— В охрану Кнехта! Внутрь круга! — совсем озверев от такого неприкрытого игнорирования со стороны тевтонцев, проорал я.

Наши моментально окружили командира, как и Ворон, в подобной ситуации работающего навигатором.

— Отставить! — попытался было дёрнуться Кнехт. — Вы разрываете периметр обороны!

— Обойдёшься, — зло ответил я. — Если твои хрены не хотят прикрывать нас, пусть прикрывают своего главаря. Учти, нам свои жизни важнее твоей, поэтому быстро делай выводы, пока есть чем.

Дальше было не до разговоров, так как атака Анкиры усилилась. Вскоре к живности подтянулся отряд маугли. Их стрелы наповал сразили одного тевтонца и серьёзно ранили другого. В отличие от «Чёрных клыков», в «Айсберге» не принято рисковать ради товарища, поэтому оставили бедолагу на произвол судьбы.

' Минус два.' — быстро прикинул я. — «Значит, в следующий рейд пойдёт уже шестеро наших. Жизнь налаживается… Если доживём, конечно.»

Минут через сорок Анкира утомилась, дав нам немного времени на передышку и дезинфекцию. Тевтонцы моментально окружили нашу четвёрку и направили автоматы.

— Из-за вас погибло двое бойцов, — завил Кнехт. — Невыполнение приказа во время…

— Чушь, — перебил я. — Если бы твои людишки изначально вели себя прилично, то потерь можно было избежать. Тем более, раненого оставили по твоему, а не моему приказу. Поэтому его вычёркивай из претензий. Но и без этого получается, что я спас четыре жизни отряда «Зеро», так как не дал нас угробить. Математику не забыл? Что больше: двойка или четвёрка?

— И пукалки свои уберите, — вразвалочку подойдя к Кнехту, показал Краплёный гранату без чеки. — Рука же дрогнет. На фуя тебе помирать молодым и почти красивым?

— Не только ему, — пояснил Оригинал, показывая такую же гранату. — Мы с братишкой тоже подготовились. Сдохнем, но вас обязательно ополовиним. Так деды завещали.

Сложилась патовая ситуация. Кнехт со своими бойцами мог, конечно, ретироваться, но тогда бы пришлось упустить нас из виду. Дальше намечалось противостояние не только с Анкирой. В случае кровавого междусобойчика ни мы, ни тевтонцы не могли оставить в живых противника. Очень много сложностей намечается.

— Идёте впереди, — после небольшого раздумья приказал Кнехт. — Остальные вопросы решим на базе.

— Нет. Прикрываем с тыла, — моментально воспротивился я. — Не хотим получить «шальную» пулю в спину.

— Где гарантия, что сами нас не расстреляете?

— А смысл? Чтобы потом вчетвером до базы прорываться? Слишком мало шансов дойти живыми. Так что будем беречь вас… Пока будем.

— Хорошо. Но жить тебе, Кощей, осталось недолго. Подобное я не прощаю.

— Поговорим об этом на твоих поминках, Кнехт. Речь я уже заготовил.

Расставив все точки над Ё, мы быстро перестроились в новый порядок. Планета несколько раз атаковала нас, но без особого усердия. Зверья в округе поубавилось, поэтому у неё не было ближних резервов смять отряд.

Во время нападения двух пантер, улучив момент, мы немного отстали. Я тут же скинул с себя шлем и быстро вошёл в контакт с Анкирой. В этот раз достучаться до неё получилось намного легче. Суматошно выдав в эфир планы Кнехта, я отключился.

— Получилось? — с надеждой спросил Сашка.

— Вроде, — неуверенно ответил я. — Всё. Надеваем котелки на головы и резвенько догоняем остальных. А то ведь у тевтонцев хватит ума для нас засаду подготовить.

То, что Анкира поняла меня правильно, убедился через полчаса на первом же хуторе. «Айсберг» по своему привычному графику начал зачистку местности с детского сада. Но в этот раз его встретил не маленькая группка из охотников и воспитателей, а настоящий отряд с воздушной поддержкой в виде приличной стаи птиц. К тому же у маугли было время подготовить хиленький ментальный удар. От него, как в большой деревне с Камнем, никто не упал без чувств, но боеспособность людей Кнехта снизилась на порядок.

