- Эта дверь была немного тугой, - сухо сказал Адда.

Бзиа кивнул. - Не многие горожане пользуются пешеходными выходами.

Пешеход. Еще одно древнее, ничего не значащее слово.

- Большинство из них вообще никогда не покидают городских стен. А те, кто покидает - потому что им приходится, как твоему другу, фермеру-потолочнику, - берут свои машины.

- Как думаешь, это хорошо?

Бзиа пожал плечами. На нем был потертый, плохо сидящий комбинезон, и под грубой тканью его плечевые мышцы бугрились, как независимые животные. - Ни то, ни другое. Просто так обстоят дела. И так было всегда.

- Не всегда, - пробормотал Адда. Он оглядел небо здоровым глазом и принюхался, пытаясь оценить погоду. - И, возможно, не навсегда. Город не застрахован от изменений, вызванных этими неестественными сбоями. Даже ваш великий лидер Хорк признает это.

Бзиа кивнул на мальчиков. - Приятно видеть, что Фарр выглядит немного счастливее.

- Да. - Адда улыбнулся. - У тела есть своя мудрость. Когда кувыркаешься в воздухе, трудно помнить о других проблемах.

Бзиа похлопал себя по пышному животу. - Хотел бы я вспоминать, как делал бочки в воздухе. Тем не менее, понимаю, что ты имеешь в виду. - Теперь Крис установил свою доску. Фарр прислонил ее к мягкому, ровному сопротивлению магполя, и Крис поставил на нее ноги, для пробы разминая их. Адда увидел, как напряглись мышцы мальчика, когда он прижался к магполю; его руки были вытянуты, а пальцы, казалось, щекотали воздух, словно оценивая силу и направление поля. Фарр толкнул его, отскочив примерно на длину человеческого роста, и Крис уверенно раскачал доску. Он скользил по воздуху с впечатляющей скоростью и грацией; мальчик и доска выглядели как единое целое, неразделимое.

Крис выполнял медленные, элегантные повороты в воздухе; затем - оттолкнувшись от доски и вращая ногами почти так быстро, что слезящиеся глаза Адды не могли уследить за этим - он взмыл вверх и перевернулся, сделав петлю одним резким движением. Мальчик летел над слепым фасадом Парц-Сити, электронный газ искрился голубым вокруг его сверкающей доски.

Он остановился рядом с Бзиа и Аддой и грациозно сошел со своей доски. Фарр махнул рукой, приглашая присоединиться к ним. Все еще немного ошеломленный мастерством Криса, Адда увидел контраст с Фарром: у человеческого существа была врожденная сила, увеличенная полюсом, но рядом со спортивной грацией Криса он выглядел неуклюжим, массивным и нескоординированным.

Но Фарр не мог позволить себе роскошь всю жизнь играть в игры в воздухе.

- Ты хорошо ездишь на этой штуке.

- Спасибо. - Крис опустил голову со странно выкрашенными волосами; он казался вполне приемлемо неуверенным в своем мастерстве.

- И ты участвуешь в играх, я слышал, - сказал Бзиа.

Адда нахмурился. - Какие игры?

- Они проводятся раз в год, - нетерпеливо ответил Фарр. - Крис рассказывал мне о них. Виды спорта в воздухе - серфинг, санный спорт, акробаты, вейвбокс. Половина людей в городе ходит на стадион, чтобы посмотреть.

- Звучит забавно.

Бзиа ткнул Адду в ребра острым большим пальцем. - Это весело, старый хрыч. Тебе стоит пойти с нами, пока ты все еще здесь.

- Это больше, чем весело. - Тон Криса был глубже обычного, серьезнее; Адда с любопытством изучал его. Крис был хорошим мальчиком, решил он, - поверхностным, но достойным другом Фарра. Но теперь его голос звучал по-другому: он был напряженным, его веки были глубокими и темными.

Бзиа сказал Адде: - Игры могут многое изменить для такого талантливого молодого человека, как Крис. Минута славы - деньги - приглашения во дворец...

- Это третий год, когда я подаю заявку на серфинг, - сказал Крис. - Все это время я был в пятерке лучших в своей возрастной группе. Но это первый раз, когда они меня допустили. - Он выглядел невеселым. - Даже если так, я не посеян. У меня паршивая жеребьевка, и...

