- Кем ты себя возомнил, бабушкой ксили?

Тоба внимательно слушал. Голос женщины, конечно, искажался из-за ограничений акустики; но Тоба смог это учесть. Он довольно хорошо знал, как работает акустическая система. При работе на потолочной ферме так далеко от полюса, как у Тобы, - так далеко по восходящему потоку, в таких негостеприимных широтах, - его жизнь поддерживали системы аэромобиля. Самые сильные из кули могли продержаться здесь долгое время, и, возможно, некоторые из них даже смогли бы завершить обратный путь к полюсу, в город Парц. Но только не Тоба Микксакс, родившийся и воспитанный в городе; он сомневался, что протянет тысячу ударов сердца.

Поэтому он усердно учился обслуживать системы аэромобиля, от которых зависела его жизнь... Например, акустическую систему. Воздух, которым он дышал, поступал из резервуаров, вырезанных в толстых, тяжелых деревянных стенах аэромобиля. Акустическая система была основана на тонких трубках, которые пронизывали резервуары; трубки соединяли мембраны, установленные на внутренней и внешней стенках. Трубки были заполнены воздухом, нагретым до идеальной сверхтекучести окружающими их резервуарами, и поэтому были способны передавать без потерь небольшие колебания температуры, которые человеческие уши воспринимали как звук.

Но узкие трубки, как правило, частично отфильтровывали более низкие частоты. Голос дикарки из восходящего потока звучал тонко и без глубины, а резонансы придавали ей странный, отдающийся эхом тембр. Несмотря на это, ее слова были хорошо сформулированы - очевидно, на его родном языке - и почти без акцента.

Он нахмурился от собственного удивления. Был ли он так поражен тем, что женщина смогла говорить? Это были дикари-потоковые, но они были людьми, а не животными. Несколько слов женщины внезапно заставили его увидеть в ней разумное, независимое существо, не способное так легко поддаться запугиванию из-за его технологического преимущества.

Возможно, в конце концов, это было бы не так просто.

- Что случилось? - прохрипела женщина. Она погрозила ему копьем. - Слишком напуган, чтобы говорить?

- Меня зовут Тоба Микксакс, свободный человек из Парца. Это моя собственность. И я хочу, чтобы вы убрались отсюда.

Раненый старик повернул к Тобе незрячие наглазники. Он крикнул - слабо, но достаточно громко, чтобы Тоба услышал: - Парцские ублюдки! Думаете, вам принадлежит вся эта чертова мантия, не так ли? - Приступ кашля прервал старого дурака, и Тоба увидел, как более сильная женщина склонилась над ним, очевидно, спрашивая, о чем он говорит. Мужчина проигнорировал ее вопросы, и как только его кашель утих, он снова крикнул: - Отвали, человек с полюса!

Тоба поджал губы. Они знали о Парце. Тогда они определенно не были такими невежественными, как он предполагал. На самом деле, возможно, это он был невежественным. Он наклонился к акустической мембране динамика, пытаясь придать своему голосу угрозу: - Я не буду предупреждать вас снова. Я хочу, чтобы вы убрались с моей территории. И если вы этого не сделаете, я...

- О, заткнись. - Теперь сильная женщина просунула лицо к его окну; Тоба невольно отшатнулся. - Как ты думаешь, что это значит для нас, "твоя собственность"? И вообще... - Она указала на раненого старика. - Мы не можем никуда пойти с Аддой в таком состоянии. - Старик, Адда, что-то крикнул ей - возможно, приказал оставить его, - но она проигнорировала его. - Мы не собираемся двигаться. Делай то, что ты должен делать. И мы... - она снова подняла копье, - сделаем все, что в наших силах, чтобы остановить тебя.

Тоба уставился в прозрачные наглазники женщины.

Рядом с ним лежала коллекция маленьких деревянных рычажков с тонкой резьбой. Может быть, сейчас самое время потянуть за эти рычажки, чтобы использовать арбалеты аэромобиля и трубки для метания дротиков...

Может быть.

Он наклонился вперед, неуверенный в собственных мотивах. - Что с ним случилось?

Женщина заколебалась, но мальчик преданно подхватил, его тонкий, чистый голос хорошо передавался через трубки. - Адду забодал кабан.

