Никаких голосов или скрежета, только гул труб и собственное дыхание. За день нанес на схему полтора километра тоннелей. Монотонность, от которой не ждешь удара в спину, как в подворотнях Куртова, странно успокаивала. Вечером планшет с данными ушел на проверку к Дэвайл, а я, несмотря на усталость, даже почувствовал некое подобие удовлетворения.

А потом началась следующая тренировка. Я пришел в зал за пять минут до назначенного времени. Адреналин от предвкушения гудел в крови громче, чем гудят трансформаторы. Каспар Ван Тотен и Трэйхо Кортес уже были на месте. Первый — все та же непроницаемая статуя у стены. Второй разминался в центре зала, и его движения были плавными, почти гипнотическими, как у огромного хищника, готовящегося к охоте. Никаких приветствий. Трэйхо просто остановился, когда я вошел, и посмотрел на меня.

— Разомнись и нападай, — сухо скомандовал сержант таким же спокойным голосом, как и вчера.

Кивнул в ответ, сбрасывая с себя оцепенение. Вчерашнее унижение никуда не делось, но теперь под ним был какой-то фундамент. Нет цели его победить. Цель: продержаться дольше, понять больше.

Первые несколько минут были до боли знакомы. Снова превратился в мотылька, бьющегося о невидимую стену. Мои выпады, быстрые и резкие, тонули в его защите. Пытался финтить, менять ритм, атаковать с разных углов. Все бесполезно. Кортес не двигался с места, лишь слегка смещал корпус, подставлял предплечье или просто делал короткий шаг в сторону, и я с размаху проваливался в пустоту, теряя равновесие. Он читал меня, каждую мою мысль, каждое намерение.

— Ты слишком много думаешь, — внезапно сказал сержант, легко отводя мою руку, целящую в его бок. — Твои ноги и руки знают, что делать. А голова им мешает, путается. Ты пытаешься придумать, как ударить, вместо того чтобы просто двигаться.

Он перестал защищаться и сделал шаг ко мне.

— Забудь про атаку. Твоя задача — не дать мне ударить тебя. Начали.

Трэйхо двинулся вперед. Не быстро, а как вчера — размеренно и неотвратимо. Шаг назад. Еще один. Стоило сержанту ускориться, как тело само сорвалось в сторону. Привычные уличные уловки, рывки и петляния, спасали ситуацию, но цена была высокой. Топливо выгорало мгновенно: каждый такой вираж пожирал слишком много энергии.

— Не бегай, — ровный голос Трэйхо догнал меня у стены. — Танцуй. Экономь движение. Каждый твой шаг должен иметь смысл.

«Танцуй»? Ага, мать твою, сейчас, только фрак сменю. Единственные танцы, которые знал — это пляска святого Титта, когда тебе отбивают почки дубинками. Но я попытался врубиться в его метафору. Хватит дергаться, как паралитик. Я сменил широкие прыжки на мелкую, крысиную суету на полусогнутых. Двигался так, будто под ногами не маты, а раскаленная крыша крематория.

Кортес надвигался. Его рука метнулась к моему плечу. Раньше я бы отпрыгнул на два метра. Сейчас просто качнул корпусом, и его пальцы схватили пустоту. Он тут же нанес короткий, неспешный удар другой рукой в живот. Вместо отскока, провернулся на месте, пропуская кулак мимо и оказываясь у него за спиной. На долю секунды. Этого было мало для атаки, но это было нечто новое.

Расклад изменился. Спарринг превратился в выверенную, хоть и опасную хореографию, где сержант служил неподвижной осью вращения. Исчезла необходимость гадать, куда прилетит удар. Кулаки перестали быть главной угрозой — теперь внимание считывало предвестники: перенос тяжести, вздувшиеся бугры мышц на плечах, доворот корпуса. Эта туша телеграфировала каждое действие, а собственное тело вдруг начало отвечать синхронно, словно всю жизнь знало этот язык.

Скольжение, уворот, нырок под тяжелую руку — движения слились в непрерывный, изматывающий ритм. Пот разъедал глаза, в груди клокотало пламя, но сквозь физическое изнеможение пробивалось отрезвляющее открытие. Врожденная вертлявость переставала быть просто паническим рефлексом загнанной жертвы. Она обретала структуру, превращаясь в что-то осмысленное.

