— Прошу прощения, — её голос снова стал ровным. — Я не слишком гостеприимна.

Она махнула головой, отгоняя какие-то свои мысли. Мы всё так же стояли и молча смотрели на неё.

— Сегодня я хочу, чтобы вы стали моими гостями, — мы наконец-то услышали странную, почти тёплую нотку. — Вы проделали большой путь.

Она направилась к стеклянной лестнице, уходящей куда-то вверх. Мы проследовали за ней, чувствуя, как холод постепенно отступает.

— Тем более сейчас для вас нет места более безопасного, чем это, — добавила она, её плечи слегка расслабились.

— А у вас здесь всё такое... ледяное? — первым заговорил Даен, в его голосе послышалось любопытство.

— Холод — ваша основная магия? — вторила ему Марета.

Она остановилась на середине лестницы и улыбнулась — впервые по-настоящему.

— Постоянно об этом забываю, — сказала она, с каждым её словом пространство вокруг нас менялось. Холод уходил, стены переставали быть прозрачными, и перед глазами вместо льда и холода появился... замок. Каменные Ворота. До мельчайших деталей.

Она оглянулась на нас снова , в её глазах мелькнула искра.

— Место, где всё начиналось.

Мы шли по каменной лестнице. В помещении стало тепло, воздух наполнился запахом ладана и воска. Атмосфера была похожа на храм — древний, священный, полный тайн.

Ведьма демонстративно вызвала огоньки на кончиках пальцев и подожгла свечи, парящие в воздухе. Они зажглись одна за другой, освещая путь мягким золотистым светом. Она взглянула на Марету и подмигнула ей — жест, который казался почти человеческим.

Магия окутывала нас — первобытная, сложная , она проникала в каждую клетку. Вокруг нас менялся мир: стены покрывались живыми цветами, они распускались прямо на глазах, наполняя воздух сладкими ароматами. Там, где несколько мгновений назад не было ничего, кроме льда и холода, теперь расцветала жизнь. Ведьма водила нас по замку — он был таким, каким она его помнила. Каждая деталь, каждый камень дышали памятью, теперь эта память становится частью меня.

— Вы хотите знать, почему я храню это место в таком виде? — она даже не обернулась. — Потому что это единственное, что осталось от того времени, когда мы были сёстрами. Не по крови, но по духу.

Женщина остановилась у высокого окна, выходящего на заснеженные горы, в её глазах было отражение далёкого прошлого.

— Я не отдам вам зеркало просто так, — голос снова стал твёрдым. — Вы должны доказать, что достойны его. Что вы не повторите ошибок моих сестёр.

Её голос эхом отдавался в моей груди, проникал в самые глубины души, заставляя сердце биться чаще.

— Я готова, — сказала Марета, в ее фразе не было ни капли сомнения .

Она вышла вперёд, я увидела её такой, какой никогда не видела раньше — не просто ведьму, а женщину, которая приняла решение, которое изменит всё. Она была готова пожертвовать собой, своими чувствами, своей любовью, которую носила в себе так долго. Она готова была отдать всю свою любовь, всю свою боль, всю свою надежду, чтобы спасти нас.

Это была жертва, которая сделала бы её жизнь легче. Потому что любовь, которую она носила, только разбивала её сердце снова и снова. Она терпела годами, она ждала, она надеялась — но ничего не менялось. И теперь она готова была отпустить. Отпустить всё, что держало её, что причиняло ей боль.

Что делал в этот момент Даен — мне было не понятно. Я смотрела на него, ожидая, что он шагнёт вперёд, остановит её, скажет что-то — что угодно. Это был тот самый момент, когда он должен был защитить любимую, укрыть в своих объятиях, не дать ей сделать этот шаг.

Но он стоял, сложив руки на груди, отстранённый, с каменным лицом. В его взгляде не было ни боли, ни тревоги, ни желания остановить её. Только холодная решимость, которая резала острее любого оружия. Его молчание, его безразличие делали Марете гораздо больнее. Я видела, как её плечи слегка дрогнули, как она сжала челюсть, пытаясь удержать слёзы. Она была готова пожертвовать всем ради него — а он даже не шевельнулся.

Я смотрела на них и ,а внутри меня поднимался гнев. Гнев на него, на его молчание, на его равнодушие. Она заслуживала большего. Она заслуживала того, чтобы он боролся за неё так же, как она боролась за всех нас. Но вместо этого он просто стоял и смотрел, как она уходит в своё одиночество, не попытавшись удержать.

Голос ведьмы вывел меня из раздумий .

— Я отдам его не тебе, — она перевела взгляд на меня. — Ей. Потому что она — та, кто сможет его принять.

Шаг ко мне, я увидела, как зеркало засияло в её груди — оно пульсировало, переливалось голубоватым светом, проступая сквозь полупрозрачную кожу. Её лицо было спокойным, но в глазах я читала что-то, что существовало задолго до меня и останется после.

— Моё зеркало нельзя отдать, — голос её звучал ровно, как лёд, покрывающий озеро в безветренный день. — Его можно только забрать.

Она провела ногтем по его гладкой поверхности, и по залу разнёсся ужасный скрип — звук, от которого волосы встали дыбом, а зубы заныли от боли.

— ЗАБЕРИ, — приказала она, это слово повисло в воздухе, как лезвие.

А затем её голос зазвучал в моей голове — не громко, но отчётливо, проникая в самые глубины сознания:

«У меня нет наследников, которым я могла бы передать свои силы. Вместе с зеркалом с тобой навсегда останется часть меня, моих сил и моей боли. Принимай решение, готова ли ты взять всё вместе».

Она молча всматривалась в мои глаза, а я смотрела в ответ. Две льдинки — холодные, пустые, вечные. Они светились ярче, чем у Мареты или любой другой женщины, которую я встречала в этом мире. Я стояла перед женщиной, которая вершила судьбы и творила историю своими руками. Которая была сестрой для моей матери. Которая пожертвовала своей жизнью, чтобы сохранить равновесие. Которая была обречена на одиночество — холодная, недосягаемая, вечная королева льда.

— Освободи меня, — шепот и её холодное дыхание коснулись моего лица, обжигая кожу.

У её глаз проступили прозрачные льдинки — слёзы, которые не могли пролиться.

Я сделала шаг вперёд, моя рука дрожала, когда я протянула пальцы к её груди. Я чувствовала холод, исходящий от неё, и знала, что это будет необратимо. Но я также знала, что должна это сделать.

Я вонзила пальцы в её грудь.

Лёд треснул под ними, разлетаясь на тысячи сверкающих осколков. Зеркало вышло из её тела, и вместе с ним — поток холодной, древней магии. Он ворвался в меня, как ураган, разрывая каждую клетку, замораживая кровь, заставляя сердце биться в новом ритме. Я чувствовала, как её сила проникает в меня, заполняет , смешивается с моей собственной энергией.