— Да.

— Ложкой?

Элеонора посмотрела на баночку.

Потом на ложку.

— Умная.

Клэр медленно скрестила руки.

— Вы меня позвали специально.

— Мне был нужен плед.

— Плед лежит у вас на спинке кресла.

Элеонора посмотрела назад.

— А.

— Вы прервали разговор.

— Какой?

— Неважно.

— С Натаном?

— Элеонора.

— Что?

— Вы специально?

— Нет.

— Врёте.

— Немного.

Клэр уставилась.

Элеонора спокойно переключила канал.

— Зачем?!

— Проверка.

— Чего?

— Насколько быстро придёшь.

Клэр открыла рот.

Закрыла.

— Вы чудовище.

— Зато теперь знаю.

— Что?!

Элеонора посмотрела на неё.

— Что пока ещё быстрее, чем к соседу.

Клэр схватила подушку.

Элеонора мгновенно подняла ладонь.

— Насилие над инвалидом!

Клэр застыла.

— Это запрещённый приём.

— Эффективный.

— Вы отвратительная.

— Ты это говорила.

— Я найду новые слова.

— Завтра.

Клэр бросила подушку на диван.

Обременение недовольно подняла голову.

— И вы съели йогурт.

— Да.

— А обвинили кошку.

— Она не возражала.

Клэр посмотрела на животное.

— Обременение, выбирай другую семью.

Кошка встала.

Потянулась.

Перешла на колени Элеоноры.

Улеглась.

Клэр указала.

— Предательница.

Элеонора погладила её.

— Умное животное.

— Вы утром хотели её выселить.

— Люди меняются.

— За один йогурт?

— Он был хороший.

Клэр рассмеялась.

Потом опустилась на диван.

Несколько минут они молча смотрели телевизор.

Элеонора первой сказала:

— Ты собираешься с ним спать?

Клэр подавилась воздухом.

— ЧТО?!

— Я спросила…

— Я слышала!

— Тогда зачем переспрашиваешь?

— Потому что нормальные бывшие свекрови не задают таких вопросов!

— Откуда ты знаешь? У тебя была только одна.

Клэр закрыла лицо руками.

— Господи.

— Это не ответ.

— Мы даже не целовались!

— Значит, медленные.

— Элеонора!

— Вам по сорок.

— И?

— Время ценить надо.

Клэр убрала руки.

— Вы вчера говорили «не торопись».

— Я про лошадь.

— Вы лжёте хуже, чем я.

— Зато увереннее.

Клэр посмотрела на неё.

— Почему вас вообще это интересует?

Элеонора вдруг стала серьёзнее.

— Потому что Грант ушёл.

— И?

— И я видела тебя после.

Клэр замолчала.

— Я была в порядке.

— Нет.

— Была.

— Ты была очень правильной.

Клэр вспомнила вчерашние слова.

Правильный смех.

— А Натан?

Элеонора пожала плечами.

— Рядом с ним ты иногда забываешь быть правильной.

Тишина.

Клэр отвела взгляд.

— Это ещё ничего не значит.

— Я и не говорю.

— Вы буквально спросили, собираюсь ли я с ним спать.

— Это практический вопрос.

Клэр снова закрыла лицо.

Элеонора засмеялась.

— Всё. Молчу.

— Пожалуйста.

— Но если соберёшься…

— Элеонора!

— Контрацепция.

— ВАМ СКОЛЬКО ЛЕТ?!

— Достаточно, чтобы знать, откуда берутся дети.

Клэр встала.

— Я ухожу.

— Куда?

— В спальню.

— Хорошо.

— И не звоните мне.

— А если упаду?

Клэр остановилась.

Повернулась.

Элеонора улыбалась.

Лукаво.

Но Клэр уже знала эту женщину достаточно.

— Тогда позвоните.

Улыбка исчезла.

Совсем немного.

— Хорошо.

— Даже если я буду с Натаном.

Элеонора подняла бровь.

Клэр поняла.

— Я имела в виду разговаривать!

— Конечно.

— Ненавижу вас.

— Нет.

Клэр вздохнула.

— Уже нет.

Элеонора ничего не ответила.

Клэр ушла.

Следующее утро началось в шесть двадцать.

С громкого стука.

Клэр выскочила из спальни босиком, в коротких хлопковых шортах и огромной старой футболке.