Сержант замер. На этой каменной глыбе не выступило и капли пота, словно и не было никакого боя. Дистанция — два шага. Достаточно, чтобы перевести дух, но мышцы по-прежнему звенели, готовые в любую секунду сорваться в рывок. Титан молчал, сверля тяжелым взглядом. И в его привычном равнодушии наконец проступило нечто новое. Тень скупого, профессионального признания.

— У тебя серьезный потенциал, — его бас прозвучал весомее любой похвалы, когда-либо слышанной в подворотнях. — Тело понимает бой лучше, чем разум. Оно создано для движения. Теперь наша задача — научить голову поспевать за инстинктами. Работы предстоит прорва, но результат того стоит.

Я выпрямился, не в силах скрыть ухмылку, которая сама расползлась по лицу, несмотря на дикую усталость.

Каспар нарушил свое молчание и сделал шаг вперед. То, что он ни разу за бой не открыл рот, чтобы смешать меня с грязью, было тоже своего рода комплиментом.

— Чтобы не закреплять ошибки, завтра начинаем с самого начала. — сказал он, обращаясь скорее к сержанту, чем ко мне. — Много бесполезных движений. Начнем с дыхания, стойки и оценки ситуаций. Вижу что ему подойдет.

Он повернулся ко мне.

— Свободен.

Когда шипящая дверь закрылась за ними, оставалось лишь рухнуть на маты. Тело ломило, каждый мускул кричал от перенапряжения. Этому Трэйхо так и не досталось ни единого удара. Да и вряд ли достанется в ближайшие месяцы, а может и годы. Но это было неважно. Это начало.

Третий день встретил меня все той же серостью. Комбез сел как вторая кожа. Водитель, кажется, начал узнавать меня в лицо, потому что вместо кивка выдавил что-то похожее на приветствие. Прогресс.

Сегодня я решил обследовать вертикальные коммуникации. Грязная, полная ржавчины и ядовитого газа работа. Спускаться в эти каменные глотки приходилось на страховке, прощупывая каждую прогнившую скобу. Из находок — лишь древняя насосная станция, похожая на кладбище гигантских механизмов. Занес на карту как возможное укрытие.

Никакой мистики, никаких встреч. Только монотонная пахота, идеальная, чтобы зарекомендовать себя исполнительным винтиком системы. Наверх выбрался уже в сумерках. Привычный ритуал: четыре удара в дверь, молчаливый водитель, база.

Ледяной душ смыл грязь, но не липкое предчувствие. Половина срока позади, карта заполняется слишком гладко. Это вязкое спокойствие было обманчивым, всего лишь передышкой перед чем-то по-настоящему паршивым.

Я вытер волосы жестким полотенцем, толкнул дверь в свою комнату и замер на пороге.

На идеально заправленной койке лежал тубус пневмопочты.

Потертая латунь, грубая резьба и казенная печать. Пока я мылся, кто-то из стражи тихо зашел и оставил мне этот «подарок». Вряд ли это такой способ пожелать спокойной ночи.

Я медленно выдохнул и бросил полотенце на стул.

Что на этот раз?

От автора:

Первый том официально завершен! Огромное спасибо всем, кто спускался в Подшпилье вместе с Вэйкором. Но это только разминка.

Хорошая новость: у меня УЖЕ ПОЛНОСТЬЮ НАПИСАНЫ вторая и третья книги. На подходе ещё три. Настоящая мясорубка впереди.

Суровая реальность: чтобы я мог начать выкладывать продолжение, мне нужно выбить у портала Коммерческий Статус (КС). А местные алгоритмы понимают только один язык — вашу активность.

Если вы хотите узнать, что было в том тубусе, и увидеть продолжение — мне критически нужна ваша помощь. Сделайте три простых шага:

1. Прожмите лайк (сердечко) этой книге.

2. Черкните пару слов в комментариях (как вам финал, атмосфера, лор?).

3. Подпишитесь на мой профиль, чтобы получить уведомление, как только стартует Том 2.

Вы даете активность — я открываю доступ к продолжению. Честный обмен. Жду вас в комментах!