— У меня плохое предчувствие… Где же твой кавалер? — раздался знакомый голос из темноты, и я вздрогнула, неверяще обернувшись.

Он скрывался в тени и не спешил появляться на свет даже сейчас, хотя уже выдал себя.

— Господин Вида… Доброго вечера, — вежливо ответила я. — Мой кавалер сейчас работает, помогает своей большой семье.

— И есть ли у твоего кавалера имя?

— Гектор, — ответила я немедля. Вообще-то он уже знал это имя. Гектором назвала моего несуществующего кавалера Церис, когда бастард её бывшего лорда поинтересовался этим в первый раз.

— Значит, ты не пройдёшь с ним сегодня под горящей аркой?

— Я могу вам чем-то помочь, господин Вида? — вежливо спросила я, думая про себя о том, что прошло, наверное, три минуты.

— Ты избегала меня всё это время. И мне это не нравится. Каждый в городе знает, кто я, но ты не хочешь искать лёгких путей и помощи, которую я могу предложить. Это выводит меня из себя, ты даже не представляешь, насколько.

Возможно, сэр Гектор прав? Может, магия каэри и правда отравляет мужчин? Почему они не могут отказать себе, почувствовав магию однажды, почему стремятся подчинить каэри?

— Прошу прощения, если я неосознанно оскорбила вас, господин Вида, — постаралась спокойно ответить я. — У меня не было такого желания. Я не знала о вашем прибытии, поскольку у меня много заказов, и мы работаем без остановки.

Не стоит злить его ещё больше — с каждым его приездом Церис волновалась всё сильнее.

— Ты же не маг, каэри? Я имею ввиду дополнительную магию, не энергию каэри. — В отличие от Эмерика, который только пытался изображать мужественность перед Фифи, в голосе господина Вида действительно сквозила опасность. И сила. Власть, пусть даже он был бастардом.

— Я не каэри. И тем более не маг. — Я не решалась поднимать глаза, отсчитывая время про себя.

Прохожие посматривали на нас с любопытством, включая нескольких городских стражников, но стоило им увидеть, с кем я разговариваю, как они тут же отводили глаза.

— Жаль, — произнёс он. — Каэри-маги очень редки. Они могут использовать и увеличивать собственную магию… но только при близости с другим магом. Твой Гектор никогда не сможет тебе этого дать.

Если бы он знал, насколько иронично это звучало.

Сэр Гектор наверняка являлся магом куда более сильным, чем мой собеседник, но он и понятия не имел, что близость с ним может помочь моей магии.

Как это вообще работает? Почему никто не рассказал мне об этом раньше, и правда ли это вообще?

Ответ мог быть простым — всё потому, что кроме сэра Гектора никто не знал о моей силе. А сам сэр Гектор почти ничего не знал о каэри, так как никогда не планировал заводить себе подобную спутницу.

— Откуда вы знаете об этом? — спросила я осторожно.

Глаза мужчины блеснули в темноте, и я мгновенно поняла, что совершила ошибку. Не стоило показывать своего интереса.

— Что-то происходит в городе и за его стенами, — наконец произнёс он. — Я заберу тебя сейчас же, Сабин. Отец уже в курсе, он вывел свою семью и отправил людей к Церис.

От его слов я замерла, буквально врастая в землю и с ужасом оглядывая продолжающийся вокруг праздник. Сотни людей — пьяные, счастливые, яркие. Цветастые юбки двигались в такт музыке и ритму, лавочники громко зазывали прохожих, пытаясь перекричать друг друга.

— О чём вы? — я не верила, что Ворнок можно захватить. Огромные стены защищали нас от других родов, претендующих на эти земли, а лорд ди Видарис сотрудничал с самим королём… — Что происходит? На город нападут?

Десять минут наверняка уже прошли, нужно было срочно предупредить Фифи.

— Фифи! — крикнула я, порываясь броситься в переулок, но мужчина не мешкал. Он крепко схватил меня за локоть поверх платья и потащил за собой. — Нет, пустите! Я должна её предупредить!

Он ничего не объяснял, не говорил ни слова, продолжая молча тащить меня, пока я отчаянно надрывалась, выкрикивая имя Фифи. Она не могла не услышать этот дикий ор, ведь на меня пялились совершенно все.

