Сае смотрел с любопытством, но не спрашивал ничего. Может, думал, что под руку готовящему лучше не лезть. И правильно думал, кстати. Не люблю, когда отвлекают от дела! Легко ошибиться, или рука дрогнет, и всё пропало.

Мама говорит, что я слишком серьёзна там, где не помешала бы толика легкомысленности. Ей бы на себя в зеркало посмотреть. Но я никогда не скажу ей ничего подобного. Мама это мама. Родителей мы не выбираем, когда нас выдёргивает из небытия на этот свет.

Каплю бальзама в готовый напиток. Всё. Можно пить.

Сае бережно принял чашечку, долго держал её в ладонях, вдыхая ароматные запахи. Я подумала, что он, наверное, воспринимает больше запахов, чем человек. Хотя лицо вполне себе антропоморфное, как и фигура. Голова, две руки, две ноги… всё в пропорции. Я обязательно нарисую его, когда он уйдёт. Холст сохранит память о необычном госте надолго.

– Великолепный кофе, – сказал он, смакуя глоток. – Такого я ещё не пробовал…

Ещё бы. Такого в туристической зоне не приготовят!

– Если вам нужно привести себя в порядок, можете воспользоваться санитарной зоной, – предложила я. – Я покажу.

Его синий плащик выглядел бархатитстым и шёлковым, словно только что прибыл из пошивочной фабрики. Может, какая-то особенная ткань, которую не встретишь на нашем шарике и вообще в пространстве Федерации.

– Вы живёте одна, Дес? – спросил вдруг Сае. – О, не поймите меня неправильно, но я побывал во многих человеческих мирах. И в некоторых из них общество, мягко говоря, не очень благосклонно смотрит на одинокую девушку, принимающую в своём доме незнакомого мужчину… Я не хотел бы доставлять вам неприятности.

– Не беспокойтесь, – улыбнулась я. – Это – Аркадия, один из самых благоустроенных миров в Федерации. Здесь не такие строгие нравы, как в мирах фронтира.

Я подумала, что, в общем, ничего не имею против межрасовых отношений по любви и взаимному согласию, но сама бы ни за что. Сае – милый, симпатичный, очень интересный, да чего там, красивый, но представить себе, что я смогу поцеловаться с ним, не говоря уже обо всём остальном, что следует дальше поцелуя, как-то не получалось.

Впрочем, у меня даже с человеческими парнями не получалось. В прошлом году мама вытащила посмотреть на регату, там пытались со мной знакомиться. Отличные парни и молодые мужчины, замечательные, славные. Но за руку возьмёт кто-нибудь из них – и будто жабу за ворот кинули. Помню, я заподозрила маму в желании сплавить меня замуж, как в старые добрые времена, и очень сильно возмутилась этим фактом. Мы тогда с нею впервые очень сильно поссорились, как сейчас помню.

Сама-то она в отношения не рвётся! А меня пристроить захотела. С чего бы вдруг?

Мама у меня хорошая. Просто иногда не понимает меня совсем.

– Вы допили? – поинтересовалась я, Сае совсем по-человечески кивнул, и тогда я сказала: – Переверните чашечку над блюдцем.

– Зачем?

– Кофейной гуще дано предвидение, – объяснила я. – Можно попытаться угадать, что грядущее готовит в ближайшие дни. А иногда, говорят, можно даже провидеть судьбу.

– Как интересно, – выговорил Сае, восприняв информацию чересчур серьёзно. – О таком я ещё не слышал! Но разве гадания в наш технологический век имеют силу?

– Кофейные – ещё как, – заверила я. – Переворачивайте смело!

Сае медленно перевернул чашечку. Потом поднял её.

– И что теперь, Дес?

– Надо смотреть, – сказала я.

Тёмно-коричневая густая жижа растекалась неравномерно. Увидеть что-либо в её потёках не каждый может. Магия, паранорма, вера, кто объяснит, что станет спусковым крючком для волшебства?

– Что хотите, не найдёте, – сказала я. – Что не желаете, то потеряете. Дороги, дороги, дороги… звёздная пыль на сапогах… вы были солдатом удачи когда-то, Сае. Вот, на блюдце, эта дорога за вашей спиной, там всё было ясно и чётко, но – было. Прошло. Впереди новые бури и новые дороги. А сейчас… Ни прошлого. Ни будущего. Как будто вы – большущий шар на вершине холма и в какую сторону вас качнёт, не знает даже небо. Вы…

– Хватит, – неожиданно резко сказал он, отбирая у меня чашечку. – Хватит, Дес!

