Рейз чувствовала, как по позвоночнику стекает капля пота. Золотой шёлк корсета превратился во вторую кожу, безжалостно облепляя тело. Но хуже всего было то, что происходило позади неё.

Внутренний волк Дариана сходил с ума. Рейз буквально кожей ощущала исходящий от него жар. Каждое случайное прикосновение его горячих пальцев к её лодыжке или икре, когда они продвигались вперёд, вызывало у неё судорожный вздох.

— Де Морт, — прошипела она через плечо, останавливаясь у очередного изгиба трубы. — Если вы не перестанете так тяжело дышать мне в спину, я решу, что вы маньяк-извращенец, а не лорд-командующий.

В полумраке трубы вспыхнули два золотых огня. Дариан остановился в сантиметре от неё. Его грудь тяжело вздымалась, едва не касаясь её бёдер.

— Я пытаюсь не сойти с ума, Рейз, — прохрипел он, и в его голосе явственно слышался рык. — Ты пахнешь возбуждением, страхом и кровью. И эта проклятая труба… Если ты сейчас же не поползёшь дальше, я забуду о том, что мы на задании, прижму тебя к этой склизкой стене и…

— Я поняла, поняла! — поспешно перебила его Рейз, чувствуя, как краска заливает лицо, а внизу живота пульсирует предательский жар. — Ползу! Просто держите свои клыки при себе!

Она рванула вперёд с удвоенной скоростью, стараясь абстрагироваться от картинок, которые её услужливое воображение начало рисовать после его слов.

Наконец впереди забрезжил багровый свет. Труба заканчивалась прямоугольной вентиляционной решёткой, сквозь которую доносился ритмичный, тяжёлый грохот механизмов и хлопки магических разрядов.

Рейз осторожно подобралась к краю и выглянула наружу. То, что она увидела, заставило её забыть и о жаре, и о возбуждении, и о горячем оборотне за спиной.

Они находились под самым потолком колоссального, круглого цеха. Его масштабы впечатляли. Помещение было размером с королевский стадион. Вдоль стен из чёрного, пористого обсидиана тянулись ряды гигантских резервуаров, заполненных кипящей фиолетовой жидкостью — тем самым жидким экстрактом, который выкачивали из обитателей Мальхары.

От резервуаров тянулись толстые, похожие на пульсирующие вены шланги. Они сходились в центре цеха, где на массивном каменном пьедестале возвышался главный конвейер.

Это была адская пародия на сборочный цех. На конвейере стояли десятки пустых, безжизненных оболочек — шестиметровых големов из вулканического камня. Малакор модернизировал их. Оболочки имели звериные, искажённые черты, длинные каменные когти и пустые глазницы.

Десятки суккубов в защитных фартуках из человеческой кожи и демонов-инженеров сновали вокруг, подключая пульсирующие шланги к грудным клеткам машин. С каждым вливанием фиолетовой энергии големы содрогались, их руны вспыхивали багровым огнём, а из пустых пастей вырывался глухой, нечеловеческий стон, словно в камень запирали живые души, обрекая их на вечную агонию.

А на балконе, нависающем над конвейером, стоял он.

Малакор больше не пытался казаться человеком. Он предстал в своей истинной форме высшего демона: трёхметровый гигант с пепельной чешуёй, мощными кожистыми крыльями за спиной и рогами, образующими подобие чёрной короны. В руках он сжимал хлыст, сотканный из чистого пламени, которым периодически указывал направление для инженеров.

— Быстрее, ничтожества! — громыхал его искажённый, двойной голос, перекрывая шум цеха. — Портал откроется через час! Мои легионы должны быть заряжены и готовы к маршу! Король слаб, Стража уничтожена! Сегодня мы ворвёмся в столицу и утопим их в крови и похоти!

Рейз скривилась, глядя на это представление.

— Вы только послушайте этого пафосного идиота, — прошептала она, доставая из кобуры свой пистолет и проверяя обойму. — «Утопим в крови».

Дариан, пристроившийся рядом с ней у решётки, издал тихий смешок.

— Какой у нас план?

