Дешёвая армейская паприка.

Исцеление было не магией в полном смысле слова, лишь насильственным ускорением естественной регенерации, будто за тело за несколько секунд прожили месяцы. И охотник знал как минимум три способа ее использования.

— Пойду посмотрю, как Эона, — тихо сказала Лия.

Она поднялась и скрылась в палатке, оставив охотника и Богиню наедине. Охотник выдержал короткую паузу и заговорил.

— Что с тобой там было? — Саргон посмотрел в пустые синие глаза Соны.

— Ничего, — Богиня медленно покачала головой. — Просто показалось.

— Показалось что?

— Не твоё дело, человек, — резко отрезала она.

Потом выдохнула и отвела взгляд.

— Прости… Я просто устала. Отступить было правильным решением. Одна я бы не справилась.

Саргон ничего не ответил. Он медленно опустился на землю. Тело ломило так, будто его переломали заново, и он решил, что короткий сон сейчас будет лучшим лекарством.

«Посплю хоть часик».

Он закрыл глаза.

Сон мягко утащил его в свои объятия.

Шелест опадающей листвы. Тихая река, в которой они с Маркусом ловили рыбу. Он любил это время года: ещё не холодно, но уже не жарко, и не нужно укрываться колючими шкурами.

— Ну как улов? — Маркус сел рядом.

На нём была всё та же дурацкая шляпа с пером, которую теперь носил Вас.

«Сон… Как жаль, что он снится мне сейчас. Я не смогу побыть здесь подольше».

— Как поживаешь, дед? — улыбнулся Саргон.

Слёзы подступили к глазам. В своих снах он всегда понимал, что спит и мог управлять своими действиями.

— Ах ты мелкий… Я же говорил — не дед, а отец, — Маркус усмехнулся той самой живой, тёплой улыбкой, какой улыбался при жизни. — Да всё нормально. Лучше скажи, как вы там? Как Вас поживает? Как его ученики? Да и что с этим Треском?

Волосы на голове встали дыбом. Разговор никогда не заходил в такое русло, никогда не касался реальных событий.

— Что? Разве он не здесь? — попытался подыграть сну Саргон, игнорируя вопрос про Треск.

— Ха… Ну я хоть и умер, но не ослеп, мальчишка, — усмехнулся Первый, поправляя ус.

— Ты… ты реален?

Ветер задул с невероятной силой. Небо заволокло тучами, солнце исчезло.

— Ну, смотря что ты считаешь реальным… — лицо Маркуса исказилось.

Облака почернели, и вместе с этим всё вокруг исчезло, оставив Саргона в глухой, плотной тьме.

В ней вспыхнули два красных глаза.

— Лучше скажи, каково это — медленно превращаться в демона?

Саргон открыл глаза.

_____________________________________________

Бонус

Глава VII.

Химера.

Жуткий рев.

Что разбудило его, демон прошлого или этот звук, уже не имело значения. Тело ломило. Он поднялся, осознавая, что весь мокрый от пота и сжимает кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

Лия и остальные одновременно повернули головы в сторону дрожащих вдали деревьев. Птицы пугливо срывались с ветвей и разлетались в разные стороны.

— Наконец проснулся, — хмуро, но с явным удовлетворением сказал Рюг, глядя на охотника. — Поступил приказ. Для вас пятерых. От его превосходительства эмиссара Айзека. Остановить Химеру.

«Для пятерых? Людей им не жалко… но Богини? — мелькнуло у Саргона. — Он хочет от них избавиться?»

В памяти всплыл момент, когда Айзек был явно недоволен Эоной. Саргон мотнул головой.

— Хорошо.

Рюг и разведчики быстро свернули лагерь и ускакали на север.

Кай сидел на земле, жевал сушёное мясо, которое ему передала Сона. Лия меняла струны цитры. Эона сидела чуть в стороне, поджав ноги, и всячески избегала взгляда Саргона.

«Ну и что мне с ними делать? Я никогда не умел командовать… Что бы ты посоветовал, Маркус?» — Саргон вздохнул и на миг готов был поклясться, что услышал ответ. Но слов не разобрал.

«Я тоже начинаю сходить с ума. Как и Богиня Льда».

— Народ, — начал он. — Времени мало. Нужно подготовиться. Я… — он запнулся. — Я не мастер говорить, но действовать нам придётся слаженно, если хотим выжить.