Никто не встал на пути у этого человека. Несколько стражников сделали шаг вперёд, но, разглядев, кто перед ними, тут же отступили. Аластара Вида боялись, а может, просто не желали связываться с ним, зная, что он старший сын их лорда.

В какой-то момент, устав бороться, он просто закинул меня на плечо, а когда я принялась брыкаться, перехватил оба моих запястья одной рукой. И сделал глубокий, неверящий вдох, сразу же почувствовав мою магию.

Он не удивился — он никогда не верил в легенду, которую придумали мы с Церис. Шокированными выглядели лишь прохожие, не понимавшие, как можно так обращаться с горожанкой, но, замечая бездействие стражи, они тоже успокаивались. Наверняка убеждали себя, что это просто очередная парочка влюблённых бурно ругается.

Мы покидали город неизвестными мне дорогами — скорее всего, открытыми только для дворян и богатейших жителей. И по царившему здесь оживлению я понимала, что господин Вида не соврал.

В городе действительно что-то происходило.

Тени хаотично метались, мимо проезжали целые караваны, нагруженные доверху — знать не желала покидать дома без нажитого добра. Я слышала капризные голоса женщин и недовольный ропот мужчин, наверное жаловавшихся на неудобства и спешку. С ними отправлялась даже личная стража, которая так пригодилась бы сейчас в самом городе.

И всё это происходило в то время, как обычные люди праздновали, кружась в серебре лунного света, даже не подозревая, что творится под самым их носом.

— Пустите! Церис! Фифи! — страх за себя отошёл на второй план. Я думала о том, что Церис сейчас в опасности, а Фифи и вовсе ничего не знает. Я обязана была их предупредить, ведь они буквально спасли мою жизнь.

— Я не отпущу тебя, Сабин, запомни это. Ты совершила ошибку, когда села со мной в одну телегу, и ещё большую — когда отказала мне. Но я не обижу тебя, не переживай, ты будешь счастлива. Теперь я понимаю, о чём твердил отец.

Я очень сомневалась, что он действительно понимал. Его отец прожил с каэри десятки лет, а после отпустил её, подарив своё дело и богатый дом, а этот человек видел меня лишь третий раз.

— Неужто вы не дадите мне сказать им?!

— Я уже сказал, отец отправил людей за Церис, — почти добродушно пояснил мужчина, усаживая меня перед собой на лошадь. Я тут же попыталась соскользнуть на землю, но он крепко прижал меня к себе, буквально сдавливая грудную клетку мощной рукой. — Не сопротивляйся.

— Разве вы не должны помогать с защитой города? Вы же маг!

— И я вернусь, когда ты будешь в безопасности. Там, где тебе и место, — спокойно ответил он, сразу же посылая коня в галоп.

***

Церис рассказывала мне, что на востоке маги Дорнесса прячут своих каэри в башнях, иногда даже запрещая им выходить наружу. Но я не принадлежала здесь никому. Впервые в своей жизни я чувствовала себя полностью, по-настоящему свободной, и никто не смел определять моё будущее.

Поэтому, увидев впереди то, что он называл поместьем, я криво и зло усмехнулась. Крохотная крепость, окружённая небольшой деревней…. Несмотря на размер, это всё же крепость, с единственной башней, возвышающейся над нами словно тёмный судья.

— Я не принадлежу вам, — бросила я со злостью. — Вы не можете просто похитить меня.

— Правда? — моё негодование его почти не беспокоило. — На тебе ошейник каэри из Альмерэ, а значит, ты беглая. Я никогда не встречал беглых каэри. Трудно представить, что кто-то предпочтёт жизнь на разрываемых войнами землях сытости этой крепости. Но, может, твой хозяин был жесток. Я не буду таким.

Волнение за Церис, Фифи и остальных ткачих смешивалось с ненавистью от того, что я вновь оказалась в тех же условиях, от которых бежала. Только теперь всё было хуже, потому что с этим мужчиной невозможно договориться, а в Дорнессе к каэри относились слишком странно и жестоко.

— Но я не принадлежу вам.

— Не будь глупышкой, Сабин. Если тебя найдут остальные, то продадут в запрещённые бордели, где люди будут платить состояние за одну ночь с тобой. Или же для тебя найдут покупателя, самого богатого, но не обязательно лучшего. В лучшем случае о тебе узнает Его Величество, но и тогда участь твоя одна.