Суккуба сглотнула. Она была существом похоти, а не войны, и прекрасно понимала, когда перед ней находился хищник, стоящий на вершине пищевой цепи. Бросив поводья, она развернулась и, цокая копытами, стремительно растворилась в багровом тумане переулка.

Гончие остались сидеть, преданно глядя на Дариана.

Рейз медленно вышла из ниши. Её брови поползли вверх.

— Знаете, де Морт, — протянула она, оглядывая послушных адских псов. — Если вас уволят из стражи после всего этого дерьма, вы сможете открыть отличную кинологическую школу. «Дрессировка от лорда-оборотня. Дорого, быстро, с элементами тёмной магии».

Дариан усмехнулся, и его глаза постепенно начали возвращать свой нормальный, человеческий цвет.

— Оставим это как запасной план, инспектор. А пока у нас есть транспорт и идеальная маскировка. Малакор не мог исчезнуть бесследно. Подобные ему всегда тянутся к центру силы.

Он подошёл к самой крупной гончей, потрепал её по жуткой, костяной морде, отчего тварь издала счастливый, урчащий звук, похожий на работу сломанного трактора.

— Ищи, — приказал Дариан, давая псам понюхать обрывок министерского векселя, который Рейз успела вытащить из портфеля. — Ищи запах гнили и дешёвых канцелярских чернил.

Гончие шумно втянули воздух, подорвались с места и уверенной рысцой направились в сторону центральной площади города.

Они шли за своими новыми проводниками около получаса. Жара становилась невыносимой, а стоны и вздохи, доносящиеся из каждого окна, превратились в сплошной, сводящий с ума белый шум. Рейз чувствовала, как по её спине катятся капли пота. Золотой шёлк платья лип к телу, а каждый вдох наполнял лёгкие жидким огнём, разжигая то самое, предательское желание внизу живота.

Она искоса поглядывала на Дариана. Лорд-командующий шагал рядом, всё так же держа её за шею (для вида, как он утверждал, хотя его пальцы иногда рефлекторно, почти ласково поглаживали её кожу). Его обнажённый торс блестел от пота, мышцы перекатывались под кожей при каждом шаге. Рейз вдруг поймала себя на том, что думает о его запахе.

«Отлов! Инструкция! Протокол! Штрафы за незаконную торговлю зельями!» — начала мысленно скандировать Рейз, пытаясь отогнать дурман. — «Отчётность за квартал. Дебет, кредит, баланс…»

— Мы пришли, — голос Дариана вырвал её из бюрократической медитации.

Гончие остановились перед колоссальным сооружением, которое возвышалось над всем городом.

Это был дворец, но дворец, выстроенный больным, извращённым разумом. Он походил на гигантскую орхидею, лепестки которой были вырезаны из чёрного стекла, а сердцевина пульсировала живым, нестерпимо ярким фиолетовым светом. Из стен дворца торчали огромные алхимические трубы — точно такие же, как на заводах министерства магии в их мире.

Здесь магия сплеталась с технологиями создания големов.

— Чёрный лотос, — прошептала Рейз, узнав очертания. — Вот где Малакор построил свой настоящий завод. Он качает энергию похоти и боли из этого мира, чтобы заряжать свои игрушки.

— И именно отсюда он планирует открыть стационарный портал для вторжения, — мрачно закончил Дариан. — Нам нужно внутрь.

Вход во дворец охранялся. У огромных, отлитых из бронзы ворот, украшенных барельефами сплетающихся в экстазе демонов, стояли двое стражей. Големы… модернизированные, покрытые чёрной бронёй, шипами и рунами.

— Ваши транквилизаторы на них не сработают, инспектор, — тихо заметил Дариан. — А я вряд ли смогу разорвать их голыми руками в своём нынешнем состоянии.

Рейз прищурилась, осматривая местность. Её взгляд профессионального аудитора, привыкшего искать лазейки в налоговых декларациях, быстро сканировал здание.

— Нам и не нужно идти через парадную дверь, барон. Посмотрите туда.

Она указала на боковую стену дворца, где на высоте второго этажа из стены выступала широкая, зарешёченная труба, из которой валил густой розовый пар.

