Дюра вцепилась в поручень рядом с краем входного люка, держась особняком. Она уже попрощалась. Тоба приготовил им прекрасный ужин в своем маленьком домике в среднем городе, но это было трудное мероприятие; Дюре пришлось приложить немало усилий, чтобы пробиться сквозь обидчивую сдержанность Фарра. Она тихо попросила Адду держать Фарра сегодня подальше от места запуска. У нее было бы достаточно поводов для размышлений и без эмоционального груза еще одного раунда прощаний.

Даже, подумала она, обхватывая себя руками, если бы они оказались последним прощанием.

Она посмотрела вниз на корабль, изучая линии, которые стали ей знакомы за недели проектирования, сборки и тестирования. Хорк V решил назвать свое необычное судно "Летающая свинья". Это было неуклюжее, уродливое название, подумала Дюра; но, возможно, оно отражало суть неуклюжего, уродливого судна. Окончательно построенный корабль - после двух неудачных прототипов - представлял собой приземистый цилиндр в два человеческих роста в поперечнике и, возможно, три в высоту. Корпус из полированного дерева был прорезан большими окнами из прозрачного дерева для наблюдения. В верхний и нижний торцы цилиндра также были вставлены панели из прозрачного дерева. Все судно было обвязано пятью обручами из прочного материала сердцевины. В иллюминаторах виднелись воздушные свиньи, чье пуканье приводило судно в движение, - сгустки напряженной, обузданной энергии. Корабль был подвешен на толстых тросах к огромным расцепленным блокам, которые - в обычные дни - несли колокола вниз, к квантовому морю.

Таким образом, это было судно, которое могло доставить двух человек в смертоносные глубины нижней мантии. В темном, плотном воздухе городской гавани эта штука выглядела достаточно прочной, предположила Дюра, но она сомневалась, что будет чувствовать себя в такой же безопасности, когда они отправятся в путь.

Над ней послышалась возня, звук захлопывающихся люков. Хорк V, председатель Парц- Сити, блистательный в сверкающем комбинезоне, спустился из мрака наверху. Он, казалось, светился; его бородатое лицо расплылось в широкой улыбке. Дюра увидела, что врач Мууб и инженер Секив Троп следовали за ним. - Добрый день, добрый день, - окликнул Дюру Хорк и дружески похлопал ее по лопатке. - Готова к отплытию?

Дюра, с головой погруженная в свои сожаления и страхи, молча отвернулась.

Секив Троп спустился, остановившись рядом с ней. Он осторожно коснулся ее руки; многочисленные карманы его комбинезона были, как обычно, забиты неопознаваемыми - и, вероятно, не относящимися к делу - предметами. - Безопасного путешествия, - сказал он.

Она обернулась, сначала раздраженная, но на его тонко очерченном лице читалось искреннее сочувствие. - Спасибо, - медленно произнесла она.

Он кивнул. - Понимаю, что ты чувствуешь. Тебя это удивляет? - старый зануда Секив, ни на что не годный без своих стилусов и таблиц. Но я все равно человек. Ты боишься предстоящего путешествия...

- Было бы лучше сказать, напугана до смерти.

Он поморщился. - Тогда, по крайней мере, ты в здравом уме. Ты уже скучаешь по своей семье и друзьям. И ты, вероятно, не надеешься когда-либо вернуться.

Она почувствовала небольшой прилив благодарности к Секиву; это был первый раз, когда кто-то действительно указал на ее самый очевидный страх. - Да, честно говоря.

- Но ты все равно пойдешь. - Он улыбнулся. - Ты ставишь безопасность мира превыше своей собственной.

- Нет, - отрезала она. - Я ставлю безопасность моего брата превыше своей собственной.

- Этого более чем достаточно.

Как она и подозревала, городские власти настояли на том, чтобы в это путешествие отправился кто-то из человеческих существ. Адда был исключен из-за возраста и травм. Отстранение Фарра, которое привело к его разочарованию, не было предрешено заранее; его молодость, в глазах тех, кто принимал решения, едва ли перевешивала его опыт рыбака-новичка. Дюра была вынуждена упорно спорить.

