— На лошадях.

Клэр повернулась к Кловер.

— Я остаюсь.

Натан рассмеялся.

Через час Клэр стояла возле ограды в джинсах, ботинках и шлеме.

И ненавидела всех.

Особенно Натана.

Натан был в седле Джаспера.

На нём сидели тёмные джинсы, светлая рубашка и шлем.

Клэр посмотрела.

Потом ещё раз.

Чёрт.

На лошади он выглядел совсем иначе.

Спокойный.

Собранный.

Прямая спина.

Сильные бёдра удерживали седло без видимого напряжения.

Руки мягко работали с поводьями.

Клэр немедленно отвела взгляд.

Не красавец.

Да.

Совершенно.

Абсолютно.

— Что? — спросил Натан.

— Ничего.

— Вы смотрели.

— На лошадь.

— Я на ней.

— Не переоценивайте свою ширину.

Он рассмеялся.

— Уже было.

— Тогда перестаньте задавать одинаковые вопросы.

Софи подвела Кловер.

Клэр отступила.

— Мы договаривались только гладить.

— Нет, — сказал Натан. — Сегодня садимся.

— Кто договорился?

— Я.

— С кем?

— С собой.

— Очень демократично.

Элеонора и Мэгги сидели под зонтом у террасы.

С кофе.

Клэр увидела.

— Почему у них бинокль?

Натан посмотрел.

— Не знаю.

— МЭГГИ!

Та опустила бинокль.

— ЧТО?

— ЗАЧЕМ?!

— ПТИЦЫ!

Клэр посмотрела на небо.

— НИ ОДНОЙ ПТИЦЫ!

Элеонора крикнула:

— УЛЕТЕЛИ!

— Я ВАС ОБЕИХ НЕНАВИЖУ!

Мэгги помахала рукой.

— С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!

Клэр повернулась к Кловер.

— Хорошо. Лошадь кажется разумнее.

Натан спешился.

Подошёл.

— Не будем ехать далеко.

— Мы вообще не будем ехать.

— Сначала сядете.

— А потом?

— Посмотрим.

Клэр подозрительно прищурилась.

— Вы всегда так манипулируете?

— Только с женщинами, которые называют меня старым, родившись через семнадцать минут после меня.

— Технически вы старше.

— Садитесь.

Он показал, куда поставить ногу.

Клэр положила ладонь на седло.

Кловер пошевелилась.

— Нет.

— Она просто стоит.

— Она изменила стояние.

Натан зажал губы.

— Не смейтесь.

— Не смеюсь.

— Плечи.

— Солнце.

— Я вас ударю.

— После урока.

Клэр поставила ногу.

Попыталась подняться.

Не получилось.

— Всё. Я попробовала.

— Ещё раз.

— Зачем?

— Потому что первый раз вы толкнулись не той ногой.

— У меня две. Очень легко перепутать.

Натан подошёл ближе.

— Можно?

— Что?

— Помочь.

Клэр посмотрела на его руки.

Вспомнила ладонь на талии.

Очень некстати.

— Можно.

Одна рука легла ей на бок.

Не на талию.

Чуть выше.

Вторая поддержала предплечье.

— Раз, два…

Клэр оттолкнулась.

И оказалась в седле.

Мир внезапно стал слишком низким.

— Господи.

— Всё хорошо.

— Я выше дома.

— Нет.

— Не спорьте с человеком в шоке.

Кловер переступила.

Клэр вцепилась в переднюю луку.

— ОНА ПОШЛА!

— Один шаг.

— БЕЗ МОЕГО СОГЛАСИЯ!

С террасы донёсся хохот.

Клэр повернула голову.

— Я ВИЖУ БИНОКЛЬ!

Мэгги спрятала его за спину.

Натан взял Кловер под уздцы.

— Смотрите на меня.

Клэр посмотрела.

— Не вниз.

— Почему?

— Будет страшнее.

— Спасибо, что сказали!

— Дышите.

— Я дышу.

— Нет.

— Откуда вы знаете?

— Вы разговариваете на одном вдохе.

Клэр выдохнула.

Кловер пошла.

Медленно.

Натан шёл рядом.

Его ладонь лежала на ремне у морды лошади.

Софи шла с другой стороны.

— Всё хорошо, — сказала девочка.

Клэр посмотрела на неё.

— Если выживу, дам тебе сыр.

— Беконный?

— Два.

— Папа, веди быстрее.

