— Что объяснять?

Рут посмотрела на него.

— Это уже его работа.

И ушла обратно в дом.

Клэр медленно повернулась.

— Натан.

— Идём.

— Куда?

Он повёл её к дальнему краю сада.

Там, за оливой, стояла маленькая каменная беседка.

Не декоративная.

Старая.

С простыми деревянными скамьями.

Клэр увидела фотографию.

В рамке.

Небольшую.

Эмма.

Молодая.

Смеющаяся.

Рядом Натан — гораздо моложе, худее, с длиннее волосами.

И маленькая Софи на руках.

Клэр остановилась.

Он не смотрел на фотографию.

На неё.

— Я привёз тебя сюда не знакомить с прошлым.

Она молчала.

— Я привёз, потому что именно здесь после смерти Эммы я решил, что больше никогда не буду строить новую жизнь.

Клэр почувствовала, как сжалось сердце.

Натан продолжил:

— Рут дала мне ключи от дома. Я приезжал сюда несколько месяцев. Когда не мог быть дома.

— Софи?

— Оставалась с мамой.

Клэр посмотрела на фотографию.

Всё было удивительно спокойно.

Не тяжело.

Не мрачно.

Просто часть его жизни.

— Почему именно сегодня?

Натан подошёл ближе.

— Потому что я больше не хочу разделять жизнь на «до» и «после».

Клэр подняла глаза.

— Ты не должен стирать её.

— Я не стираю.

— Знаю.

— И не хочу, чтобы ты когда-нибудь чувствовала, что должна соревноваться с памятью.

Клэр выдохнула.

— Я иногда чувствовала.

— Я знаю.

— Откуда?

— У тебя лицо.

Она засмеялась.

Слёзы уже защипали глаза.

— Ненавижу вас всех.

Натан коснулся её щеки.

— Эмма была моей жизнью тогда.

Пауза.

— Ты моя жизнь сейчас.

Клэр закрыла глаза.

Не потому что испугалась.

Потому что слишком сильно.

Слишком точно.

Он продолжил:

— И я хочу, чтобы в моей жизни было место для всего, что было. Для Софи. Для тебя. Для будущего. Без ощущения, что кто-то кому-то мешает.

Клэр открыла глаза.

— Поэтому привёз меня сюда.

— Да.

— Это ужасно романтично.

— Простите.

— Я предупреждала.

— Знаю.

Она смотрела на него.

Потом на фотографию.

И очень тихо сказала:

— Спасибо ей.

Натан замер.

— За что?

Клэр улыбнулась.

— За тебя.

Он закрыл глаза.

На секунду.

А когда открыл, в них уже блестело.

— Клэр.

— Что?

— Ты сейчас всё испортила.

— Почему?

— Я хотел быть сильным.

Она обняла его.

Натан прижал к себе.

Клэр чувствовала его дыхание у виска.

Руки на спине.

Тепло.

И вдруг поняла, что здесь нет ревности.

Вообще.

Есть благодарность.

Есть память.

Есть настоящая любовь, которая была.

И настоящая любовь, которая есть.

Они стояли так долго.

Без слов.

Потом Клэр отстранилась.

Вытерла пальцем уголок его глаза.

— Никому не скажу.

— Особенно Софи.

— Она первая узнает.

— Предательница.

— Семья.

Он улыбнулся.

---

Обед получился почти тихим.

Редкость.

Клэр ела тёплый хлеб с мягким сыром и оливковым маслом.

Запечённые персики с травами.

Тонко нарезанные овощи.

Нежную курицу с лимоном.

Никакого сложного меню.

Но всё было настолько вкусным, что она несколько раз закрывала глаза.

Натан заметил.

— Нравится?

— Очень.

— Рут готовила.

— Слава богу.

— Что?

— Если бы это сделал ты, мне пришлось бы признать, что ты слишком идеальный.

— Я готовил хлеб.

Клэр посмотрела.

— Тогда всё нормально.

— Жестокая.

— Баланс.

После еды они ушли дальше в сад.

Солнце стояло высоко, но под деревьями было прохладно. Ветер шевелил листья. На каменной дорожке лежали тени ветвей, будто тонкое кружево.

Клэр сняла туфли.

Пошла босиком.

Натан нёс их в одной руке.

