Но самым страшным и самым завораживающим было его лицо. Оно было дьявольски, нечеловечески прекрасным. Острые черты, высокий лоб, прямой нос и чувственные губы, сейчас искривлённые в усмешке презрительного высокомерия. Глаза у него были без зрачков, целиком залитые жидким, расплавленным золотом, и в их глубине плясали языки чёрного пламени.

Он стоял напротив неё, скрестив руки на груди, и смотрел на неё сверху вниз, как на раздавленную лягушку, которая имела наглость квакать в его присутствии. Пауза затягивалась. Варя, всё ещё стоявшая босой ногой на кик-стартере, чувствовала себя полной идиоткой.

Наконец, он заговорил. Его голос был глубоким, бархатным, обволакивающим, с лёгким, едва уловимым акцентом, который звучал так, будто он говорил на всех языках мира одновременно. В нём звенел металл и струился мёд.

— И это всё? — произнёс он, обводя взглядом и ржавый гараж, и лужу масла, и саму Варю в порванной футболке и с перемазанным лицом. — Это и есть та великая сила, что осмелилась нарушить мой покой и выдернуть меня из Третьего Круга Бездны? Мелкая, перепачканная, взъерошенная человеческая самка, которая даже не умеет пользоваться элементарным транспортным средством?

Варя открыла рот, чтобы что-то сказать, но из горла вырвался только какой-то сиплый звук. Она смотрела на это существо, на это воплощение нереальной, потусторонней сексуальности, и её мозг, привыкший к рациональным объяснениям, отказывался принимать происходящее. Демон. Настоящий демон. Из преисподней.

— Ты кто? — наконец выдавила она.

Демон вздёрнул одну бровь, и от этого простого движения у Вари по спине пробежала стая мурашек размером с бегемотов.

— Я? — переспросил он, и в его золотых глазах вспыхнула ярость. — Я — Гад. Демон удачи, случайности и фатального везения. Я тот, кто решает, упадёт ли кирпич на твою голову или на голову твоего соседа. Я тот, кто шепчет на ухо игроку, на что ставить. Я тот, кому поклонялись цари и кого проклинали нищие. Я — великий и ужасный Гад, а ты, ничтожная букашка, провела ритуал призыва!

— Какой ещё ритуал? — опешила Варя. — Я просто хотела завести мотоцикл!

Гад расхохотался. Его смех эхом прокатился по пустырю, заставив железные стены гаражей задрожать. Это был смех, в котором не было ни капли веселья. Только сарказм и едва сдерживаемая ярость.

— «Просто хотела завести мотоцикл»! — передразнил он. — А ты знаешь, смертная, что ты сделала? Босая нога в масле, как символ масла для помазания царей. Троекратное дёрганье рычага, символизирующее тройственное заклинание призыва. И ключевое слово! «Пожалуйста»! Слово смирения и просьбы, которое открывает врата между мирами! Ты выполнила классический, древний, полузабытый ритуал призыва демона рода Гадов! И призвала меня в этот... в этот металлический гроб на колёсах!

Он брезгливо, двумя пальцами, потрогал ручку руля «Урала» и тут же отдёрнул руку, словно обжёгся.

— Я теперь привязан! — прорычал он. — К этой груде ржавого железа и к тебе!

Варя переваривала информацию. Масло, три раза, «пожалуйста». Звучало как бред сумасшедшего, но, с другой стороны, с её-то биографией чему удивляться? Если бы она случайно вызвала Папу Римского, это было бы странно. А демона — вполне в духе её жизни.

— Погоди, — медленно произнесла она, начиная закипать. — То есть это я виновата? Это из-за меня ты пришел?

— Разумеется, из-за тебя! — рявкнул Гад. — А из-за кого ещё? Я мирно дремал в Бездне, переваривая удачу пары-тройки везучих миллиардеров, и тут — бац! Какая-то недомойка в дурацкой футболке вырывает меня из привычной среды обитания и приковывает к... — он замялся, подыскивая слово, — ...к этому ведру с гайками!

— Эй! — возмутилась Варя, наконец обретая дар речи и спуская ногу с кик-стартера. — Это не ведро с гайками! Это — «Урал»! И он, между прочим, стоит кучу денег!

— Денег? — Гад скривился так, будто съел лимон. — Ты меряешь мои страдания в своих жалких бумажках? Ты хоть понимаешь, что произошло? Связь работает в обе стороны. Я здесь надолго. Пока...

Он осёкся. В его золотых глазах промелькнуло странное выражение. Сначала ужас, потом осознание, а затем медленно, очень медленно на его лице начала расползаться улыбка, которая не предвещала ничего хорошего.

— Пока что? — с нажимом спросила Варя, чувствуя, как земля снова уходит из-под ног.

— Пока ты, моя дорогая, не познаешь удачу, — произнёс он зловещим шёпотом, делая шаг к ней. — Таковы условия расторжения контракта, в который ты нас, по своему невежеству, втравила. Инициатор призыва, то есть ты, должен получить желаемое. Ты хотела завести мотоцикл, чтобы изменить свою жизнь, полную неудач. Значит, наша связь разорвётся только тогда, когда ты познаешь, что такое истинная удача.

— И это... плохо? — осторожно спросила Варя.

— Это катастрофа! — взревел он, и от его крика содрогнулось всё вокруг. Варя инстинктивно отшатнулась и врезалась спиной в стену какого-то гаража. — Посмотри на себя! — Он ткнул в неё пальцем, с которого сорвалась крошечная чёрная молния, опалив воздух. — Я вижу тебя насквозь! Твоя аура цвета прокисших помоев! Твоя удача на нуле! Да что там на нуле — она в глубоком минусе! Фарт шарахается от тебя, как от прокажённой! Я, демон, который питается удачей, питается её эманациями, прикован к ходячему генератору тотального, вселенского невезения! Это как привязать гурмана к бачку с просроченной тушёнкой! Ты будешь меня не подпитывать, ты будешь меня убивать! Медленно, мучительно, по капле высасывая мои силы!

Варя слушала его, и по мере того, как смысл его слов доходил до неё, её собственный страх начал сменяться холодной, злой иронией. Это было настолько в её духе, что даже перестало удивлять. Мало того, что она — ходячая катастрофа, так она теперь ещё и смертный приговор для демона удачи. Идеально.

— То есть, — медленно проговорила она, отлепляясь от стены и отряхивая футболку, — ты хочешь сказать, что крутой и ужасный демон Гад теперь полностью зависит от меня, самой невезучей девушки в этой галактике?

Гад замер. Желваки на его прекрасном лице заходили ходуном.

— Я бы предпочёл не формулировать это таким образом, — процедил он сквозь зубы.

— Но ведь это так? — Варя не могла отказать себе в удовольствии. Впервые за весь этот чудовищный день она почувствовала что-то похожее на контроль над ситуацией. — Ты, весь такой из себя, древний, ужасный и нереально сексуальный, вляпался в историю похлеще моей! И теперь тебе придётся торчать рядом со мной и следить, чтобы я, не дай бог, не споткнулась на ровном месте и не свернула себе шею, потому что иначе ты сдохнешь от голода!

При слове «нереально сексуальный» демон чуть прищурился, и в его золотых глазах промелькнул интерес пополам с раздражением.

— Ты забываешься, смертная! — прорычал он, надвигаясь на неё. Он был так близко, что Варя чувствовала исходящий от него жар. Это кружило голову, но она не отступила.