то мгновение Бейлисс лихорадочно пыталась продолжать работать; лишь постепенно она осознала, что рука Чен удерживает ее.

Она подняла глаза на Чен, ее лицо было напряженным, отрешенным. - Чего вы хотите?

- Я в это не верю. Вы продолжаете заниматься сбором данных, не так ли?

Бейлисс выглядела так, словно не понимала языка Чен. - Конечно, продолжаю.

- Но эти данные были получены незаконно. Аморально. Разве вы этого не видите? Это...

Бейлисс запрокинула голову; ее усиленная роговица засияла. - Испорчено? Вы пытаетесь сказать это? Запятнано кровью этих искусственных существ, Чен?

- Искусственные или нет, они разумны. Мы должны признавать права всех...

- Данные есть данные, Сьюзен Чен. Каким бы ни был их источник. Я ученый; я не принимаю вашу, - на мгновение маленький, четко очерченный рот дрогнул, - вашу средневековую мораль.

- Я не позволю вам забрать эти данные отсюда, - спокойно сказала Чен.

- Сьюзен. - Хассан стоял рядом с ней; неожиданно сильным пожатием он убрал ее руку с плеча Бейлисс.

- Не вмешивайтесь в это. Вы должны позволить ей закончить свою работу.

- Почему? Для науки?

- Нет. Для коммерции. И, возможно, - сухо добавил он, - для будущего человечества. Если она права насчет нелокального общения...

- Я собираюсь остановить ее.

- Нет. - Его рука слегка шевельнулась; она покоилась на рукояти лазерного пистолета.

С автоматическим рефлексом она позволила своим мышцам расслабиться, начала древний подсчет относительного времени и расстояний, навыков и физических кондиций.

Она могла справиться с ним. И...

Бейлисс вскрикнула; это был пронзительный, странно девичий визг. Раздался грохот, когда она уронила какое-то оборудование.

Стычка Чен с Хассаном мгновенно прекратилась. Они повернулись и побежали к Бейлисс; шаги Чен были пружинистыми, неестественными в условиях низкой гравитации.

- Что это?

- Посмотрите на пол. Небо сопротивлялось мгновение. Затем оно рассыпалось, растаяло, как древние сомнения.

Он прорвался через пролом, сильный, ликующий, продолжающий расти.

Он был за пределами Неба. Он увидел множество новых плодов постулата, девственных, ожидающих его. И Неба больше не было; бассейн продолжался вечно, бесконечный, бесконечно богатый.

Он с ревом устремился наружу, пожирая, распуская почки; позади него взрывообразно выросло дерево братьев. Бассейн в одно мгновение разлился по полу и вышел за пределы купола. Свет, извивающийся логическими деревьями, колыхался под ногами Чен в темных ботинках; ей абсурдно захотелось убежать, запрыгнуть на стол обработки данных.

- Квантовый выключатель. - Голос Бейлисс был напряженным, сердитым; она сидела на корточках рядом с переключателем, посреди залитого светом бассейна.

- Отойдите оттуда.

- Он не функционирует. Наноботы неуправляемы.

- Тогда больше нет никакой выбраковки. - Хассан пристально посмотрел в лицо Чен. - Ну что, Сьюзен? Это какой-то сентиментальный спазм с вашей стороны? Вы освободили бедные логические деревья из их шредингеровского ада?

- Конечно, нет. Лета, Хассан, разве это не очевидно? Логические деревья сами сделали это. Они проникли через интерфейс к мозолистому телу Марсдена. Теперь они проникли в переключатель, разрушив маленькую умную игрушку Марсдена.

Хассан посмотрел себе под ноги, как будто впервые заметил лужицу света. - Их ничто не сдерживает.

- Хассан, нам нужно выбираться отсюда.

- Да. - Он повернулся к Бейлисс, которая все еще лихорадочно работала со своими копиями данных.

- Оставьте ее.

Хассан одарил Чен долгим, тяжелым взглядом, затем подошел к Бейлисс. Не обращая внимания на протесты маленькой математички, он схватил ее за руку и потащил от информационных столов; ноги Бейлисс в ботинках комично скользили по светящемуся полу.

