— Я не собираюсь быть вежливым с местными алкоголиками и экстрасенсами, — отрезал Гад. — Я демон, а не социальный работник.

— Ты демон без дома, без денег и без сил, — напомнила она. — Может, слегка понизишь планку?

Он ничего не ответил, только отвернулся к окну и уставился на помойку. Варя вздохнула и села на кровать. Та жалобно скрипнула. День только начинался, а она уже чувствовала себя выжатой как лимон.

Глава 8. Обучение

Следующие несколько дней прошли в странном, почти сюрреалистичном ритме. Хостел «Три апостола» жил своей жизнью, в которую Варя и Гад постепенно втягивались. Михей по утрам жарил яичницу на общей кухне и травил байки о своих мотоциклетных приключениях. Клавдия Степановна раскладывала карты Таро и время от времени стучала в стену, если соседи, по её мнению, «излучали слишком много негативной энергии». Сан Саныч философствовал на крыльце, и его монологи о тщетности бытия разносились по всему двору. Ещё были и другие жильцы. Молчаливый парень из восьмой комнаты, который, кажется, писал роман, супружеская пара из первой, которая постоянно ссорилась и так же постоянно мирилась, и загадочная девушка из четвёртой, которая выходила только по ночам и всегда носила солнцезащитные очки.

Гад держался особняком. Он не завтракал со всеми, не участвовал в вечерних посиделках на кухне и на все попытки завязать разговор отвечал ледяным молчанием. Днём, пока Гад медитировал (или делал вид, что медитирует), Варя пыталась решить практические проблемы. Денег оставалось в обрез. Нужно было искать работу. Хоть какую-нибудь.

— Я собираюсь устроиться раздавать листовки, — объявила она однажды утром.

Гад, сидевший на подоконнике, медленно повернул голову.

— Что?

— Листовки, — повторила она. — У метро. Там платят сто рублей в час. На первое время хватит.

Он спустился с подоконника с грацией падающей звезды. То есть, величественно и пугающе.

— Ты хочешь сказать, — его голос был тихим, но в нём клокотала ярость, — что я, Гад, повелитель случайностей и владыка вероятностей, буду жить на деньги, которые ты заработаешь, раздавая листовки у метро?

— Во-первых, не ты будешь жить, а мы будем жить, — поправила Варя. — Во-вторых, у тебя есть другие предложения? Может, ограбим банк с помощью твоей удачи?

— Идея не лишена смысла.

— Я пошутила!

— А я нет, — он скрестил руки на груди. — Это унизительно. Я не для того вырвался из Бездны, чтобы моя... — он замялся, подбирая слово, — ...моя носительница раздавала рекламные буклеты.

— Носительница? — Варя вскинула бровь. — Я теперь твоя носительница? Как паразит?

— Ты — человек, к которому я привязан, — дипломатично поправился он. — И я отказываюсь мириться с твоим прозябанием. Если уж ты будешь работать, то так, чтобы это приносило удачу.

— И как ты предлагаешь это сделать?

Он замолчал. Затем его губы дрогнули в усмешке. Она явно не предвещала ничего хорошего.

— Я научу тебя, — произнёс он. — Буду давать уроки. Ты будешь генерировать удачу маленькими порциями. Достаточно, чтобы подпитывать меня, но не настолько много, чтобы навредить кому-то серьёзно. Это как тренировка. Для нас обоих.

— Уроки удачи?

— Именно. Уроки теории вероятностей для избранных. Ты готова?

Варя посмотрела на него. На его красивое, надменное лицо. Что-то в его тоне заставило её насторожиться, но,и в то же время и заинтриговало.

— Ладно, — сказала она. — Давай попробуем.

Первый урок состоялся тем же днём. Гад вывел Варю на улицу, подальше от хостела, в небольшой сквер с чахлыми деревьями и покосившимися скамейками. В центре сквера стоял латок с лотерейными билетами. Старушка в пуховом платке дремала над коробкой с красно-жёлтыми бумажками.

— Урок первый, — произнёс Гад, останавливаясь у ларька. — Мелкая удача. Ты купишь билет и выиграешь. Небольшую сумму. Ровно столько, чтобы я мог подпитаться, а ты почувствуешь вкус победы.

— Это же просто лотерея, — Варя с сомнением посмотрела на билеты. — Там выигрывает один из тысячи.

— Вот именно, — он наклонился к ней, и она почувствовала исходящий от него жар. Его губы оказались у самого её уха, и от этого по её спине пробежала стая мурашек. — Один из тысячи. И этим одним будешь ты.

— Не мог бы ты не дышать мне в шею? — пробормотала она, краснея

— А тебе не нравится? — в его голосе послышалась откровенная насмешка. — Я думал, смертным такое нравится. Это же часть ваших брачных ритуалов.

— Мы не проводим брачные ритуалы! — она отшатнулась, но он поймал её за руку. Его пальцы были горячими. — Отпусти!

— Сначала купи билет, — он чуть сжал её запястье. — И сосредоточься. Думай о выигрыше. Представь его. Почувствуй.

Варя глубоко вздохнула и подошла к ларьку. Старушка встрепенулась, смерила её сонным взглядом и протянула коробку.

— Пятьдесят рублей за штуку. Выбирай любую.

Варя запустила руку в коробку, вытащила первый попавшийся билет и, чувствуя на себе взгляд Гада, развернула его. На обратной стороне было написано: «Выигрыш — 500 рублей».

— Ого, — выдохнула она. — Я выиграла. Пятьсот рублей.

— Поздравляю, — Гад чуть улыбнулся. — Это твоя первая учебная удача. Чувствуешь?

Она действительно чувствовала. Внутри разливалось что-то похожее на радость. А затем появился адреналин. Она заметила, как Гад тоже стал выглядел иначе. Его глаза засияли чуть ярче, руны на скулах запульсировали быстрее. Он подпитывался.

— Это было легко, — сказала она. — Слишком легко.

— Разумеется, — он пожал плечами. — Это мелкая удача. Но помни про баланс. Сейчас...

Он не договорил. Земля под ногами Вари вдруг ушла вниз. Буквально. Она шагнула вперёд, намереваясь отойти от ларька, и её нога провалилась в открытый канализационный люк, который она не заметила.

— Ай! — вскрикнула она, падая. Гад молниеносным движением подхватил её, не дав рухнуть в зловонную дыру полностью, но одна нога всё же ушла в люк по колено. Кроссовок, ещё утром бывший относительно чистым, теперь был покрыт чем-то, о чём Варя предпочитала не думать.

— Что за... — она выкарабкалась, цепляясь за руку Гада. — Откуда здесь люк?!

— Баланс, — повторил Гад, помогая ей встать. — Ты выиграла пятьсот рублей. А кто-то другой мог поскользнуться и свернуть лодыжку. Но в твоём случае судьба решила отыграться сразу на тебе. Вот ты и провалилась в люк. Один к одному.