Без цели.

Страшен не тот, кто потерял всё и впал в гнев. Страшен тот, кто осознает свою потерю и вынашивает план.

Тайнопись. Книга II.

Саргон ехал в Варнастру один.

Айзек направил его к Васкону, и на этот раз охотник не стал спорить. После Юстана хотелось уехать хоть куда-нибудь. Он рассчитывал, что дорога займёт его, а новое дело поможет перестать думать о Кае и Эоне. Пока получалось плохо. На привалах он по привычке искал глазами место для троих, а однажды придержал лошадь, чтобы дождаться спутников, и только потом вспомнил, что ждать некого.

К Васкону он всё равно собирался. С тех пор как Кай спросил, не считает ли он поступок друга предательством, Саргон несколько раз мысленно начинал этот разговор. Ответы каждый раз придумывались разные, и ни один его не устраивал.

По обочинам тянулся молодой лес. Лошадь шла медленно, выбирая сухие места между колеями, и Саргон не понукал её. Торопиться хотелось куда меньше, чем при выезде.

«Устал».

Он поднял голову. Пожиратель молчал уже несколько часов, и Саргон успел почти забыть о нём.

— Ты-то от чего?

«От тебя. Рыбалка, старик, мальчишка с девчонкой. Потом опять Шамон. Ты хоть во сне можешь думать о чём-нибудь другом?»

Лошадь оступилась в колее. Саргон подался вперёд, ослабил поводья и дал ей выбраться на твёрдую землю.

— Не нравится — не слушай.

«С удовольствием. Только куда мне деться из твоей головы? Столько лет собираешься его убить, а теперь ещё сидишь и жалеешь себя».

— Я еду за ним.

«По поручению Айзека. Это я слышал. А потом что? Доберёмся, убьём. Куда поедешь после?»

Саргон хотел оборвать его, но демон уже затих. Ждал ответа. Охотник смотрел на дорогу, огибавшую рощу, и пытался представить день, когда ему больше не придётся искать Шамона. В голову почему-то лезли приготовления: проверить клинки, пополнить паприку, достать хорошую лошадь. Всё, что понадобилось бы до встречи.

«Не получается? — Пожиратель усмехнулся. — А ведь тот обречённый в горах предупреждал. Попросил тебя убить его, лишь бы мальчишка не добрался до своей мести. Помнишь?»

— Помню.

«И меня помнишь. Уже давно узнал, только говорить не хочешь. Замок, Маркус… Как ты тогда трясся с этой своей стрелой».

Саргон натянул поводья сильнее, чем собирался. Лошадь вскинула голову, и он тут же отпустил.

— Маркус тебя добил.

«Зато ты теперь носишь меня в себе. Забавно, правда? Столько ненависти, а приходится уживаться. Даже договариваться».

— Замолчи…

Демон послушался, и от этого легче не стало. Саргон давно знал, с кем делит тело. Однако всяческий пытался убедить себя, что это не он, но это был он, тот самый демон убивший его учителя.

Лес закончился. Ветер потянул по полю, забираясь под плащ. Саргон застегнул его у горла и снова задумался о том, куда поедет после смерти Шамона. Прежде он не строил планов так далеко. Был уверен, что сначала нужно добраться до него, а остальное как-нибудь решится.

— Не знаю, — произнёс он наконец.

«Что?»

— Что буду делать потом. Ты ведь спрашивал.

Пожиратель тихо хмыкнул и больше не заговаривал до самой Варнастры.

У въезда пришлось пропустить обоз. Саргон отвёл лошадь к краю дороги и смотрел, как мимо тянутся повозки с мешками, связками стрел и запасными древками. За последней шли охотники. Один придерживал перевязанную руку, другой нёс сразу два арбалета. Никто не разговаривал.

Варнастра стала центром защиты у места Треска. Там, где раньше собирались на охоту и учили мальчишек держать оружие, теперь готовились встречать тварей, выходивших из-под купола. Между домами прибавилось навесов; под одним точили клинки, под другим перебирали паприку. Ученики сновали между взрослыми, таскали воду и снаряжение. На Саргона оглядывались, но останавливаться никто не спешил.

Он спешился и провёл жеребца через двор, уступая дорогу двум охотникам с длинным ящиком. Васкона нашёл за ними. Тот помогал закрепить груз на повозке и спорил с молодым парнем, уже уложившим свои вещи рядом с остальной поклажей.

