— Хорошо.

— Да.

Она подняла голову.

— Ты всегда говоришь «хорошо», когда не знаешь, что сказать.

— Иногда.

— Не умеешь красиво?

— Не хочу портить.

Клэр улыбнулась.

— Правильно.

Потом снова положила голову.

— Я люблю тебя.

— Я тебя люблю.

Без шутки.

Без свидетелей.

И этого хватило.

---

Утром Клэр проснулась от запаха хлеба.

Сначала решила, что снится.

Потом поняла: кухня.

Натан рядом не лежал.

Она открыла глаза.

Комната была залита мягким утренним светом. Тонкие занавески шевелились от ветра. На стуле лежало её красное платье. На полу — его рубашка.

Клэр улыбнулась.

Подтянула простыню выше.

И увидела записку на тумбе.

«Не убегай. Кормлю».

Она рассмеялась.

— Дурак.

Через двадцать минут спустилась вниз.

В его рубашке.

И всё.

Рубашка доходила до середины бедра, рукава она закатала. Волосы были растрёпаны, лицо без макияжа.

Натан стоял у плиты.

Увидел.

Замер.

— Нет.

Клэр остановилась.

— Что?

— Так нельзя.

— Почему?

— Я готовлю.

— И?

— Я снова всё сожгу.

Она подошла.

Обняла сзади.

— Тогда снимай с огня.

— Клэр.

— Что?

— Ты специально.

— Да.

Он выключил плиту.

Повернулся.

Посмотрел.

— Очень опасная женщина.

— Зато твоя.

— Ещё раз.

Клэр улыбнулась.

— Твоя.

Натан поднял её легко.

Клэр ахнула.

— Что ты делаешь?!

— Спасаю завтрак.

— Как?!

— Уношу причину пожара.

Она расхохоталась.

— Поставь меня!

— Нет.

— Натан!

Он донёс её до кухонного острова.

Посадил.

Встал между коленями.

Клэр обняла за шею.

— И что теперь?

— Думаю.

— Быстрее. Я голодная.

Он поцеловал её.

— Это не еда.

— Я знаю.

— Тогда…

Она поцеловала снова.

— Сначала это.

Завтрак немного остыл.

Никто не пожалел.

---

В Bellwether они приехали после полудня.

И сразу поняли, что ошиблись, не приехав раньше.

Во дворе стояли три строительные машины.

У стены лежали коробки с образцами плитки.

Мэгги сидела на складном стуле.

Элеонора — рядом в кресле.

Обе в солнцезащитных очках.

Перед ними стоял Луис.

И выглядел измученным.

Клэр вышла из машины.

— Что происходит?

Все трое повернулись.

Элеонора сняла очки.

Посмотрела на Клэр.

Потом на Натана.

На их лица.

На Клэр.

Снова на Натана.

И медленно улыбнулась.

— Доброе утро.

Клэр прищурилась.

— Уже день.

— Я знаю.

Мэгги сняла очки.

Тоже посмотрела.

— О.

Клэр подняла палец.

— Ни слова.

— Я ничего.

— Вы обе.

— Мы молчим, — сказала Элеонора.

Луис посмотрел на Натана.

Тот покачал головой.

— Не спрашивай.

Клэр подошла.

— Что это за техника?

Элеонора тут же переключилась.

— Новое помещение.

— Вы обещали ничего не подписывать.

— Не подписывали.

— Тогда почему здесь строители?

Мэгги ответила:

— Луис посмотрел.

— Зачем?

— Чтобы понять цену ремонта.

— А машины?

— Они проезжали рядом.

Луис закрыл глаза.

Клэр повернулась.

— Правда?

Он вздохнул.

— Нет.

— Спасибо.

Элеонора возмутилась:

— Предатель.

— Я хочу жить.

Клэр скрестила руки.

— Хорошо. Показывайте.

Новое помещение действительно оказалось удачным.

В соседнем здании.

С отдельным входом.

Высокими потолками.

Двумя большими окнами.

И маленьким внутренним двориком.

Клэр прошла по залу.

Пыль.

Старые стены.

Потолочные балки.

Но пространство красивое.

Она уже видела.

Большой стол.

Мастер-классы.

Дегустационные вечера.