Старик хрипло рассмеялся. - О, чепуха. Меня искалечила беременная свинья. Какой же я старый дурак. - Теперь он, казалось, изо всех сил пытался оттолкнуться от ствола дерева, чтобы дотянуться до оружия. - Но не настолько глуп или стар, чтобы не мочь превратить твои последние несколько минут жизни в ад, человек с полюса.

Тоба встретился взглядом с сильной женщиной. Она подняла копье и скорчила гримасу... А затем, шокирующе, обезоруживающе, ее лицо расплылось в улыбке.

Тоба, пораженный, обнаружил, что смеется в ответ.

Женщина ткнула копьем в Тобу, теперь почти не угрожая. - Ты. Тоба Паксакс.

- Микксакс. Тоба Микксакс.

- Я Дюра, дочь Лога.

Он кивнул ей.

Она сказала: - Послушай, ты же видишь, что у нас здесь неприятности. Почему бы тебе не вылезти из своего свинарника и не оказать нам какую-нибудь помощь?

Он нахмурился. - Какого рода помощь?

Она посмотрела на старика, явно раздраженная. - С ним, конечно. - Она посмотрела на машину новыми глазами, как будто оценивая тонкость ее конструкции. - Может быть, ты мог бы помочь нам обработать его раны.

- Вряд ли. Я не врач.

Дюра нахмурилась, как будто это слово было ей незнакомо. - Тогда, по крайней мере, ты можешь помочь нам вытащить его из леса. Твоя коробка будет здесь в безопасности, пока ты не вернешься.

- Это называется машина, - рассеянно сказал он. - Нести его куда? В твой дом?

Она кивнула и ткнула копьем вдоль линии деревьев, вниз, к внутренней части Звезды. - Несколько тысяч ростов человека в ту сторону.

Ростов человека? - рассеянно подумал он. - Практичный показатель, если вдуматься... Но что плохого в микронах? Рост человека должна составлять около десяти микрон - стотысячную часть метра - если это означает то, на что похоже...

- Какие у вас там удобства?

- ...Удобства?

Ее колебания были достаточным ответом. Даже если бы Тоба был склонен рисковать собственным здоровьем, возя этого старика по лесу, дома того, очевидно, не ждало ничего, кроме еще большего количества этих голых дикарей, живущих в каком-то невообразимом убожестве. - Послушайте, - сказал он, стараясь быть добрым, - в чем смысл? Даже если бы мы добрались туда вовремя...

- ...мы бы ничего не смогли для него сделать. - Глаза Дюры были прищурены и встревожены. - Знаю. Но я не могу просто сдаться. - Она посмотрела на Тобу через его окно с чем-то похожим на слабый проблеск надежды. - Ты говорил о своей собственности. Это далеко отсюда? Есть ли у тебя какие-нибудь... э-э... удобства?

- Вряд ли. - Конечно, для кули были базовые медицинские учреждения, но ничего более амбициозного, чем подлатать их и отправить обратно на работу. Честно говоря, если бы один из его кули был ранен так же серьезно, как старый Адда, он бы ожидал, что тот умрет.

Фактически, он бы списал его со счетов.

Только в самом Парце могло быть проведено лечение такого качества, которое необходимо для спасения жизни Адды.

Он взял в руки поводья, пытаясь переключить свое внимание на собственные дела. У него было много собственных проблем, много работы, которую нужно было закончить, прежде чем он снова увидит Ито и Криса. Может быть, он мог бы проявить милосердие - дать этим потоковым шанс уйти. В конце концов, они вряд ли повредили его потолочной ферме...

- Мне жаль, - сказал он, пытаясь выйти из этой на удивление неловкой ситуации с каким-то достоинством. - Но я не думаю...

Женщина, Дюра, смотрела в его окно, ее наглазники были глубокими и острыми, проницательными; Тоба почувствовал, что содрогается от интенсивности ее восприятия. - Ты знаешь способ помочь ему, - медленно произнесла она. - Или думаешь, что знаешь. Не так ли? Я вижу это по твоему лицу.

Тоба почувствовал, как его рот открывается и закрывается, как жерло пукающего поросенка. - Нет. Черт возьми... Может быть. Ладно, может быть. Если бы мы могли доставить его в Парц. Но даже тогда не было бы никакой гарантии... - Он рассмеялся. - И вообще, как ты собираешься оплачивать лечение? Кто ты, давно пропавшая племянница Хорка? Если ты думаешь, что у меня есть средства, чтобы оплатить это...