И не отстал, изматывая подкатывающим оргазмом, переходя на внутреннюю сторону бёдер, и с новой силой возвращаясь и подводя к грани. Взрыв был головокружительный, крышесносный и умопомрачительный. На последней судороге Немцов вошёл в меня и в два толчка довёл себя до концовки.

Засыпала у него на груди, млея от мягких поглаживаний по волосам и спине. А утром проснулась одна в ещё не остывшей постели. Игнат совсем недавно ушёл, оставив на моём запястье браслет из розового золота с россыпью бриллиантов, играющих множеством граней в солнечных лучах.

Сложно передать моё смятение, от дорогого украшения на руке. Никогда не получала такие подарки, а этот выглядел как откуп после секса или способ заткнуть рот возмущению после чуть не случившегося изнасилования. В другой ситуации я бы, наверное, порадовалась и польстила себе, но в разрезе наших долговых отношениях этот браслет подчёркивал грязь, окружающую меня.

Под ним раздражающе чесалась кожа, а сам металл, казалось, прожигал до кости. Сняла запредельную вещицу и спрятала в ящик, чтобы вечером вернуть. Не мне носить такие вещи. Пусть совестливо дарит жене, пополняя её очередную шкатулку.

Стоило подумать о скором возвращение Лоры, как сразу под рёбрами запекло. Ревность — слишком нестабильное и неподконтрольное чувство. Мы можем испытывать его к сокурснице, получившей лучшую оценку и похвалу от ректора, его часто можно спутать с завистью к карьерному росту коллеги.

Кто-то испытывает нестабильность и раздражение от столба, посмевшего стоять рядом с объектом увлечения, кто-то настолько влюблён в свой автомобиль, что ревностно оберегает салон от вторжения детей и второй половины. Кто-то не испытывает этих эмоций вообще, так и не познав дрожь в пальцах, стягивающийся узел в животе, болезненное распирание в грудной клетке, желание стереть в порошок соперника и весь мир.

Несмотря на страсть, клубящуюся между нами в последнее время, я всё так же трезво оценивала и своё положение, и совсем не ангельский, а вернее сказать уродливый, характер Немцова. Как любил повторять папа: «лучше полюбить козла, чем связать свою жизнь с говном». Грубо, но сейчас я, как никогда, поняла и прониклась его изречению.

Вот Игнат относился ко второму определению, требующемуся специальной утилизации в отстойниках. Хоть и задевало, что он выбрал Лору с активами её отца, а не меня, дочь обслуживающего персонала, только с таким добром и с деньгами не обретёшь счастья. Мало кто сможет с ним жить, не испытывая всей палитры ненависти и разочарования.

Из раздумий вырвал стук в дверь, что было мало похоже на Немцова. Слишком резко задвинула ящик с брюликами и одёрнула руку, как от проказы. Не моё. И Игнат не мой. И ломаться мне ещё полгода.

В комнату скользнула тётя Поля, принеся поднос с едой, и важно водрузила его на тумбочку. В её глазах светилось столько радости, что у меня во рту скопилась приторная слюна, вызывающая лёгкую тошноту и совсем нелёгкое опасение, вернее предчувствие чего-то нехорошего.

— Игнат распорядился принести тебе завтрак и освободить от работы по дому, — широко улыбнулась Полина, раскрывая объятия. — Наконец-то твои мучения кончились, Ирочка. Может, отпустит он уже тебя?

— Вряд ли, — прижалась к ней, вдыхая уютный запах ванильных булочек. — Скорее посадит на цепь и заставит есть с пола.

Сомневалась, что Немцов даст мне свободу, наигравшись в хозяина и рабыню. Возможно, ему надоело воспроизводить Тему, строить из себя злобную тварь с садистскими наклонностями, но, уверена, он ещё не раз сделает мне больно.

— Ну что ты, Ирусь. Игнат, конечно, может вести себя как идиот и делать глупости, но он всегда был честным, хорошим мальчиком, так похожим на своего отца.

Почему-то я отлично понимала тётю Полю, привязавшуюся к Игнату как к родному сыну. Большинство родителей так и ходят всю жизнь в розовых, мутных очках, не снимая их даже ночью. Скажи матери, что её сын подонок и конченная мразь. Она быстрее расцарапает тебе лицо, чем поверит в эту чушь.

