Натан прищурился.
— Вы бросили трубку Элеоноре?
— Да.
— Смелая.
— Очень.
Телефон снова зазвонил.
Клэр посмотрела.
— Поехали.
---
В Bellwether Элеонора ждала на крыльце.
И это было страшнее любого суда.
Она сидела в кресле в светлом льняном костюме, волосы идеально уложены, губы поджаты.
Обременение лежала рядом на каменной ступени.
Мэгги вышла из машины.
— Даже не начинай.
— Я ещё молчу.
— У тебя лицо.
— Какое?
— Моей матери.
— Хорошая была женщина?
— Ужасная.
— Спасибо.
Софи выскочила.
Элеонора мгновенно изменилась.
— Иди сюда.
Девочка подошла.
Элеонора взяла её за руки.
— Всё хорошо?
— Да.
— Точно?
— Да.
— Тебя никто никуда не отправит.
Софи кивнула.
— Папа сказал.
— Правильно.
— А вы правда можете отправить Кэролайн?
— Нет.
Клэр удивлённо подняла бровь.
Элеонора добавила:
— К сожалению.
— Элеонора.
— Что? Я честная.
Софи засмеялась.
Напряжение наконец начало уходить.
Мэгги подошла.
Элеонора посмотрела.
— Иди сюда.
— Зачем?
— Буду ругать.
— Я старая.
— Я старше.
— На четыре года.
— Достаточно.
— Не командуй.
— Садись.
— Нет.
— Мэгги.
— Элеонора.
Они сцепились взглядами.
Клэр тихо сказала Натану:
— Началось.
Он наклонился.
— Может, уйдём?
— Куда?
— Куда угодно.
— Софи.
— Она безопаснее нас.
Клэр посмотрела.
Действительно.
Софи уже сидела на ступеньке рядом с Элеонорой и кормила кошку крошечными кусочками чего-то из кармана.
Мэгги и Элеонора продолжали:
— Я признала ошибку.
— Поздно.
— Не поздно.
— Ты выбирала женщину сыну по каким критериям?
— Она казалась нормальной!
— Тебе нужны очки.
— У меня прекрасное зрение.
— Тогда мозг.
— Элеонора!
Клэр закрыла рот ладонью.
Натан тихо сказал:
— Я никогда не видел маму такой.
— Я Элеонору вижу ежедневно.
— Сочувствую.
— Спасибо.
Мэгги ткнула пальцем:
— А ты вообще сначала Клэр ненавидела!
Элеонора замерла.
Клэр перестала улыбаться.
— О.
Натан прошептал:
— Попала.
Элеонора подняла подбородок.
— Я её не ненавидела.
Клэр возмутилась:
— Простите?!
— Ты меня раздражала.
— Восемнадцать лет?!
— Ты очень способная.
Мэгги расхохоталась.
— Вот!
— Что «вот»?
— Ты такая же.
— Я не выбирала ей мужа!
— Нет. Ты выбирала сыну жену.
Элеонора открыла рот.
Закрыла.
Клэр медленно улыбнулась.
— Интересно.
— Не вмешивайся.
— Почему? Разговор обо мне.
— Это исторические события.
— Очень удобно.
Софи захихикала.
Натан обнял Клэр за плечи.
Элеонора увидела.
Мгновенно сменила тему:
— А вы чего стоите?
Клэр прищурилась.
— Не поможет.
— Что?
— Я запомнила.
— Что именно?
— «Раздражала».
— Господи.
— Восемнадцать лет.
— Ты злопамятная.
— Учитель хороший.
Мэгги сказала:
— Вот теперь вижу, что вы семья.
Тишина.
Совсем короткая.
Но все её почувствовали.
Клэр посмотрела на Элеонору.
Элеонора на неё.
Потом на Софи.
На Натана.
На Мэгги.
И неожиданно сказала:
— Похоже на то.
Клэр не успела ответить.
Во двор въехала машина.
Все повернулись.
Чёрная.
Дорогая.
Знакомая.
Клэр почувствовала, как Натан убрал руку с её плеча.
Не потому что испугался.
Потому что понял: сейчас ей нужно пространство.
Грант вышел из машины.
Один.
Увидел всех.
Мать.
Клэр.
Натана.
Мэгги.
Софи.