В результате лёгкая прогулка за «детскими скальпами» неожиданно превратилась для тевтонцев в кровавую бойню, к которой они были не готовы. В первую же минуту образовалось два «двухсотых». Дальше Кнехт, показав, что он действительно умелый командир, смог взять ситуацию под контроль. Только это ему мало чем помогло. Оставшиеся в живых, туго соображая после ментальной встряски, потеряли ещё одного бойца. Остальные же, включая самого Кнехта, получили раны различной степени. В какой-то момент огнестрельное оружие резко отказало.

— Отходим! — заорал командир, понимая, что всё движется к полному уничтожению отряда. — В сторону базы!

Никого упрашивать не пришлось. Мы побежали в самые густые заросли, чтобы хоть как-то прикрыться от атаки с воздуха. Маугли нас не преследовали, оставшись охранять детей, но время от времени из-за плотной зелёной стены растений группу атаковали местные хищники. Их было мало, только, работая одними джедайчиками, сложно остановить клыкастого зверя, выскочившего из засады в паре метров от тебя.

Наша четвёрка около деревушки была чуть вдалеке от ментального удара маугли, поэтому почти не пострадала от него. Но в остальном мы находились в равных условиях с бойцами Кнехта.

Анкира не могла или не хотела сортировать, кто тут гость, а кто вор. Так что, подойдя к барьеру, не только «Айсберг» лишился ещё одного бойца, но и мы безвозвратно потеряли Оригинала. Огромный кабан его просто пришпилил бивнями к стволу дерева, не оставив ни малейшего шанса на выживание. Даже средняя броня не спасла от такого монстра.

Дубль, находясь вне себя от горя, хотел было тащить на плечах тело брата. Понимая, что уговорами тут ничего не решить, заломали его и связали. Мы с Краплёным попеременно несли товарища почти до самого барьера, слушая проклятия и Дубля, и тевтонцев. Лишь около базы парень немного пришёл в себя, хмуро пообещав, что глупить не будет. Честно говоря, не понимаю, как мы тогда выжили. Но на А-1 всё же смогли добраться.

— Что ж… — устало проговорил Ворон, как только мы с Краплёным, оказавшись после всех стандартных процедур в кубрике, поведали о своих приключениях. — Жалко Оригинала. Правильный был парень… Да и братишку его на некоторое время потеряли. С Дублем теперь мозгоправы минимум неделю работать будут. Пока же он опасен и для себя, и для нас. Но могло быть намного хуже. Сколько, получается, «Айсберг» за этот день потерял?

— Двоих в самом начале рейда, — начал я загибать пальцы. — Ещё троих в деревне «двухсотыми» и одного «трёхсотого» оставили. На обратном пути мы, кроме Оригинала, потеряли ещё троих. Живы они были или нет, не знаю, но в любом случае из джунглей им точно не выбраться. Получается, девятерых «Айсберг» недосчитается на перекличке.

— Из одиннадцати в строю только двое тевтонцев, не считая командира, осталось? «Сходили за хлебушком», называется! Кнехт сам себя в ловушку загнал подковёрными играми. Теперь ему придётся забирать всех из резерва, и расклад по бойцам уже полностью на нашей стороне. Нет больше «Айсберга», по хорошему счёту! Это радует.

— Смотря с какой стороны «радоваться», — не поддержала его Фея. — Как зачинщику, Кощею обязательно серьёзно прилетит за прямое столкновение с Кнехтом в боевых условиях. Остальным нашим — тоже, но не так критично. К тому же сейчас Шахтёр в начальниках А-1. Он обязательно поддержит своего подельника. И, боюсь, не только штраф с порицанием Дмитрию грозят. Как бы в расход не пустили…

Да и наличие нескольких тевтонцев на остальных выходах нам не сдалось. Обязательно же подлянку очередную устроят. Причём такую, что без жертв не обойдёмся.

— Верно, — согласился с ней Ворон. — Но пока мы на Анкире, неприятностей можно особо не бояться. Найдём способ обезвредить ошмётки «Айсберга». Ну, а за оставшиеся две недели смены что-нибудь придумаем и по Кощею. Сейчас меня больше интересует, как Кнехт выкручиваться будет. Он в таких вещах «собаку съел»… Прости, Че Ён, за подобное сравнение.

— Ерунда, — отмахнулась Фея. — Тем более это тупой миф, что корейцы едят собак. Мне за всю жизнь всего лишь один раз пришлось, и то на спецподготовке. Поверь, удовольствия от такого не испытывала.