— Кажется.
Мэгги невинно сказала:
— Мы давно договорились.
Натан нахмурился.
— Когда?
Мэгги задумалась.
— Недавно.
— Когда именно?
— Время — условность.
Клэр закрыла глаза.
— Вы сговорились.
— Нет, — сказала Элеонора.
— Да, — одновременно сказала Мэгги.
Элеонора резко повернулась.
— Мэгги!
— Что? Всё равно уже поняли.
Натан провёл ладонью по лицу.
Клэр начала смеяться.
— Невероятно.
Элеонора возмутилась:
— Мы ничего не организовывали!
— Конечно.
— Софи любит ночевать у Мэгги!
— Конечно.
— И вообще, вы взрослые люди.
Клэр посмотрела.
— Именно поэтому нам не нужны две женщины за семьдесят, организующие наши свидания.
Мэгги подняла палец.
— Мне шестьдесят восемь.
— Простите.
Элеонора повернулась к ней.
— Хвастается.
— Завидуешь.
— Трём годам?
— Четырём.
— Не начинай.
Клэр посмотрела на Натана.
— Они опять заняты.
Он улыбнулся.
— Наконец-то.
И поцеловал её прямо при обеих.
Не быстро.
Не украдкой.
Клэр сначала удивилась.
Потом положила ладонь ему на грудь и ответила.
За спиной стало подозрительно тихо.
Когда они отстранились, Элеонора сказала:
— Ну наконец-то.
Клэр не обернулась.
— Одно слово.
— Я молчу.
Мэгги добавила:
— Красиво.
— ДВА СЛОВА!
Натан смеялся.
Клэр ткнула его в грудь.
— И вам весело.
— Очень.
— Предатель.
— Возможно.
---
На следующий день Клэр впервые увидела Натана верхом.
И возненавидела эту картину.
Потому что мужчина, который и без того начал слишком часто появляться в её мыслях, совершенно не имел права настолько хорошо смотреться на лошади.
Она приехала к Коуловскому поместью после обеда по делу.
Именно по делу.
Нужно было обсудить объём масла для следующей партии.
Только поэтому.
Абсолютно.
Машина остановилась возле длинного низкого дома, сложенного из светлого камня и дерева. За ним уходили вниз ряды оливковых деревьев. Дальше холмы становились золотистыми, сухими, почти бархатными под солнцем.
Клэр вышла.
Услышала стук копыт.
Обернулась.
Натан ехал по дорожке от дальней части владения.
На большом тёмно-гнедом коне.
Клэр замерла.
— Нет.
Лошадь была огромной.
Это было первое.
Второе — Натан сидел в седле так естественно, словно родился там.
Тёмные джинсы.
Светлая рубашка с закатанными рукавами.
Предплечья загорелые.
Спина прямая.
Движения спокойные.
Конь под ним шёл мягко, переступая длинными ногами.
Клэр отступила на шаг.
Натан увидел.
Улыбнулся.
— Не бойтесь.
— Я не боюсь.
Конь фыркнул.
Клэр отступила ещё.
— Вы врёте.
— Я разумно оцениваю риски.
Натан остановил коня в нескольких метрах.
— Его зовут Бакстер.
— Мне всё равно.
— Он очень спокойный.
— Он весит тонну.
— Меньше.
— Ненамного.
Натан спешился.
Вот это оказалось ещё хуже.
Потому что Клэр увидела, как работают мышцы его ног и спины, как он легко соскользнул из седла и взял повод.
Она немедленно посмотрела на лошадь.
Безопаснее.
— Хотите познакомиться?
— Нет.
— Клэр.
— Натан.
— Просто подойдите.
— Нет.
— Он ничего не сделает.
— Именно так начинаются некрологи.
Натан рассмеялся.
— Вы серьёзно боитесь лошадей?
— Нет.
Бакстер снова фыркнул.
Клэр вздрогнула.
Натан поднял бровь.
— Ни слова.
— Я ничего.
— У вас лицо.
— Какое?
— Элеоноровское.
— Это уже оскорбление.
Он передал повод работнику, подошедшему со стороны конюшни.
Клэр выдохнула.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что убрали динозавра.
— Бакстер обиделся.