Рейз профессионально окинула цех взглядом аудитора, ищущего несоответствия в бухгалтерской книге. Её глаза остановились на центральном пульте управления — массивной консоли, возвышающейся на отдельной платформе чуть ниже балкона Малакора. Консоль выглядела мерзко: она состояла из переплетения тёмных металлов, хрящей и чего-то подозрительно напоминающего открытые нервные узлы. К ней тянулись главные питающие кабели от реакторов.

— Видите ту мерзость в центре, похожую на помесь органа и жертвенного алтаря? — Рейз указала дулом пистолета на пульт. — Это их главный распределительный узел. Малакор использует собранную энергию, чтобы оживлять големов. Это магия хаоса. Но любая система имеет уязвимость — в данном случае, это прямая физическая связь между узлами управления. Если повредить межсетевые соединения напрямую…

— Произойдёт каскадный сбой системы энергоснабжения, — догадался Дариан. — И вся эта шарашкина контора взлетит на воздух. Но как? Подойти и просто вырвать кабель? Даже я сомневаюсь в моей силе против этой бронированной проволоки.

— Не кабель, де Морт. Ядро, — Рейз прищурилась, стараясь разглядеть детали пульта. — Видите центральный кристалл? Он больше похож на кусок черной руды с бьющимися в нем жилками. Кристалл — ключевой преобразователь энергии. Он хрупкий по сравнению с остальной конструкцией. Один точный удар…

— И вся система рассыплется. Мне нравится, — выдохнул лорд-командующий, но в его голосе слышалось искреннее восхищение. — Но до пульта пятьдесят метров по открытому пространству, кишащему демонами.

— Вот тут-то в игру и вступаете вы, барон, — Рейз повернулась к нему, и их лица оказались в опасной близости. — Мне нужно отвлечение. Такое громкое, наглое и кровавое, чтобы даже сам Малакор спустился со своего балкона, забыв о портале. Справитесь? Или ваша шерсть слишком пострадала от големов?

Дариан не ответил. Вместо этого он поднял руку и медленно, почти нежно провёл костяшками пальцев по её измазанной копотью щеке. От этого контрастного, бережного жеста посреди инфернального завода у Рейз перехватило дыхание.

— Дайте мне три минуты, Рейз, — тихо, но с абсолютной, пугающей уверенностью произнёс он. — А потом бегите к пульту и не оглядывайтесь. И… постарайся не умереть, инспектор. Отчёты о потерях личного состава я писать ненавижу.

Он подмигнул ей своим золотым глазом, а затем одним мощным ударом ноги выбил вентиляционную решётку.

Чугунная конструкция с грохотом рухнула вниз, размозжив голову какому-то зазевавшемуся бесу-уборщику. В цехе повисла секундная тишина. Все взгляды, включая горящие багровым глаза Малакора, устремились к пролому под потолком.

Дариан де Морт не стал произносить пафосных речей. Он просто шагнул в пустоту.

Ещё в свободном падении его тело начало стремительно меняться. Треск рвущихся костей и сухожилий утонул в оглушительном, первобытном рёве, от которого содрогнулись стеклянные резервуары. На пол цеха приземлился не человек.

Огромный, сотканный из непроглядного мрака и ярости теневой волк впечатался в брусчатку, раздробив её в пыль. Его золотые глаза полыхали безумием, а с клыков капала тёмная магия.

— Де Морт! — взревел Малакор с балкона, и в его голосе смешались шок и ярость. — Как ты смеешь осквернять мой мир своим присутствием⁈ Убить его! Разорвать эту тварь на куски!

Десятки демонов, побросав инструменты, с визгом бросились на волка.

Дариан не стал ждать. Он ринулся в толпу, как чёрный ураган. Его челюсти сомкнулись на горле ближайшего инкуба-охранника, отбрасывая обмякшее тело в сторону. Когти размером с короткие мечи распарывали демоническую плоть, раскидывая противников, словно игрушки. Волк двигался с текучей, безжалостной грацией машины для убийства. Он был один против сотни, но в этот момент он был зверем, защищающим свою территорию и свою пару.

Внимание всего цеха было приковано к этой кровавой бойне.

Рейз не стала терять ни секунды. Выскользнув из трубы, она зацепилась за проходящий мимо грузовой крюк и бесшумно скользнула по тросу вниз, приземлившись за массивной опорой конвейера.

«Три минуты. У меня есть три минуты», — отсчитывала она про себя, перебегая от тени к тени.