— Дурень маленький, обработать рану! — Маркус ударил себя по лбу. — Ей-богу, кадык тебе вырву в один день, уж больно много себе позволяешь…

— Да ты без нас и дня не протянешь, — отмахнулся Васкон и быстро побежал за сказанным. Слова не были обидными, «вырвать кадык» ученикам он обещал по пять раз в день.

Маркус уселся под деревом, опираясь на него спиной. Он поднял рукой одну из шишек и вдохнул ее аромат после откинул в сторону, словно пытаясь занять себя.

— Скажи… наставник… Ты ведь не из обречённых… — Саргон похолодел от собственного вопроса. Ему хотелось стукнуть себя по лбу вот так, напрямую и сразу, а ведь он обычно задавал наводящие вопросы, чтобы разговорить охотника.

— Нууу… скорее всего, нет. — Маркус помолчал. — Я из Первых, Чистка меня не коснулась. Поэтому церковь и не смогла меня, скажем так, завербовать…

— А как так? Разве вас не пять сотен ровно? Я думал Избранных и Обреченных по пять сотен. Первых я думал не осталось вовсе.

— Да нет, конечно, — усмехнулся Маркус, поправляя усы. — Просто церкви выгодно навязывать красивые и ровные числа. Кто бы поверил в историю о семистах тридцати пяти или четырёхстах восьмидесяти трёх обречённых.

— И то верно, — Саргон уселся на землю и почесал затылок. Он был рад, что смог начать разговор. — Тогда вас больше или меньше?

— Ты агент церкви? — недовольно хмыкнул Маркус. — Я больше тебе ничего не скажу. Ну или расскажу, когда вырастешь и сможешь купить мне выпивку.

— Пьяница, — пробубнил себе под нос обиженный Саргон. После сражения Маркус бывал особенно разговорчивым, но сейчас момент был упущен. А ведь ему столько всего хотелось узнать. Но одно радовало его больше всего, он не из Избранных.

Васкон прибежал чуть позже. Он подвёз повозку поближе и принёс спирт с бинтами. Первым делом Маркус отпил из бутылки.

— Так и знал, обманщик!

— Что?! Я обеззараживаю организм. Вообще-то хворомедведь очень заразен! Не видел, что ли, как из него зелёная жидкость сочится? Так вот, она ядовита! Кстати, не забыть бы мне записать это в бестиарий…

— Ооо, я запишу, — Саргон буквально подпрыгнул от радости. Ему хорошо давались зарисовки и письмо. Эти науки он освоил за полтора года, тогда как Васкону они никак не давались.

— Да какой прок в этом! — недовольно буркнул тот.

— Прок в том, что вы когда-нибудь передадите эти знания своим ученикам и сделаете из моего труда целое наследие! Ну или поделитесь с другими охотниками, мы же не одни… — Маркус позволил Васкону перевязать ногу, предварительно обильно смочив рану спиртом.

— Но ты-то учишь нас не по картинкам и буквам, — пожал плечами мальчик, аккуратно обматывая ногу наставника.

— Мы можем и не всех чудищ встретить, как и другие охотники, — ответил за Маркуса Саргон. Он немного подумал и добавил: — А так у нас будут знания и подготовка, и мы сможем делиться этим…

— Ой, не нуди…

— Харош… А ну, прекратите. Вы должны всегда быть на одной стороне. Будет время, когда вы останетесь одни… Как бы там ни было. Через недельку мы дойдём до замка Лимиур. Там, как говорят, засел демон…

— Да для тебя он не будет проблемой, — отмахнулся Васкон, вставая и оценивая свою работу.

Маркус улыбнулся, хоть лицо его и помрачнело. Он добавил странную фразу.

— Мир стал странным. Слишком много тварей появилось за последние годы…

Запах конского пота и крики вернули его обратно. Саргон открыл глаза.

— …правда же, Саргон… Саргооон! — Кай поравнялся с лошадью охотника и помахал рукой перед его лицом.

— Что? — Саргон встрепенулся, приходя в себя.

— Я рассказывал Лии про то, что звери мутируют. Про то, как мы убивали хворомедведя, а он оказался уже не таким, каким был записан в твоём бестиарии… Я назвал его чумомедведем! — гордо огласил Кай.

— Да хрен там. Просто чумной медведь, — покачал головой охотник. Спор об этом звере до сих пор вспыхивал всякий раз, стоило его упомянуть.