— Как под копирку изготовили, — согласилась, не желая спорить и портить ей радужное настроение. — Не возражаешь, если я помогу тебе. Безделье навевает мрачные воспоминания.

— Буду рада, если возьмёшь на себя отчёт. Должна была сделать на прошлой неделе, а всё никак не соберусь.

Во мне умер великий бухгалтер. С удовольствием окунулась в цифры расходов на содержание дома и поддержание штанов. Сумма, потраченная на продукты, поражала. Это сколько и чем надо есть, чтобы приблизиться к семизначному числу? Мы с папой жили на эти деньги несколько месяцев, позволяя себе разнообразие и оплачивая обслуживание коттеджа.

Как же я скучала по отцу, по его объятиям, по чашечке чая, заваренной им для меня на ночь, по ненавязчивым советам и по житейской мудрости. Ещё чуть меньше полугода назад для меня всё это было обыденностью, а сейчас оказалось недостижимой роскошью.

До прихода Немцова я загружалась, как могла. Только не сидеть без дела и не накручивать себя. Чего только не лезло мне в голову, когда анализировала прошедшие ночь и утро, и на всё всплывал один вопрос. Что же ты задумал, Игнат?

Всё-таки хозяин этого дома непробиваемая скотина. Вернувшись, он вёл себя так, будто ничего не произошло. Правда, глянув на запястье, поджал губы, свёл вместе под углом брови и нервно дёрнул кадыком. Молча поужинал, потащил меня на диван, обложился бумагами, поработал, отправился в спортзал, усердно не раскрывая рот.

Видела, что лучше не затрагивать тему с браслетом, не злить и не нарываться на очередной конфликт. Не стоило подставлять попу и ждать в ответку кнута. Предпочла быть послушной и тихой, затоптав в себе протест и продолжив до конца играть роль отсутствующей супруги.

Правда, меня напрягало моё состояние. Бесконтрольные скачки настроения, бредовый бардак в голове. Ощущение, что в организме раскручивается гормональная карусель, перемалывающая гнев, обиды, ненависть, тоску, зависимость. Я скучала по Игнату, ждала ночи с ним, но в тоже время мечтала об окончание договора, желала спрятаться от него. Как будто внутри копошились две личности, растаскивающие меня на куски.

И только ночью они находили компромисс, сливаясь и отдаваясь мужчине, разбередившему их. И только в темноте, засыпая, накрывало спокойствием, и казалось, что всё должно быть именно так, несмотря ни на что. Идиотизм, но именно в нём я жила, постепенно сходя с ума.

Наверное, сходила бы и раньше, если бы две недели спустя дверь в комнату не ударилась о стену, пробуждая грохотом крыло и являя на пороге горлопанящую Лору.

Спросонья не сразу поняла весь ужас произошедшего, как и Игнат, хрипло рычащий мне в затылок и притягивающий к себе крепче. Несложно представить, какая картина нарисовалась перед разъярённой Лорой. Столько гонять частного детектива хвостом за мужем, надеясь собрать доказательства измены вне дома, а компромат оказался под боком.

— Ты совсем охренел, Немцов? Включил свою кобелиную натуру? И с кем? С поломойкой? Ниже пасть не мог? — голосила обманутая супруга, перемешав итальянский, русский и английский языки. — Думаешь, я буду терпеть твоё блядство у себя под носом? Нет, дорогой. Ошибаешься. Я папе звоню. Он из тебя душу вытрясет.

Глубоко внутри кольнуло от обиды. Неужели как женщина я настолько плоха, что Лору больше задела моя персона, чем сам факт измены? Но обида быстро скрылась под шквалом стыда и неловкости, потому что Игнат так и не выпустил меня из рук. Лишь слегка приподнялся на локте, смерил жену расфокусированным взглядом и сцедил сквозь зубы ругательство.

— Прежде чем орать и звонить отцу, поднимись в кабинет и загляни в конверт на столе, — спокойно, даже с ленцой, произнёс неверный муж. — Не уверен, что твой папа испытает удовольствие от горячих фотографий дочери, заткнутой со всех сторон.

— Ты… ты… ты скотина! — задохнулась словами Лора, прищуриваясь и прожигая его ненавистью. — Если хоть…