Девушка покраснела, явно недовольная тем, что ей приказал отец, но спорить не стала, лишь указала рукой в сторону ступенек.

Дом, который им предоставили, был средним по размерам, но просторным. Несколько кроватей, низкий каменный столик. Внутри всё было обито шкурами, и там оказалось очень тепло. Шкур не было лишь в середине, где горел огонь, исходивший от багрового камня.

— Что это?

— Это… не знаю, как по-вашему… Горящий камень. Мы находим их внутри пещеры предков. Точнее, находили, пока Озук не забрал её себе…

— Ваш отец, кажется, обрадовался, когда узнал, что мы хотим убить обречённого, — Кай уселся возле горящего камня и вытянул к нему руки.

— Ещё бы. Он забрал самые сильные племена без поединка и поселился в священном месте.

— А почему вы сами не нападёте на них? — Кай снял сапоги и протянул ноги к огню, за что тут же получил по ним от Соны.

— Ноги нельзя подносить к огню. Для них это оскорбление.

— Я могу согреть, — покраснев, проговорила Вийя.

— Нет уж. Он сам, — резко остановила её Сона. — То, что тебя назначили накай, ещё не значит, что ты должна делать всё.

— Ну, это радует, — девушка облегченно вздохнула, немного повеселела и улеглась на кровать.

Кай недоумённо смотрел на них, потом пожал плечами и стал растирать ноги.

Вечер прошёл быстрее, чем он ожидал. Вийя принесла еду в широких каменных чашах и долго следила, чтобы гости ничего не перепутали. Кай едва не взял кусок мяса левой рукой, но девушка вовремя щёлкнула пальцами перед его носом и покачала головой. Сона объяснила, что в доме, где им дали кров, левой рукой не берут пищу у огня. Кай хотел спросить почему, но, увидев лицо Соны, решил, что сегодня уже достаточно оскорбил местные обычаи.

После ужина их провели к нескольким алтарям с изображениями животных. У каждого лежали маленькие кругляшки чёрного железа, кости, пучки шерсти и вырезанные из камня фигурки. Вийя говорила быстро и сдержанно, но каждый раз, когда речь заходила о предках, голос её становился тише. Кай понял не всё, но уловил главное: тут не просили у высших сил помощи, тут им рассказывали, как они справляются с трудностями.

Если бы не усталость, он обязательно спросил бы больше, но после мясного супа едва стоял на ногах. Ему очень хотелось спать. И наконец этот момент настал.

— Сона, слушай. Как думаешь, Саргон с Эоной уже добрались до них?

— Вполне возможно. Сейчас Эона может путешествовать быстрее нас. Думаю, Айзек именно поэтому и передал её Саргону. Если Вспышка позволяла преодолевать небольшие расстояния, то её Мерцание даёт возможность оказываться чуть ли не в разных концах материка… Пусть после этого и нужно ждать месяц…

— Да уж. Очень он всё продумал…

— Но мы еще не готовы к сражениям, — последнее она проговорила тихо почти про себя.

Саргон и Эона.

Охотник быстро ушёл в сторону и метнул в хладолося кинжал света. Такого существа в бестиарии Маркуса ещё не было. На мгновение он замер и посмотрел на свою чёрную руку, по которой пробегали золотистые всполохи.

Кровь Эоны вернула его к жизни, когда полгода назад обречённый, заражённый Пагубой, едва не убил его. Эона действовала интуитивно, однако это спасло его.

«Теперь я точно не смогу отвертеться. Я обязан ей жизнью».

Саргон украдкой посмотрел на Эону. Та методично разбрасывала Иглы Света в появляющихся лосей. Она подросла, хоть и совсем немного, и ему даже пришлось купить ей новую одежду. На этот раз охотник настоял на широких штанах с сапожками и небольшой куртке, чтобы богиня не бросалась в глаза.

Клеймо окончательно исчезло с их шей, однако легкое жжение всегда напоминало, что они еще служат Айзеку.

Саргон вздохнул и снова принялся метать кинжалы. Благо ими он запасся перед тем, как они отправились к ункидцам. Теперь он мог сам заряжать оружие более простым сиянием, без помощи Эоны. Как объяснил ему Айзек, всё дело должно быть в крови богини внутри него.

Очередной лось рухнул у его ног. Что-то в лесу заревело.