Корпоративные мероприятия.

Семейные завтраки.

Кулинарные занятия.

— Ненавижу вас, — сказала Клэр.

Элеонора улыбнулась.

— Берём?

— Ещё не знаю.

Мэгги возмутилась:

— Как не знаешь?

— Считаю.

— Мы уже посчитали.

— Кто «мы»?

Элеонора подняла руку.

Мэгги тоже.

Луис поднял.

Потом опустил.

— Меня заставили.

Клэр рассмеялась.

— Хорошо. Майкл видел договор?

Элеонора замерла.

— Нет.

— Вот.

— Но…

— Пока Майкл не увидит — ничего.

Мэгги поджала губы.

— Ты становишься скучная.

— Богатая скучная.

Элеонора кивнула.

— Правильно.

Клэр резко повернулась.

— Вы со мной согласны?

— Иногда.

— Чудо.

Элеонора посмотрела на Натана.

— Хорошо съездили?

Клэр закрыла глаза.

Вот.

Началось.

Натан спокойно ответил:

— Очень.

— Где были?

— У Рут.

Элеонора перестала улыбаться.

Клэр заметила.

— Вы знаете?

— Да.

— Откуда?

— Натан спрашивал.

Клэр посмотрела на него.

Он виновато улыбнулся.

— Что спрашивал?

Элеонора ответила первой:

— Стоит ли тебя туда везти.

Клэр замерла.

— И что вы сказали?

Элеонора посмотрела прямо.

— Что стоит.

Пауза.

— Почему?

Элеонора чуть пожала плечами.

— Потому что ты должна понимать всю жизнь мужчины, которого любишь. Не только удобную часть.

Клэр почувствовала тепло.

— Спасибо.

— Не делай лицо.

— Какое?

— Сейчас заплачешь.

— Не заплачу.

Мэгги сказала:

— У неё уже глаза.

— Мэгги!

Все рассмеялись.

И этот разговор закончился.

Правильно.

Без тяжести.

---

Майкл приехал в четыре.

Посмотрел договор.

Сделал семь замечаний.

Элеонора назвала его занудой.

Мэгги — полезным занудой.

Луис пообещал новую смету.

Клэр согласилась на помещение.

Но только после перерасчёта бюджета.

И впервые Элеонора не спорила.

Почти.

— Я могу оплатить ремонт.

— Нет.

— Почему?

— Потому что Bellwether может сам.

Элеонора задумалась.

— Уже?

— Да.

Клэр развернула планшет.

Цифры.

Продажи.

Контракты.

Два пилотных магазина Каролин.

Гостиничные заказы.

Прибыль после текущих расходов и резервов.

— Мы можем сделать это без новой инвестиции.

Элеонора смотрела.

И вдруг улыбнулась.

Не хитро.

Гордо.

— Хорошо.

Клэр замерла.

— Всё?

— Всё.

— Вы не будете требовать долю?

— Нет.

— Деньги?

— Нет.

— Условия?

— Нет.

Клэр прищурилась.

— Что вы задумали?

— Ничего.

— Не верю.

Элеонора вздохнула.

— Я просто хочу, чтобы первый проект, который ты полностью оплачиваешь сама, был твоим.

Клэр замолчала.

Мэгги тоже.

Майкл опустил взгляд.

Натан смотрел на Клэр.

— Элеонора.

— Что?

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Клэр подошла.

Наклонилась.

Обняла.

Элеонора не сопротивлялась.

Совсем.

— Только недолго.

— Почему?

— Душно.

— Врёте.

— Немного.

---

Вечером приехал Грант.

На этот раз с лимонным пирогом.

Без повода.

Элеонора увидела коробку.

— Опять?

— Ты съела половину в прошлый раз.

— Это клевета.

Мэгги из кухни крикнула:

— Я ВИДЕЛА!

— Тебя никто не спрашивал.

Грант рассмеялся.

— Я останусь на ужин?

Элеонора посмотрела.

— Если хочешь.

— Хочу.

Вот так.

Просто.

И Клэр поняла: эта арка почти закрыта.

Не идеально.

Не сказочно.

Грант не превратился в другого человека.

Элеонора не забыла семь лет молчания.

Но они научились быть матерью и сыном без финансового контроля.