— Почему им так важно, чтобы мы убили химеру? — Кай почесал затылок, отправляя в рот очередной кусок мяса.

— Потому что она может разрастаться и если не остановить ее сейчас, то потом будут проблемы, — соврал Саргон, не моргнув глазом. — И пока химера одна, с ней ещё можно справиться. Если с ней поравняются другие твари, будет еще больше проблем.

Кай кивнул, показывая, что понял.

Саргон подошёл и резко стукнул его кулаком по голове.

Все замерли, не понимая, что произошло, но охотник сразу пояснил:

— Пойдёшь в атаку без команды — сам тебе голову оторву. Всё началось из-за тебя. Не было плана, мы не смогли скоординироваться, — он чуть смягчил тон. — И если выкинешь такое ещё раз, в ученики не возьму.

Искажённое лицо Кая просияло. Он давно мечтал об этом, но не верил, что когда-нибудь услышит такие слова.

— Что из ловушек осталось?

— Четыре ледяные гранаты, две огненные растяжки, три ядовитых капкана и одна вакуумная сфера! — отчеканил Кай, вскочив и вытянувшись, будто перед командиром, даже забыв о боли.

— Негусто… — Саргон повернулся к Соне. — Каков предел ваших возможностей…Эм… госпожа Сона?

Он постарался вложить в вопрос максимум учтивости.

— Боюсь, сейчас я способна лишь на ледяные стрелы, — сдержанно ответила Сона. — Чтобы восстановить запас сил, мне нужен холод…

По её тону было ясно, делиться подробностями она не стремилась.

— Ну, хоть что-то, — кивнул Саргон и повернулся к Лие, закончившей настраивать цитру. — Какие мелодии ты знаешь?

— О трёх ты уже слышал. Есть ещё мелодия боли и мелодия сна, но они опасны. Все, кто услышит, попадут под воздействие, — Лия говорила ровно, внимательно наблюдая за охотником. — Были и другие, с десяток, но я их не помню.

Саргон кивнул.

— Понял.

Он оглянулся, судорожно ища Эону, и, наконец, заметил её в стороне. Так же тихо поджав ноги.

— Теперь ты… Эй. Ты почему плачешь?

Только сейчас он увидел, как плечи девочки мелко вздрагивают. Она всхлипывала, сжавшись, и больше не выглядела избалованной Богиней, просто маленькая босоногая девочка.

— Я… я не… не хочу умирать, — прошептала она и разрыдалась сильнее.

Лия шагнула к ней, но Саргон остановил её жестом.

— Посмотри на меня, — потребовал он.

Когда Эона подняла голову, он заговорил твёрдо:

— Ты видишь здесь троих людей, в которых нет никакой силы. Мы не умеем и малой доли того, что умеете вы, Избранные. Вы надежда людей. И вести их должны именно вы. Как идти в бой, если мы видим страх в глазах Богини?

— А тебе разве не страшно? — тихо спросила Эона. В глазах блеснул свет.

— Страшно. Но я не собираюсь плакать, — Саргон хмыкнул. — Лучше выживу, выпью чего покрепче и лягу с…

— Не перегибай, — одёрнула его Лия, поняв, к чему он клонит.

— Лягу поспать, — закончил он. — И буду радоваться новому дню.

Эона вытерла слёзы ладонями, шумно втянула носом воздух и встала.

— Да, ты прав! — выпалила она. — На кого ещё вы можете надеяться, кроме как на Богинь? Я, Эона фон Саир, защищу вас всех! Или защитю… ну… в общем… не смейтесь!

Засмеялись все, даже хмурый Саргон. Впрочем, он первым и остановился. Мысли о прошлом неприятно кольнули в сердце.

— Итак. Твой лимит, пять вспышек. Больше ты не выдержишь, — сказал он, глядя на Эону. — Я правильно понимаю?

— Смогу больше, если в полдень будет ясное солнце. Свет даёт мне силу, — быстро ответила она. — Но если, как вчера, то да… пять. Хотя сейчас я ещё не восстановилась. Наверное, раза три.

Она помялась и добавила:

— И ещё сияние. Я могу зачаровать оружие на один очень сильный удар.

Саргон кивнул, ничего не ответив. Он снял с седла сумку, достал бестиарий, сел прямо на землю и начал листать страницы, останавливаясь на знакомых пометках.