— Переживёт.
Натан подошёл ближе.
— Значит, лошадей боитесь.
— Мы не будем делать из этого событие.
— Конечно.
— И учить меня не будете.
— Разумеется.
— Даже не думайте.
— Уже думаю.
Клэр ткнула пальцем ему в грудь.
— Коул.
Он поймал её руку.
Поднёс к губам.
Поцеловал пальцы.
Клэр замолчала.
— Нечестно.
— Что?
— Вы используете запрещённые приёмы.
— Учителя хорошие.
— Элеонора вас испортила.
— Думаю, не она.
Его взгляд скользнул по её лицу.
Клэр почувствовала знакомое тепло.
— Мы приехали говорить о масле.
— Конечно.
— О бизнесе.
— Да.
— Перестаньте так смотреть.
— Как?
— Вы знаете.
— Не знаю.
— Натан.
Он улыбнулся.
— Идёмте. Покажу образцы.
---
Масло оказалось опаснее лошади.
Потому что дегустация проходила на кухне Натана.
Той самой кухне, где завтра должен был состояться ужин.
Клэр сидела за массивным деревянным столом.
Перед ней стояли маленькие керамические блюдца.
Масло с розмарином.
С базиликом.
С печёным чесноком.
С лимонной цедрой.
Один вариант — с копчёной солью и травами.
Рядом лежал тёплый хлеб.
Клэр макнула кусочек в первое блюдце.
Попробовала.
— Нет.
Натан сидел напротив.
— Почему?
— Слишком много розмарина. Он убивает вкус масла.
— Согласен.
— Тогда зачем дали?
— Проверяю.
— Меня?
— Вас.
— Зачем?
— Хотел понять, будете вежливой.
Клэр подняла бровь.
— Вы знакомы со мной больше месяца.
— Да. Глупый эксперимент.
Она попробовала второе.
— Это хорошо.
— Базилик.
— Но к нашему сыру не надо.
— Почему?
— Будет слишком зелено во вкусе.
Натан улыбнулся.
— «Зелено во вкусе».
— Не придирайтесь.
— Мне нравится.
Третье.
Клэр закрыла глаза.
Печёный чеснок был мягким, сладковатым, почти кремовым. Масло обволакивало язык, потом появлялась лёгкая травянистая горчинка.
— Вот это.
— Да?
— Да.
Она отломила ещё хлеба.
Добавила сверху немного сыра, который привезла с собой.
Попробовала вместе.
Натан наблюдал.
— Что?
— Вы опять сделали лицо.
— Какое?
— Счастливое.
Клэр посмотрела.
— Вкусно.
— Вижу.
Она протянула ему кусочек.
— Попробуйте.
Натан не взял рукой.
Наклонился.
Откусил прямо с её пальцев.
Клэр застыла.
Его губы едва коснулись кожи.
Совсем чуть-чуть.
Но этого хватило.
Натан медленно прожевал.
— Да.
Клэр не отводила взгляда.
— Что «да»?
— Берём.
— Масло?
Он улыбнулся.
— Масло тоже.
Клэр почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Вы сегодня особенно самоуверенный.
— Вы приехали ко мне домой.
— По делу.
— Конечно.
— Завтра я тоже приеду по делу.
— Какому?
Она подумала.
— Проверять качество ужина.
— Очень серьёзно.
— Именно.
Он встал.
Обошёл стол.
Клэр следила.
Натан остановился рядом.
— Клэр.
— М-м?
— Вы можете в любой момент сказать, что слишком быстро.
Она подняла голову.
— Знаю.
— И я остановлюсь.
— Знаю.
— Хорошо.
— А теперь?
Он коснулся пальцами её подбородка.
— А теперь мне очень хочется вас поцеловать.
Клэр улыбнулась.
— Это уже третий раз за два дня, когда вы предупреждаете.
— Жалуетесь?
— Пока нет.
Натан наклонился.
Она встретила его губы сама.
Медленно.
Без спешки.
Но спокойствия хватило ненадолго.
Клэр встала.
Оказалась между ним и столом.
Натан положил ладони ей на талию.
Она почувствовала дерево столешницы за бедром.
Его тело перед собой.