Адда осознавал, что Фарр неловко топчется рядом с ними, его мозолистые руки тяжело опущены по бокам. Контраст с Крисом был болезненным. - Что ж, - сказал он, стараясь, чтобы в его голосе не прозвучало враждебности к болтовне городского мальчишки, - тогда тебе следует попрактиковаться.

Мальчики снова разбежались. Крис взобрался на свою доску и вскоре снова взмыл в воздух, насекомое, шипящее электронным газом перед лицом Парца; Фарр махал ему вслед, возбужденно крича.

- Не будь строг к мальчику, - пробормотал Бзиа. - Он городской парень. Ты не можешь ожидать от него большого чувства перспективы.

- Игры для меня ничего не значат.

Бзиа повернул свое покрытое шрамами лицо к Адде. - Но они значат для Криса все. Для него это шанс - возможно, его единственный шанс - вырваться из той жизни, которая была уготована ему. Нужно иметь доброе сердце, чувак, чтобы не посочувствовать мальчику за то, что он пытается изменить свою судьбу.

- И что потом, рыбак? После нескольких мгновений его славы - после того, как великий народ перестанет использовать его как свою последнюю игрушку. Что с ним тогда станет?

- Если он достаточно умен и хорош, это не закончится. Он может использовать свои таланты для продвижения по карьерной лестнице, прежде чем станет слишком взрослым, чтобы блистать на доске для серфинга. И даже если нет - черт возьми, восходящий, для него это праздник. Отдых от тяжелой работы, которая составит большую часть его жизни.

Над ними раздался крик. Крис поднялся на своей доске высоко над городом и теперь несся в искрящемся воздухе недалеко от полосы долготы. Электронный газ закружился вокруг его доски и тела, потрескивая и искрясь голубым. Другие молодые люди - очевидно, друзья Криса - присоединились к ним, появляясь из трещин на обшивке словно из ниоткуда - по крайней мере, так казалось Адде - и они носились по полосе долготы, как молодые лучи.

- Они не должны этого делать, - пробормотал Бзиа. - Строго говоря, это противозаконно. Если Крис подойдет слишком близко к долготе, градиенты потока могут разорвать его на части.

- Тогда зачем он это делает?

- Чтобы научиться управлять движением, - сказал рыбак. - Чтобы научиться преодолевать более крутые уклоны, с которыми он столкнется, когда будет участвовать в играх и мчаться через полюс.

Адда фыркнул. - Итак, теперь я знаю, как вы выбираете своих правителей - по тому, могут ли они балансировать на деревяшке. Неудивительно, что в этом городе такой чертов бардак.

Смех Бзиа эхом отразился от глухой, грубо отделанной городской стены. - Мы тебе не очень нравимся, не так ли, Адда?

- Не очень. - Он нерешительно посмотрел на Бзиа. - И я не понимаю, как ты сохранил чувство юмора, мой друг.

- Принимая жизнь такой, какая она есть. Я могу сомневаться, но не могу измениться. В любом случае, Парц - это не какая-то огромная тюрьма, как ты, кажется, себе представляешь. Это дом для многих людей - это как машина, созданная для улучшения жизни таких молодых людей, как Крис.

- Тогда машина, черт возьми, не работает.

Бзиа спокойно сказал: - Ты бы променял жизнь Фарра и его опыт на сегодняшний день на жизнь Криса?

- Но мышление Криса такое узкое. Игры, его родители... как будто этот город был всем миром, безопасным и вечным. Вместо того, чтобы... - Он подыскивал слова. - Вместо ящика, сколоченного из старых досок, плавающего в необъятности...

Бзиа коснулся его плеча. - Но именно поэтому мы с тобой здесь, старик. Держать мир подальше от таких мальчиков, как Фарр и Крис, - дать им место, которое кажется таким же стабильным и вечным, как у твоих родителей, когда ты был ребенком, - пока они не станут достаточно взрослыми, чтобы смириться с правдой. - Он повернул свое покрытое шрамами лицо к северу, с легкой тревогой вглядываясь в расходящиеся вихревые линии. - Интересно, как долго еще мы сможем этого добиваться.

Снова и снова Крис Микксакс кружил вокруг огромной полосы вещества сердцевины.

 Это был день спуска на воду. Зияющая пасть гавани, здесь, в самой глубокой части города, обрамляла чистый желтый воздух. Несколько человек махали рукой у входа и вглядывались в темноту. Инженеры бессвязно переговаривались, ожидая прибытия Хорка и начала собственно запуска. Пахло старым, трескающимся деревом.