Остановился.
— У вас вечеринка?
Элеонора холодно сказала:
— Нет.
— Хорошо.
Он поднял папку.
— Мне нужен твой ответ.
— Я уже дала.
— Ситуация изменилась.
— У меня тоже.
Грант посмотрел на Клэр.
— Я знаю.
Клэр насторожилась.
— Что ты знаешь?
— Westbridge увеличивает предложение.
Элеонора прищурилась.
— Откуда?
— Деловые круги маленькие.
— Все сегодня любят эту фразу, — сказала Клэр.
Грант проигнорировал.
— Мама, нам надо поговорить.
— Говори.
— Наедине.
— Нет.
Он сжал челюсть.
— Это касается твоих активов.
Элеонора перестала двигаться.
Клэр почувствовала, как воздух изменился.
— Каких именно?
— Земли.
Майкла здесь не было.
Это плохо.
Очень.
Элеонора сказала:
— Продолжай.
— Я знаю, что отец оформил на тебя несколько активов.
— И?
— Я могу помочь разобраться.
Клэр едва не рассмеялась.
Элеонора тоже.
— Помочь?
— Да.
— Как?
— Консолидировать управление.
Тишина.
Мэгги тихо спросила Клэр:
— Что это значит?
Клэр ответила:
— Хочет получить контроль.
Грант резко посмотрел.
— Я этого не сказал.
— А я перевела.
Элеонора подняла руку.
— Клэр.
Та замолчала.
— Я сама.
И Клэр отступила.
Элеонора подъехала ближе к сыну.
— Грант.
— Да.
— Ты оставил мне сколько денег при разводе с Клэр?
Он нахмурился.
— Причём здесь…
— Сколько?
— Мама, это был не мой развод с тобой.
— Именно.
Она улыбнулась.
— Ты оставил мне вещи, которые считал обузой. Старый дом. Моё кресло. Мои лекарства. Мою бывшую невестку.
Клэр замерла.
— А теперь выяснилось, что обуза владеет землёй.
— Я никогда не называл тебя обузой.
— Нет.
Элеонора кивнула.
— Ты просто оставил меня вместе с ней.
Грант побледнел.
— Ты сама согласилась.
— Потому что ты не спросил, чего я хочу.
Тишина.
Клэр почувствовала, как сжимается горло.
Элеонора продолжила:
— И знаешь, что самое смешное?
Грант молчал.
— Мне повезло.
Клэр опустила глаза.
— Я приехал не ругаться.
— А я не ругаюсь.
— Тогда выслушай.
— Хорошо.
Он открыл папку.
— Я могу включить твои активы в общую семейную структуру. Профессиональное управление, защита, оптимизация…
— Нет.
Грант замолчал.
— Ты даже…
— Опять?
Элеонора улыбнулась.
— Сегодня очень популярная фраза.
Мэгги кашлянула, скрывая смех.
— Мама.
— Нет.
— Ты не понимаешь рисков.
— У меня адвокат.
— Кто?
— Майкл.
— Этот парень?
— Ему сорок один.
Клэр удивлённо спросила:
— Откуда вы знаете?
Элеонора пожала плечами.
— Спросила.
— Зачем?
— Люблю информацию.
Грант раздражённо выдохнул.
— Хорошо. Пусть адвокат посмотрит предложение.
— Нет.
— Почему?
— Потому что я не хочу предложения.
— Это нелогично.
— Возможно.
— Ты отказываешься от профессионального управления из-за обиды?
Элеонора посмотрела на него.
— Нет, сын.
Голос стал тихим.
— Я отказываюсь, потому что впервые за много лет хочу сама решить, что делать с тем, что принадлежит мне.
Грант молчал.
— И если ошибусь, — продолжила она, — это будет моя ошибка.
Клэр почувствовала, как Натан тихо коснулся её пальцев.
Не взял за руку.
Просто коснулся.
Она переплела пальцы сама.
Грант увидел.
Лицо изменилось.
Совсем немного.
— Вы вместе?
Клэр посмотрела.
— Это не относится к активам Элеоноры.
— Я спросил.
— А я не обязана отвечать.
— Клэр.
Натан спокойно сказал:
— Грант.
Клэр мгновенно повернулась.
— Не надо.
Натан кивнул.
Снова отступил.