— Это унизительно.

— Почему?

— Ты выглядишь очень довольным.

— Потому что у меня твои туфли.

— Странные у тебя радости.

— Я простой мужчина.

— Очень.

Они остановились у маленького бассейна, выложенного старым камнем.

Не для купания.

Скорее декоративного.

Вода была прозрачной, на поверхности плавали листья.

Клэр села на широкий бортик.

Натан рядом.

— Ты ещё что-то задумал?

— Да.

Она мгновенно напряглась.

— Что?

Он полез в карман.

Клэр застыла.

— Нет.

Натан посмотрел.

— Что нет?

— Если там кольцо…

Он расхохотался.

Клэр закрыла глаза.

— Господи.

Натан достал ключ.

Обычный.

Металлический.

На маленьком кожаном брелоке.

— Что это?

— Наш дом.

Она моргнула.

— У меня уже есть ключ.

— От двери.

— А это?

— От сейфа.

Клэр замерла.

— Натан.

Он стал серьёзным.

— Там документы на дом, счета хозяйства, бумаги Софи, семейные вещи.

Клэр смотрела на ключ.

— Ты…

— Я хочу, чтобы ты имела доступ ко всему.

— Это слишком.

— Почему?

— Потому что…

Она не нашла слова.

Не деньги.

Не доверие в бытовом смысле.

Глубже.

Он впускал её не в спальню.

Не в шкаф.

В ответственность.

— Я не прошу тебя что-то подписывать.

— Знаю.

— И не передаю тебе управление.

— Знаю.

— Я просто не хочу, чтобы у тебя в нашем доме были двери, которые закрыты.

Клэр почувствовала, как ком поднимается к горлу.

— Ты с ума сошёл.

— Возможно.

— И опять.

— Это семейное.

Она взяла ключ.

Сжала.

— Хорошо.

Натан улыбнулся.

— Всё?

— А что ты хочешь?

— Не знаю.

Клэр посмотрела на него.

Потом потянулась к сумке.

Достала маленький чёрный футляр.

Теперь замер он.

— Что это?

— Я тоже кое-что привезла.

— Ты знала?

— Нет.

— Тогда…

Она открыла.

Внутри лежал старый ключ Bellwether.

Тот самый, который Клэр получила вместе с документами при разводе.

Она давно заменила замки.

Но ключ сохранила.

— Это первый ключ от Bellwether.

Натан смотрел.

— Я думала выбросить.

— Почему не выбросила?

— Не знаю.

Она улыбнулась.

— Теперь знаю.

Протянула ему.

— Он уже ничего не открывает.

Натан взял.

— Тогда зачем?

— Потому что это был ключ от места, которое я сначала ненавидела.

Пауза.

— А потом оно стало моей жизнью.

Он смотрел на неё.

— И?

— И ты теперь часть этого.

Натан закрыл ладонь вокруг ключа.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

— Это лучше кольца.

Клэр подняла бровь.

— Не расслабляйся.

Он рассмеялся.

— Значит, шанс есть?

— На что?

— На кольцо.

Клэр почувствовала лёгкое волнение.

Не страх.

Уже нет.

— Когда-нибудь.

— Хорошо.

— И не сегодня.

— Я понял.

— И не завтра.

— Клэр.

— Что?

— Я понял.

Она улыбнулась.

— Хорошо.

---

В Bellwether тем временем происходила война.

Клэр узнала об этом в четыре часа.

Телефон зазвонил.

Элеонора.

— Да?

— Где ты?

— Неважно.

— Натан рядом?

Клэр посмотрела на него.

— Да.

— Хорошо.

— Что случилось?

Пауза.

— Маргарет купила кресла.

Клэр закрыла глаза.

— Какие кресла?

— Ужасные.

Издалека донёсся голос Мэгги:

— ОНИ УДОБНЫЕ!

Элеонора закричала в сторону:

— ОНИ ПОХОЖИ НА МЕБЕЛЬ ДЛЯ АЭРОПОРТА!

Клэр отодвинула телефон.

Натан засмеялся.

— Для чего кресла?

— В новый дегустационный зал.

Клэр замерла.

— Какой новый зал?

Тишина.

Очень плохая.

— Элеонора.

— Мы хотели сказать завтра.