— И что нам делать?

— Для начала, мы можем переночевать здесь. Возвращаться в хостел сейчас опасно. Выяснить, что мы там снимаем комнату, не составит труда. Они могут наведаться туда.

Варя огляделась. Гаражи, ржавые контейнеры, кучи мусора. Не самое уютное место для ночлега, но выбирать не приходилось.

— Ладно, — она вздохнула. — Разведём костёр. Холодно.

Через полчаса они сидели у небольшого костра, разведённого в старом железном баке. Языки пламени плясали, отбрасывая на стены гаражей причудливые тени. Варя протянула руки к огню, пытаясь согреться. Гад сидел напротив, и его глаза в свете костра казались двумя расплавленными монетами.

— Знаешь, — тихо сказала Варя, глядя в огонь, — я никогда не думала, что моя жизнь обернётся вот так.

— Как?

— Что я буду сидеть у костра в гаражах с демоном, скрываясь от бандитов. Хотя, с моей-то биографией, это даже логично.

— Расскажи, — попросил он, и в его голосе было только любопытство. Ни намека на ехидство или шутовство.

— Что рассказывать? — она усмехнулась, но усмешка вышла горькой. — Я родилась в пятницу тринадцатого в тринадцать тринадцать. Медсёстры шутили, что я дитя сатаны. Дети в школе дразнили тем же самым. Нет, меня не били. Просто сторонились. Как прокажённую. Как будто моё невезение заразно. Может, так и есть.

— Продолжай.

— С первой работы меня уволили через неделю, потому что я случайно удалила базу данных клиентов. На второй — прогорела фирма. Третья — начальник решил, что я приношу несчастья, и выгнал меня. Четвёртая — меня подставила коллега, которую я считала подругой. Пятая... — она замолчала, подбирая слова. — Я перестала считать. Парни? Один бросил, сказав, что я «эмоционально истощаю». Второй изменил с моей же соседкой. Третий оказался женат. Четвёртого я просто не дождалась. Он уехал в командировку и не вернулся. Потом я узнала, что он встретил другую. Там, в поезде. За один вечер.

— И ты решила, что хватит, — произнёс Гад.

— Да, — она подняла на него глаза. — Я решила купить мотоцикл. Просто чтобы доказать Вселенной, что я могу хоть что-то изменить. А вместо этого вызвала демона.

— И тебе крупно повезло, — он улыбнулся широко во весь рот. — Со мной.

— Да уж, — она фыркнула. — Повезло так повезло. У меня теперь нет дома, нет денег, за мной охотится бандит, а мой единственный спутник это саркастичный демон, который питается моей удачей, и он же спит со мной в одной кровати.

— Мы спим в одной комнате, — поправил он. — Не в одной кровати. Хотя... — он сделал паузу, и его голос стал ниже, интимнее, — я бы не отказался.

Варя поперхнулась воздухом.

— Что?!

Он невинно улыбнулся.

— Я сказал: «Я бы не отказался от более комфортных условий проживания». Что ты там себе напридумывала?

— Ничего я не напридумывала! — она почувствовала, как краснеет, и отвернулась к костру. — Просто не говори так больше.

— Как?

— Таким тоном.

— Каким тоном?

— Будто ты меня соблазняешь!

— А разве я тебя соблазняю? — он подался вперёд, и пламя костра осветило его лицо, такое прекрасное, насмешливое. — По-моему, Варвара, ты сама соблазняешься. Я всего лишь сижу и разговариваю.

— Ты не «всего лишь сидишь и разговариваешь», — пробормотала она. — Ты воздействуешь на меня.

— Чем? — он развёл руками. — У меня даже сил нет, чтобы воздействовать. Я почти пуст. Если я на тебя и воздействую, то исключительно своей неотразимой харизмой.

— Вот именно, — буркнула она. — Неотразимой. В том-то и проблема.

Гад замолчал. Потом вдруг рассмеялся. Не саркастично, не надменно, а легко, почти по-человечески.

— Ты мне нравишься, Варвара, — сказал он отсмеявшись. — Давно мне не попадались настолько живые смертные.

— Спасибо, — она не знала, как реагировать на такой комплимент. — А теперь твоя очередь.

— Моя?

— Да, расскажи свою историю. Ты обещал. В супермаркете, после ограбления. Ты сказал, что расскажешь о себе.

Он откинулся назад, упёршись спиной в ржавый бак, и долго смотрел в огонь. Варя уже решила, что он не ответит, когда он наконец заговорил.

— Я не всегда был просто «демоном удачи», — произнёс он, и его голос прозвучал немного иначе, как эхо из давно забытых времён. — Когда-то я был одним из высших. Я решал судьбы народов, Варвара. Не отдельных людей, а целых цивилизаций. Я мог благословить город процветанием, а мог наслать на него чуму, и это называлось «баланс».

— И что случилось?

— Баал-Зебуб, — он произнёс это имя с такой смесью ненависти и горечи, что у Вари мурашки побежали по коже. — Владыка Разрушения. Мой, скажем так, коллега. Мы были равны по силе, но противоположны по сути. Я создавал вероятности, он их уничтожал. Мы соперничали тысячелетиями. И однажды он предложил пари.

— Пари?

— Да. Глупое, мальчишеское пари. Мы должны были выбрать по одному смертному и воздействовать на него. Если смертный оказывался невосприимчив к воздействию, то весь его город нужно было уничтожить вместе с ним, чтобы не проиграть. Отказаться ты не имел права.

— И ты проиграл?

— Меня подставили, — его глаза вспыхнули алым. — Баал жульничал. А когда я попытался восстановить баланс, он обвинил меня в нарушении правил. Совет демонов признал меня виновным. Меня лишили статуса, силы, имени — всего. Низвергли в низший круг, откуда нет возврата. Гад — это даже не моё настоящее имя. Это... кличка. Насмешка. «Гад» — на древнем языке означает «падальщик». Тот, кто питается объедками чужой удачи. Но самое интересное, что это имя мне нравится. Его дал мне, как раз тот человек.

— Господи, — прошептала Варя.

— В итоге, я провёл в Бездне несколько тысячелетий, — продолжал он. — Питался крохами, которые случайно просачивались из мира людей. Забытый. Униженный. И вот однажды я почувствовал зов. Древний ритуал призыва, который никто не проводил уже много веков. Босая нога в масле, троекратное заклинание, слово-ключ. И я подумал: «Это шанс. Мой шанс». А потом я увидел тебя.

— И разочаровался, — усмехнулась Варя.

— Нет, — он покачал головой. — Я был в ярости, да. Я не ожидал увидеть тебя... — он замолчал, подбирая слова. — Но ты! Девчонка, в порванной фйутболке, накричала на меня. Ты заставила меня почувствовать то, чего я не чувствовал тысячелетиями.

— Что же?