– Простите, – виновато сказала я. – Я забылась…

Он очень внимательно смотрел на меня. Хмуро, исподлобья, чуть настороженно, возле губ появились резкие складочки. Как будто мои слова что-то задели в нём, растревожили какую-то рану.

– Моя паранорма слишком слабенькая, – призналась я. – Она не годится на что-то серьёзное. Не берите в голову. Это – всего лишь кофейная гуща, выплеснуть и вымыть посуду… а в гадания верит только тот, кто хочет в них верить. Игры разума, детская забава, деревенские развлечения. Вам это каждый аркадиец подтвердит. Если вас задело, приношу извинения.

Сае вдруг коснулся кончиками пальцев моей руки. Я вздрогнула, ожидая, что за ворот снова бросится жаба, как это бывало всегда, но ничего подобного не случилось. Лёгкое, невесомое касание, как будто кусочек летнего неба мягкой шёлковой ленточкой скользнул по коже.

– Всё хорошо, Дес, – мягко сказал он. – Спасибо за отличный кофе. Пожалуй, я пойду. Я и так отнял у вас слишком много внимания.

– Но вы вернётесь? – спросила я.

– А вы хотите, чтобы я пришёл ещё раз? – иронично спросил он.

– Я внесу вас в список, – предложила я. – Можете приходить, когда вам захочется. На чашечку кофе. Барьер будет пропускать вас всегда.

– Странное доверие к тому, в ком вы разглядели солдата удачи, – помолчав, ответил Сае. – Разве что вам не знакомо значение этих слов. Кого они характеризуют на самом деле.

– Это ваше прошлое, – пожала я плечами. – Оно никак не связано с будущим, если помните. Блюдце и чашечка – разные миры.

– Гадания на кофейной гуще – деревенские развлечения, – усмехнувшись, напомнил он. – Вы ведь сами об этом сказали, Дес.

– А вы скажите, что я не права, – предложила я, возвращая ему усмешку.

Глаза в глаза, и воздух зазвенел от напряжения. Мне понравилось это чувство. Звонкое, грозное и – настоящее. Хотя, может быть, отсутствие жабы за воротом тоже сыграло.

– Возвращайтесь, Сае, – мирно сказала я. – Когда пожелаете. Чашечка кофе для вас у меня найдётся всегда.

Он приложил руку к сердцу и слегка поклонился. Потом ушёл. Я долго провожала его взглядом. Мне понравилось, как он шёл, упруго и чётко. Видно было, что пешие переходы для него не пустой звук.

Я ушла с веранды на верхнюю террасу. Там меня ждали холсты и краски с кистями. И то, руки уже горели предвкушением любимого дела.

Я выбрала большую деревянную доску из заготовленной заранее стопки. Установила её. Задумалась.

Сае стоял перед глазами так, будто находился напротив меня прямо сейчас. Вот он принимает из моих рук чашечку ароматного кофе. Вот пьёт. Переворачивает вверх дном над блюдцем…

Сначала – эскиз. Карандашом по гладкой поверхности. Рука идёт сама, в потоке памяти.

Тёмно-коричневая, почти чёрная гуща, чашечка, лежащая на боку, горьковато-карамельный запах мешается с собственным запахом гостя. Росчерк падающей звезды, космическая пыль. Я знаю, каково на вкус жёсткое излучение нашей звезды, был случай убедиться в детстве. Спасла паранорма. Слабенькая, ни на что серьёзное не годная, но спасла. Натуральнорождённый ребёнок бы не выжил, а я смогла. Так вот, впечатление от Сае оказалось странно похожим на вкус той, давней, катастрофы и прикосновение нашего светила.

Может, это уставшая звезда пришла погреться немного у моего огня?

Фантазии, фантазии. Дес, вернись в реальность. Где-то в Галактики живут соплеменники Сае, целая раса, и если я о них ничего не слышала, то вовсе не значит, что их нет.

Хотя, возможно, он генномодифицированный и потому единственный в своём роде. Вот ему, должно быть, одиноко по жизни!

Жалость? Я прислушалась к себе. Нет.

Наконец-то в моей жизни появился вопрос, на который я не знала ответа.

Кто ты, таинственный гость с синими глазами и коротким звучным именем Сае?

Эскиз смотрел на меня с холста знакомым взглядом.