— СОФИ!

Натан рассмеялся.

— Семья.

Клэр посмотрела на него сверху.

— Ваша дочь только что продала мою жизнь за сыр.

— Бизнес-мышление.

Они сделали круг.

Потом второй.

На третьем Натан отпустил уздечку.

Клэр не заметила сразу.

А когда заметила — побледнела.

— Вы что сделали?

— Ничего.

— Вы отпустили!

— Я рядом.

— Верните руку!

— Куда?

Клэр поняла двусмысленность.

Натан тоже.

Софи — к счастью, нет.

Клэр покраснела.

— На лошадь.

— Конечно.

— И прекратите улыбаться.

— Я ничего.

— У вас лицо.

— Моё лицо…

— Я СПРЫГНУ.

— Молчу.

Но через несколько минут Клэр перестала вцепляться в седло.

Потом опустила плечи.

Почувствовала движение Кловер.

Тёплое живое тело под собой.

Ритм.

Шорох травы.

Запах кожи, сена и нагретой земли.

Утро было прозрачным, светлым. Над холмами висела тонкая дымка. Оливковые листья мерцали на ветру. Где-то далеко стрекотали цикады.

Клэр вдруг улыбнулась.

Не потому, что надо.

Просто.

Натан увидел.

Ничего не сказал.

И за это она была благодарна.

После урока ноги дрожали.

— Это нормально? — спросила Клэр.

— Да.

— Я хожу как человек, который впервые обнаружил колени.

Натан снял с неё шлем.

Пальцы случайно коснулись волос у виска.

Клэр замерла.

Он тоже.

Софи уже убежала к дому.

Терраса была далеко.

Слишком далеко, чтобы слышать.

Недостаточно далеко, чтобы не смотреть в бинокль.

Клэр подозрительно глянула туда.

— Они смотрят?

Натан посмотрел.

— Да.

— Господи.

— Можем уйти за сарай.

Клэр повернулась к нему.

— Это предложение?

Он открыл рот.

Закрыл.

— Я имел в виду…

Клэр рассмеялась.

— Наконец-то я вас поймала.

— Жестоко.

— Заслужили.

Натан держал её шлем.

Стоял близко.

Ветер тронул ворот его рубашки.

Клэр увидела знакомую царапину на предплечье.

И вдруг поняла, что хочет коснуться.

Не стала.

Пока.

— Спасибо, — сказала она.

— За что?

— За то, что не сделали из страха цирк.

Он посмотрел в сторону террасы.

Клэр тоже.

Две женщины мгновенно опустили бинокль.

— Цирк был, — заметил Натан.

— Не ваш.

— Это важно?

— Очень.

Он улыбнулся.

— С днём рождения, Клэр.

— И вас.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Натан чуть наклонился.

Не сильно.

Клэр почувствовала это движение раньше, чем увидела.

И не отступила.

Сердце ударило.

Ещё раз.

Расстояние стало совсем маленьким.

— ПАПА!

Они дёрнулись.

Софи бежала от дома.

— БАБУШКИ ДЕРУТСЯ!

Клэр закрыла глаза.

— Какие?

— Обе!

Натан выдохнул:

— Конечно.

Они побежали.

Бабушки не дрались.

Пока.

Элеонора стояла.

Стояла.

Держась обеими руками за край стола на террасе.

Мэгги стояла напротив.

Бледная.

— Сядь, — сказала она.

— Не командуй.

— Ты сейчас упадёшь.

— Не упаду.

— Элеонора!

— Отойди!

Клэр остановилась.

Натан рядом.

Ханны не было.

Кресло стояло в полуметре.

Элеонора, видимо, попыталась сама подняться за чем-то со стола.

И теперь не могла безопасно сесть.

— Элеонора, — спокойно сказала Клэр.

— Не надо.

— Хорошо.

Она не подошла.

— Я справлюсь.

— Я знаю.

Ноги Элеоноры дрожали.

Клэр видела.

Мэгги тоже.

— Что вам нужно?

— Кресло.

Клэр посмотрела на расстояние.

— Я подкачу.

— Нет. Я сяду сама.

— Хорошо.

Клэр медленно пододвинула кресло сзади.

Не касаясь её.

— Готово.

Элеонора тяжело дышала.

— Натан, — сказала Клэр.

Он понял.

— Мы отойдём.

— Я не ребёнок, — процедила Элеонора.

— Поэтому никто вас не уговаривает.