— Ну нет! Ты сам сказал, что я могу придумать!

— Да кто ж знал, что получится такая чушь несусветная! Я уже записал его как чумного, так что не спорь… — Саргон прервался, скрипнув зубами. Лошадь, преодолевая яму, сделала небольшой прыжок, сразу напомнив о больной ноге и плече.

— Но как такое возможно? Я думала, звери, подверженные Пагубе, остаются такими навсегда, — Лия тоже поравнялась с всадниками.

— Как-то раз я видел, как они даже возвращались к изначальному виду… — проговорил Саргон и тут же замолчал.

— Что?! Но почему об этом неизвестно другим?! — Лия приподнялась в седле, пытаясь возмущённо заглянуть охотнику в глаза.

— Потому что звери мутируют там, где есть демон. А чтобы очистить зону его влияния, демона нужно убить… Мой учитель полагал, что Пагуба идет именно от демонов.

Повисла тишина. Лица собеседников побледнели. Оба понимали: за сотню лет никто так и не смог убить ни одного демона, лишь старые легенды говорили о таких подвигах.

— Это невозможно. Точнее возможно, но их могут убить только рыцари с Избранными! Однако церковь давно уже не разрешает такие вылазки…

Саргон грустно улыбнулся. Лия продолжала разговор с Каем, и охотник был этому рад: остаток пути он притворялся задремавшим, чтобы к нему не было вопросов.

Когда начало темнеть, они разбили лагерь, поели и легли спать. Пока сон ещё не добрался до Саргона, он знал, что увидит то, что хотел забыть, слишком много было мыслей об этом сегодня.

Саргон обошёл медведя со спины и полоснул по сухожилиям. Хворомедведь, стоявший на задних лапах над упавшим Васконом, подломился. Второй ученик не стал терять времени: вскочив, он выставил меч перед падающим зверем и пробил ему голову.

— Хорошо! — кивнул Васкон и, уперевшись ногой в голову, стал вытаскивать меч.

— Мог бы и спасибо сказать, — закатил глаза Саргон. — Что-то Маркуса давно нет.

Маркус ушёл в замок один. Прошлая встреча с хворомедведем хорошо показала, где у них слабые места, и сейчас это пригодилось. Васкон выглядел напряжённым, несколько лишних ударов в шею поверженного медведя выдавали это лучше любых слов.

— Всё будет нормально. Он же сказал, что это займёт время, — ответил Васкон.

— Ты хоть наруч из тёмного железа нашёл? — в голове всплыл разговор, состоявшийся пару дней назад.

— Конечно! Ты думаешь, я бы отправил его туда без этого?! О, смотри, это же Маркус…

Это и впрямь был их наставник. Он вышел из ворот полуразрушенного замка, и даже в таком состоянии тот притягивал взгляды, заставляя думать, каким великолепным он был когда-то.

Мелькнула тень рядом с их наставником. Он вышел из замка не один.

Маркус отступал, его теснил другой человек, ниже ростом, но такой же массивный, в чёрных доспехах и плаще. Почему-то мальчишкам показалось, что с его появлением купол словно потемнел, хуже пропуская солнечный свет.

— Какой странный шлем…

— Это не шлем. Это рога, — дрожащим голосом поправил Васкон.

Демона оба видели впервые и знали их лишь по рассказам Маркуса. Пока они отступали назад, детали проступали всё чётче: кожа демона была чёрной, с трещинами, в которых пульсировал алый свет. Доспехи, такие же чёрные, будто вросшие в тело. Несколько раз удары двуручной секиры бессильно отскакивали от его предплечий и шеи.

— Н… надо помочь, — выговорил Саргон. Ноги дрожали. Васкон выглядел таким же испуганным: он сделал шаг и осел на землю.

Демон орудовал мечом с фиолетовым лезвием. Каждый удар сопровождался гулом, словно рядом стреляли из требушета, и заставлял Маркуса отступать на шаг, а то и на два.

Саргон пошёл вперёд, но застыл: демон посмотрел на него. Алые глаза с прямым вертикальным зрачком. Он не мог разглядеть его отсюда, но мог поклясться, что демон смотрит именно на него. Словно он его давно встречал.

Маркус резко остановился, перехватил саблю левой рукой, а правой сделал едва заметное движение вперёд. Тут же с двух сторон земля встрепенулась, и два крупных куска с грохотом врезались в демона, образуя своеобразный кокон.