Второй член экипажа стал сюрпризом: им должен был стать Хорк, председатель Парца, собственной персоной. Теперь Хорк ходил по отсеку, приветствуя инженеров. Дюра невесело наблюдала за его успехами. Он, должно быть, подвержен тем же страхам, что и она сама, и - во всяком случае, в последние месяцы - огромному личному давлению, и все же он выглядел расслабленным, непринужденным, полностью владеющим собой; у него была естественная властность, которая заставляла ее чувствовать себя маленькой, слабой.

- Он хорошо скрывает свой страх, - нехотя признала она.

Секив дернул уголком рта. - Возможно. Или, возможно, его страх не отправиться в путешествие, остаться здесь сильнее. Знаешь, он очень сильно рискует в этом путешествии.

Этот трюк... Да, Дюра действительно знала; она достаточно погрузилась в политику Парца, чтобы быть в состоянии - с помощью Ито и Тобы - кое-что понять о ситуации Хорка. Каким бы неразумным это ни было, жители Парца ожидали, что Хорк решит их проблемы - отменит нормирование продуктов питания, восстановит перевозки древесины и заставит все снова заработать. Откроет магазины, черт возьми. То, что ему явно не удалось этого сделать (и как он мог добиться успеха?) поставило его позицию под сомнение; при его дворе и в более крупном комитете были фракции, которые охотились за ним с разной степенью открытости.

Эта нелепая прогулка в нижнюю мантию была последней азартной игрой Хорка. Все или ничего. Если это удастся, то он, Хорк, вернется как спаситель города и всех народов мантии. Но если это не удастся - что ж, с беспокойством подумала Дюра, возможно, для Хорка было бы лучше умереть в славный миг, глубоко в мантии, чем от рук убийцы здесь, в светлых коридорах Парца.

Члены экипажа должны были забираться на корабль через откидной люк, расположенный в верхнем торце цилиндра. Хош, как надзиратель порта, проверял простые системы корабля; теперь Дюра наблюдала, как его худые, сгорбленные плечи появляются из корабля через люк для экипажа. Как и ожидал Мууб, Хош оказался хорошим менеджером строительного проекта, несмотря на свой желчный характер; он смог эффективно использовать деятельный опыт таких специалистов, как Секив Троп, и сочетать его с практическими навыками своих портовых инженеров.

Хош поднял глаза и увидел, что и Дюра, и Хорк готовы. - Пора, - сказал он.

Дюра почувствовала, как что-то отступает внутри нее. Словно во сне она наблюдала, как работают ее собственные руки и ноги, когда она спускалась к кораблю.

Она неуклюже пролезла через люк внутрь, протиснувшись мимо ряда связанных, напрягающихся воздушных свиней и гладкой турбины рядом с ними. Она испытала смесь радостного облегчения от того, что находится в движении, и привкуса чистого, невозможного ужаса.

Громко попрощавшись с инженерами, Муубом, Секивом и остальными, Хорк пожал худую руку Хоша и забрался в кабину, протиснув свое сверкающее тело через люк. Казалось, он не обращал внимания на то, что его блестящий костюм запачкан свинячьей грязью. Он закрыл за собой люк и плотно задвинул деревянные защелки.

На мгновение Хорк и Дюра зависли рядом с люком, впервые оказавшись там наедине. Их глаза встретились. Теперь, подумала Дюра, теперь они оба связаны друг с другом, хорошо это или плохо. Она могла видеть медленное, оценивающее осознание этого в выражении лица Хорка. Но в нем не было страха; она прочла юмор, энтузиазм.

Клянусь кровью ксили, подумала она. Он действительно наслаждается этим.

Не говоря ни слова, они спустились глубже в корабль.

Свиньи были пристегнуты ремнями в верхней части цилиндра. Дюра забралась в свою свободную упряжь поближе к свиньям. Стены кабины были заполнены баллонами с воздухом, запасами продовольствия, шкафчиками для снаряжения и примитивным отхожим местом. Жужжали охлаждающие вентиляторы, стены были увешаны деревянными лампами с тусклым зеленым свечением.

Хорк занял свое место ближе к основанию корабля за простой панелью управления кораблем - панелью, расположенной перед одним из широких окон и оснащенной тремя рычагами и рядом переключателей. Он закатал рукава на руках со всеми признаками удовольствия.