— Ох, этот большой. — Эона подбежала к Саргону и запрыгнула ему на спину.

Они немного улучшили пояс охотника, добавив на него небольшие прямые пластины, на которые богиня могла вставать и удобнее держаться.

— Сил хватит? — Саргон достал демоническую рукоять меча. Больше он не сомневался, стоит ли её использовать. Его сомнения и без того всю жизнь играли с ним злую шутку.

— Да. Две Вспышки и два Сияния. — довольно улыбнулась девочка.

«Она стала сильнее. И это при том, что сегодня уже были и Вспышки, и Иглы Света. Да и моё насыщение оружия светом тоже расходует её силы».

Саргон улыбнулся.

Вспышка.

Хладолось едва появился. Огромная обезображенная голова наполовину состояла изо льда. Расширенная морда была усеяна рядами острых ледяных зубов.

Саргон падал вниз с богиней на спине. Этот трюк они проворачивали еще несколько раз после встречи с химерой. Она точно выбрала позицию, и они оказались прямо над шеей. Охотник перехватил меч поудобнее и, пролетая рядом, зажёг демонический клинок, рассекая цель.

Вспышка.

Оба появились у ног десятиметрового лося, который уже валился в их сторону.

— Какого?!

Саргон едва успел забежать за камень, перехватив Эону и закрыв её собой, как тело существа раскололось на сотни ледяных осколков.

— Цела? — Саргон поднялся, быстро проверил богиню и, убедившись, что всё в порядке, тут же вскипел. — Дурёха! Куда ты нас под ноги его переносишь? Ты бы ещё под голову нас закинула, чтобы мы точно померли…

— Грубиян! — девочка надула щёки. — Лучше бы похвалил меня. И сказал бы: «Какая ты молодец, Эона, что снова спасла меня…»

— Вообще-то сейчас я спас тебя, — пробурчал Саргон.

Он развернулся и зашагал к телам лосей, которые после смерти главного тоже рассыпались. Нужно было собрать кинжалы: стоили они немалых денег.

— Эй! А как же тот раз, когда тебя скинули со скалы? Или тот раз, когда рыцари почти достали тебя? — Эона, чеканя шаг, пошла за Саргоном, скрестив руки на груди. — Или тебе напомнить про тот раз, когда тебе грудь проткнули дважды?

— Или напомнить тебе, как тебя поймал наёмник? Или как тебя утащила водяная сова? Может, про тот случай, когда ты уснула в телеге наёмников? Или когда тебя проглотил жабоглотень…

— Фуууу… Не напоминай этот случай… — Эона зажала носик, словно заново это переживая. — Буэ…

— Хах, — Саргон усмехнулся.

Подобные перепалки случались часто, и к ним он уже привык. Тяжелее было пытаться чему-то научить богиню, если она сама этого не хотела.

К тому времени, как Саргон собрал кинжалы, прибыли люди из племени Расколотой Горы. Их возглавлял Чура, высокий темноволосый старейшина, который согласился отправиться на переговоры с племенем Ледяного Ветра, если охотник окажет им честь и убьёт Великого Лося, которого предки послали его племени в наказание.

— Определённо ты Вайлр… Прости, что усомнились в твоём рыцаре, Базат, — старейшина вскинул руку, сжимая кулак.

Эона подняла свою руку в ответ. Ей нравились племена и то, что здесь к ней относились с почтением.

— Я выполнил свою часть договора, — ответил Саргон.

— Да, Вайлр. Теперь мы сделаем свою. Несмотря на разногласия, мы пойдём на совет племён, — Чура немного помолчал. — Если вы и впрямь сможете одолеть Озук, это будет великим благом для всех Белых Земель.

Прошло две недели.

Каменный чертог, который племена выбрали для совета, был огромен. Чем-то он напоминал арены в больших городах, где трибуны ступенями поднимались вверх. Только здесь вместо арены внизу лежал большой красный камень, от которого исходил едва терпимый жар, а над ним возвышалось небольшое плато, на которое вступали представители племён.

Саргон, Кай и богини сидели в самом отдалении, где было не так жарко.

— Хладолось? Кто это придумал? — прищурился Кай.

— Это я, я, я, я! — затараторила Эона, гордо выпятив грудь. Она сидела рядом с Саргоном.