— Элеонора?!

Тишина.

Она бросилась к комнате бывшей свекрови.

Дверь открылась.

Элеонора сидела в кровати.

На голове шёлковая повязка.

В руке — телефон.

— Что случилось?

— Это я хотела спросить.

Стук повторился.

Из кухни.

Они посмотрели друг на друга.

— Кошка? — спросила Элеонора.

— Если она научилась пользоваться молотком, я съеду.

Клэр пошла первой.

Элеонора пересела в кресло и выехала следом.

На кухне никого.

Стук.

Со стороны задней двери.

Клэр осторожно подошла.

Открыла.

На крыльце стояла Софи.

Рядом — Кловер.

Клэр застыла.

— Нет.

Софи сияла.

— Доброе утро!

— Почему ты здесь?

— Подарок.

— Какой?

Софи указала на лошадь.

Клэр побледнела.

— НЕТ.

Из-за Кловер появился Натан.

В руках — два бумажных стакана с кофе.

Он улыбался.

— С днём рождения.

Клэр замерла.

Сегодня.

Точно.

Суббота.

Сорок.

Она посмотрела на него.

Потом на лошадь.

Потом снова на него.

— Вы привели мне на день рождения мой самый большой страх?

— Нет.

— А это что?!

— Урок.

— Ещё хуже.

Софи рассмеялась.

Натан протянул кофе.

— Сначала это.

Клэр взяла.

Понюхала.

— С корицей?

— И немного ванили.

Она посмотрела.

— Откуда знаете?

— Элеонора.

Клэр медленно повернулась.

Бывшая свекровь сидела в дверях кухни.

С совершенно невинным лицом.

— Вы сдали меня врагу.

— Я сообщила стратегическую информацию.

— За что?

— Он спросил.

— И вы всё рассказываете мужчинам, которые спрашивают?

— Только симпатичным.

Клэр поперхнулась кофе.

Натан кашлянул.

Софи захихикала.

Элеонора улыбнулась.

— С днём рождения, Клэр.

Клэр посмотрела на неё.

И на секунду всё смешное отступило.

— Спасибо.

— Сорок — хороший возраст.

— Потому что вам больше?

— Потому что наконец можно перестать делать глупости ради чужого одобрения.

Клэр медленно улыбнулась.

— А свои?

— Свои обязательно продолжать.

Натан поднял стакан.

— Поддерживаю.

Клэр посмотрела на него.

— А вас с днём рождения.

— Спасибо.

— Сорок.

— Да.

— Старый.

— Вы родились в тот же день.

— Но, возможно, позже.

— В четыре десять утра.

Клэр замерла.

— Что?

— Я родился в четыре десять.

Она медленно поставила кофе.

— Я в четыре двадцать семь.

Элеонора издала звук.

Клэр мгновенно повернулась.

— НЕТ.

— Я ничего.

— Я вижу ваши глаза!

— Какие?

— Вы уже считаете это знаком!

— Семнадцать минут.

— ЭЛЕОНОРА!

Натан рассмеялся.

— Мама будет в восторге.

Клэр закрыла глаза.

— Только не говорите Мэгги.

Софи сказала:

— Я уже написала.

Все посмотрели на неё.

Девочка держала телефон.

— Что?

Клэр выдохнула:

— Предательница.

Телефон Натана зазвонил.

Он посмотрел.

— Мама.

— Не берите.

Он включил громкую связь.

— Доброе утро.

Голос Мэгги раздался на всю террасу:

— СЕМНАДЦАТЬ МИНУТ?!

Клэр уронила лоб на дверной косяк.

Элеонора захохотала.

— Я переезжаю, — сказала Клэр.

Мэгги продолжала:

— Это судьба!

— НЕТ! — крикнула Клэр.

— Я ничего не сказала про свадьбу!

— ВЫ ПОДУМАЛИ!

— Немного!

Элеонора вытерла слёзы.

— Маргарет, не дави на детей.

Клэр медленно подняла голову.

— На детей?

Натан закрыл глаза.

— Нам сорок.

Элеонора пожала плечами.

— Для нас — дети.

Из телефона донеслось:

— Именно!

Клэр посмотрела на Натана.

— У нас проблемы.

— Огромные.

— Может, сбежим?