— Я сказал, остаёшься. Руку сначала вылечи.

Парень начал возражать, но Васкон уже заметил Саргона. Проверил узел, хлопнул возницу по плечу и пошёл навстречу, на ходу отряхивая ладони.

— Сар! А я тебя ещё вчера ждал.

Он обнял его, крепко, чуть не сбив шляпу о плечо. Саргон неловко похлопал друга по спине. От Васкона пахло кожей и конским потом, перо на шляпе Маркуса было всё таким же дурацким.

— Дорога плохая, — ответил он, отстраняясь.

— Знаю. Ел хоть?

Саргон покачал головой. Васкон подозвал ученика, велел отвести лошадь и повёл друга под навес, где стоял стол с недоеденным обедом. Сдвинул бумаги, освободил место напротив себя.

— Садись. Сейчас принесут ещё.

Саргон снял пояс с оружием, положил рядом на скамью. Васкон сел следом, но, заметив, что друг не тянется к еде, перестал улыбаться.

— Что случилось?

— Ты знал о планах Айзека, когда свёл нас с ним?

Васкон убрал со стола локти и выпрямился.

— С самого начала — нет. Он рассказывал ровно столько, сколько мне нужно было знать. Остальное выяснялось потом.

— Галфир мёртв, Вас.

Саргон произнёс это тише: мимо навеса прошли двое учеников. Васкон проводил их взглядом и придвинулся ближе.

— Я знаю. Айзек мне сказал. Точнее он сказал, что так думает…

— А тогда ты говорил, что королевский Избранный видел нас в пророчестве. Что без нас не справятся.

— Потому что сам в это верил. — Васкон провёл ладонью по бороде, потянул за спутанные волосы и отпустил. — Треск ведь случился, Сар. Он знал, где и когда. Знал про тебя, про нас с Маркусом. Мне и в голову не пришло, что пророчества нет.

Саргон посмотрел на двор. Оттуда доносился стук молотка: у повозки поправляли крепление. Именно здесь Айзек убедил их остаться перед Треском. Васкон верил ему и говорил с такой уверенностью, что Саргон тоже согласился помочь.

— Ладно, тогда поверил. А когда узнал правду?

— К тому времени я уже понимал, чего он хочет.

Саргон повернулся к нему. Васкон не отвёл глаз.

— Мне не нравятся его методы. Но Новая Тильмария гниёт, ты сам это видел. Он готовит революцию, и я хочу, чтобы у него получилось.

К столу подошла девушка с миской. Саргон отодвинулся, пропуская её к столу, и дождался, пока она поставит еду и уйдёт.

— Он тебя заклеймил?

Васкон помедлил, затем оттянул ворот. На шее темнел след. Саргон наклонился, чтобы рассмотреть, но друг уже поправил рубаху.

— Да. Я не мог уйти, даже если бы захотел.

— И после этого ты ему помогаешь.

— Помогаю. — Васкон подвинул миску к Саргону, но тот придержал её за край.

— Не надо кормить меня вместо ответа.

Друг убрал руку.

— Я отвечаю честно. Клеймо есть. Уйти он бы не дал. Но я и не захотел, вот в чём штука. Можешь считать меня дураком.

Саргон опустил глаза на еду. Он готовился услышать, что Васкона заставили, что у того не было выбора. С таким ответом было бы проще. Можно было злиться на Айзека и думать, как вытащить друга. Васкон этой возможности ему не оставил.

— Я хочу понять, с кем говорю, — сказал Саргон. — С тобой или с тем, кого Айзек велел мне выслушать.

Васкон откинулся назад. За его спиной кто-то позвал наставника, но он поднял ладонь, не оборачиваясь.

— Со мной. Если бы он хотел говорить через меня, вряд ли позволил бы начать с того, как нас обманул.

Саргон фыркнул, но возражать не стал. Васкон пригляделся к нему, затем снял шляпу и положил на край стола. Лоб под ней был влажным и грязным.

— Ты бы сам спросил, Сар. Раньше.

— Вот спрашиваю.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Потом Васкон кивнул и взял хлеб. Саргон наконец подтянул к себе миску, хотя есть всё ещё не хотелось.

— Про демона он тебе тоже рассказал?

— Рассказал. Но что с тобой неладно, я понял ещё в прошлый твой приезд, когда передал клинок. Просто не знал, насколько всё плохо.