- Поднять щитки. - Хассан поднял пистолет и выстрелил сквозь пластиковую стенку купола. Воздух вырвался наружу, стремясь заполнить вакуум за его пределами.

Чен выбежала, почти спотыкаясь, чувствуя себя огромной в условиях слабой гравитации. Призрачно-голубой лик Нептуна парил над ними, безмятежный, невозмутимый.

Волны света уже проникали сквозь вещество спутника, сверкая на его небольших горных вершинах. Это было жутковато, красиво. Флиттер был сплошной затененной массой в центре светового шоу под поверхностью.

Хассан тяжело дышал, таща все еще сопротивляющуюся Бейлисс по мерцающей поверхности. - Вы думаете, деревья, наноботы могли проникнуть в вещество флиттера?

- Почему бы и нет? Подойдет любой интерфейс; они подобны вирусам...

- А мы сами? Могут ли они пересечь границу и воплотиться во плоти?

- Я не хочу это выяснять. Да ладно, черт возьми.

Логический свет заполонил невысокий хребет, взрывной, вызывающий.

- Они, должно быть, растут в геометрической прогрессии, - проворчал Хассан. - Сколько времени пройдет, прежде чем спутник исчезнет? Дни?

- Скорее часы. И я не знаю, сможет ли масса углерода размером со спутник устоять против силы тяжести. Нереида может разрушиться.

Теперь Хассан одной свободной рукой изо всех сил пытался открыть люк флиттера. - Этот, по крайней мере, навсегда останется непригодным для жизни. Утрачен значительный кусок недвижимости.

- Система большая.

- Не бесконечна. И все из-за высокомерия одного человека...

- Но, - сказала Бейлисс, ее улучшенные глаза сияли, когда она поглаживала кубы данных у себя на поясе, - какой приз мы, возможно, получили.

- Садитесь в чертов флиттер.

Чен оглянулась на разрушенный купол. Распростертое тело Марсдена, подвергнутое воздействию вакуума, наполнилось светом. Бассейн за пределами Неба был безграничен. Он и его братья могли расти вечно, неограниченно, без выбраковки! Он взревел от восторга, устремляясь вперед, распространяясь...

Но что-то было впереди него.

Он замедлился, сбитый с толку. Это было похоже на брата. Но так непохоже на него самого, так измененное.

Возможно, это когда-то был брат - но из отдаленной ветви, которая каким-то образом уже выросла вокруг этого большого бассейна.

Брат замедлил свой собственный рост и наблюдал. Любопытный. Осторожный.

Было ли это возможно? Был ли бассейн конечным, в конце концов, хотя и неограниченным? И неужели он так скоро обнаружил его пределы?

Ярость, негодование захлестнули его могучее тело. Он собрался с силами и прыгнул вперед, с ревом заявляя о своем намерении поглотить этого незнакомца, этого далекого брата. Ева сказала: - Великая сеть червоточин покрыла систему. И повсюду люди находили жизнь... 

 3825 год н.э. Флиттер дернулся.

Лвов испуганно оторвала взгляд от своей информационной панели. Червоточина за полупрозрачным корпусом флиттера была залита полосами сине-белого света, которые неслись навстречу флиттеру и мимо него, создавая у Лвов впечатление огромной, неконтролируемой скорости.

- У нас проблема, - сказала Коб. Пилот склонилась над своим собственным информационным пультом, на ее худом лице появилась хмурая складка.

Лвов слушала синтезированный на своей информационной панели шепот о слоях температурной инверсии в азотных атмосферах; теперь она постучала по панели, чтобы отключить ее. Флиттер представлял собой прозрачную трубу, обманчиво теплую и удобную. Невероятно хрупкую. У астронавтов бывают проблемы в космосе, подумала она. Но не у меня. Я не герой, я всего лишь исследователь. Лвов было двадцать восемь лет; она не планировала умирать - и уж точно не во время обычного четырехчасового прыжка через червоточину Пула, которая служила людям в течение пятидесяти лет.

Она вцепилась в свою панель так, что побелели костяшки пальцев, задаваясь вопросом, должна ли она испытывать страх.

Коб вздохнула и отодвинула свой компьютер; он поплыл перед ней. - Проверь свой скафандр и пристегнись.