— Вентиляция охладительной системы рунических реакторов, — с умным видом произнесла Рейз. — Если Малакор использует министерские чертежи, то эта труба ведёт прямо в машинное отделение, а оттуда можно попасть в главный зал.

— Вы предлагаете нам снова лезть в трубу? — Дариан изогнул бровь. — Ваша любовь к тесным, тёмным и грязным пространствам начинает меня пугать, Рейз.

— Я предпочитаю называть это «тактическим обходным манёвром», де Морт. К тому же, в прошлый раз вы так мило приземлились на меня в прачечной.

Она подмигнула ему, и в этот момент наваждение всё-таки взяло верх.

Дариан резко притянул её к себе. Его рука скользнула с её шеи на талию, сминая золотой шёлк. Он впечатал Рейз в прохладную обсидиановую стену в тёмном переулке, вдали от глаз големов-охранников.

— Если мы выберемся отсюда живыми, инспектор, — его голос превратился в хриплый, первобытный шёпот, обжигающий её губы. — Я покажу вам такие «обходные манёвры», от которых вы забудете все свои должностные инструкции.

Он не выдержал. Воздух Мальхары, близость смерти, адреналин и её запах сорвали стоп-кран. Дариан впился в её губы жадным, жёстким поцелуем.

В этом не было нежности. Это был голод. Его язык по-хозяйски, грубо вторгся в её рот, сминая любое сопротивление. Рейз тихо застонала, её руки сами собой метнулись к его волосам, пальцы впились в тёмные пряди, притягивая оборотня ещё ближе.

Она отвечала на поцелуй с такой же свирепой страстью. Мир вокруг сузился до вкуса его крови на губах. Его рука скользнула по её бедру, прямо через длинный разрез испорченного платья, обжигая кожу горячими пальцами.

Они отстранились друг от друга лишь спустя целую вечность, тяжело дыша, с расширенными зрачками, пульсирующими в такт безумному ритму этого мира.

— Сначала уволим министра, де Морт, — хрипло выдохнула Рейз, с трудом отлепляясь от стены и поправляя съехавший корсет. Её ноги дрожали. — А потом… потом вы напишете подробный рапорт о своих манёврах. В трёх экземплярах.

Дариан издал низкий, довольный смешок, в котором больше не было обречённости — только предвкушение охоты.

— За мной, инспектор. Пора надрать пару демонических задниц.

Глава 24 Красные линии и розовый пар

Вентиляционная шахта оказалась именно такой, какой её представляла Рейз — тесной, отвратительно грязной и спроектированной существами, которые явно никогда не слышали о технике безопасности.

Единственным отличием от земных фабрик было то, что вместо обычной пыли и машинного масла стенки трубы покрывал липкий, пульсирующий розоватый налёт, а пар, который гнало по вентиляции, пах концентрированным афродизиаком, мускусом и сладкой гнилью.

— Вы уверены, что это хорошая идея, инспектор? — глухо раздалось снизу.

Дариан стоял у основания стены, сцепив руки в замок, чтобы послужить для неё живой ступенькой.

— У вас есть план получше, де Морт? Например, постучать в парадную дверь и попросить у големов жалобную книгу? — проворчала Рейз, скидывая мешающие остатки золотой юбки.

Она оперлась свободной рукой о плечо оборотня, поставила босую ногу в его ладони и подтянулась к решётке. Мышцы Дариана под её ступнёй напряглись, играючи выталкивая её наверх. Рейз ухватилась за край трубы и втиснулась внутрь.

— Ваша очередь, барон. Только не застряньте.

Дариан лишь мрачно хмыкнул. Он без видимых усилий подпрыгнул, уцепился за край каменной кладки и подтянулся, скользнув в трубу вслед за ней.

Двигаться приходилось на четвереньках. Рейз ползла первой, стараясь не обращать внимания на то, что её колени скользят по подозрительной розовой слизи. Пространство было настолько узким, что лорд-командующий, ползущий следом, то и дело касался её бёдер своими широкими плечами.

Каждое его движение отдавалось в тесном пространстве тяжёлым, прерывистым дыханием. Воздух в трубе был раскалён. Магия порока, насыщенная в этой вытяжке до предела, действовала как внутривенная инъекция чистого желания.