Я был не тем, кого она описывала, и я не планировал говорить ей, что ее страхи и переживания были реальными. Хотя тот парнишка, за которым мы проследили днем ранее, не был тем мужчиной, который прикасался к ней во внутреннем дворике, я был уверен, что он остался на острове, наблюдая за нами и выжидая удобного случая. Возможно, я все это выдумал, но мой инстинкт никогда меня не подводил.

Этот человек, скорее всего, не был настоящим игроком, просто кому-то заплатили за то, чтобы он собрал как можно больше информации о Зои. Чего я не понимал, так это почему ее не похитили в Нью-Йорке, если изначально было так задумано. Было слишком много вещей, которых я не понимал, и это раздражало и злило меня.

Я стоял на веранде и пил третью чашку кофе, чувствуя, что нервы у меня на пределе еще сильнее, чем раньше. Я позволил ей немного поплавать на пляже, так как телефонное приложение моей системы безопасности легко предупредило бы меня о том, что кто-то находится в непосредственной близости к дому. Учитывая, что обе стороны участка были покрыты лесом, дом не был виден с дороги, а в радиусе нескольких миль находилось очень мало домов, случайных посетителей здесь никогда не было. Если я был прав, и кто-то на острове, разыскивал нас, то, если только я не потерял свою наблюдательность, за нами не могли проследить до самого дома.

И все же я был на взводе, настолько, что готов был запереть Зои в комнате. Я провел языком по губам, все еще ощущая ее вкус, даже по прошествии нескольких часов. Всего за несколько часов она кардинально изменилась и больше не сопротивлялась моим приказам. Она даже высказала свои соображения относительно списков возможных врагов, которые я подготовил. Я был удивлен, что у нее появились хорошие идеи, в том числе проверить нашу внутреннюю систему электронной почты на предмет утечек.

Я разработал быструю и простую программу для сканирования нашей защищенной системы. Хотя это могло занять некоторое время, при наличии подключения к Интернету я мог узнать больше, чем надеялся, за несколько часов. Я взглянул на небо, где сгущались тучи, создавая зловещую атмосферу.

Еще одно неприятное чувство скрутило мой желудок, и я попятился в дом, направляясь на кухню в поисках метеоприемника (прим. спец. радио транслирующее погодные новости), который купил после первого погодного катаклизма, который я пережил здесь много лет назад. После того, как я обыскал шкафы и, наконец, нашел его, мне пришлось продолжить поиски из-за батареек.

К тому времени, как я их нашел, прошло уже десять ебучих минут, и этого было достаточно, чтобы я чуть не уронил их от злости на себя. Я выглянул в кухонное окно, не в силах разглядеть Зои с того места, где стоял. С радио в руке я направился обратно в гостиную, сразу же выйдя на террасу. Пытаясь найти близкую к нам радиостанцию, где слышался треск приема, я обыскал пляж, уже готовый бросить все и отправиться на ее поиски, когда заметил, что она стоит справа.

Она стояла в полосе прибоя, прикрыв глаза рукой, как будто что-то искала. Я вздохнул с облегчением, поскольку мог держать ее в поле зрения, и в тот момент, когда услышал голос, французский акцент был тем, чего я и ожидал.

Сразу же связь стала прекрасной, когда репортер упомянул что-то об отмене нескольких мероприятий, что заставило меня прислушаться внимательнее. Не потребовалось много времени, чтобы понять причину отмены.

Быстро надвигался тропический шторм. Если репортеры правы, то он начнется поздно вечером следующего дня. У меня не было намерений застрять здесь из-за него. Меньше всего мне хотелось надолго задержаться на острове.

— Блядь.

Теперь я должен решить, в наших ли интересах возвращаться обратно. Если целью была Зои, то возвращение в Новый Орлеан могло означать, что опасность вернется в наш родной город. Прежде чем я успел принять какое-либо решение, зазвонил мой телефон. Я вытащил его из кармана и бросил еще один взгляд в сторону пляжа. Теперь она сидела в полосе прибоя. Хотя на воде, казалось, не было никаких признаков надвигающейся непогоды, мои нервы были на пределе, а беспокойство лишь росло.

Мне совсем не нравилась эта опасная ситуация. Как будто нас настигла моя карма.

— Тони. Что ты нашел на Зои в Нью-Йорке? Есть что-нибудь на того парня, Марчиано? — я отправил ему сообщение с информацией, но не смог ничего найти о нем с помощью компьютера.

— Во-первых, был один неизвестный номер телефона, с которого ей звонили, он не членов семьи или немногочисленных друзей, которые были у нее в городе, — ответил он.

— Ты отследил номер, который нашел?

— Одноразовый телефон.

Я сжал свой айфон. Хотел перебросить Зои через колено за то, что она ничего никому не сказала. Ее стремление к независимости подвергло ее жизнь серьезной опасности.

— А что насчет того парня, Марчиано?

— Ты никогда не слышала этого имени? — спросил мой солдат, словно удивленный, что я его не знал.

— Ближе к делу, приятель. Я не в настроении заниматься этой хренью.

— Не волнуйся. Оно прозвучало знакомо по тем временам, когда я жил в Нью-Йорке. Но в итоге я связался с несколькими своими приятелями, которые хорошо разбираются в этой теме. Ты понимаешь, что я имею в виду.

Раньше он был рядовым солдатом в русской братве в Нью-Йорке и переехал в Новый Орлеан, чтобы ухаживать за своей умирающей матерью. После ее смерти он остался там, решив, что климат более соответствует его итальянской натуре. По крайней мере, так он мне сказал. Несмотря на то, что этот человек чертовски раздражал меня, он был хорош в определенных вещах, в том числе в своей базе знаний почти обо всех синдикатах в Нью-Йорке. Эти знания пригодились много лет назад, когда мы помешали армянской банде вторгнуться на нашу территорию.

— Это значит, что ты что-то нашел.

— Тебе это не понравится.

Его голос звучал как-то отстраненно, и когда я не услышал его ответа в течение нескольких секунд, я отдернул телефон от лица, заметив, что связь стала ужасной. Я вошел в дом, направляясь к интернет-центру.

— Ты меня слышишь? — спросил Тони, его голос стал отчетливее.

— Связь отвратительна. Надвигается шторм. Кто этот парень?

— Не знаю, кого, по-твоему, ты видел, но это был не Лукас Марчиано, если только это не являлось чистым совпадением.

— Что это значит?

Треск на другом конце провода стал слишком громким.

— Это значит, что этот парень… инфорсер для…

— Что ты сказал? — не было слышно ничего, кроме постоянных щелчков, и то немногое, что я мог расслышать, он произносил по слогам. — Тони. Перезвони мне. Связь пропадает. — Я нажал отбой, бросил телефон на столик, подошел к перилам и хлопнул ладонями по деревянной поверхности.

Что, черт возьми, он пытался мне сказать? Инфорсер? Для кого? Хотя было возможно, что парень мог симулировать свое опьянение, напуская на себя запах алкоголя, но я видел его налитые кровью глаза, его дешевый костюм. Конечно, даже это могло быть подделкой, но мужчине было по меньшей мере шестьдесят. Я не знал ни одного силовика, который бы продолжал работать в таком почтенном возрасте.

Замечание Лэндри о том, что многие мужчины не доживают до сорока пяти лет, всплыло у меня в голове. Я окинул взглядом океан и заметил, что Зои плавает на мелководье. Когда я снова взглянул на небо, мне не понравилось то, что я увидел. За то короткое время, что я разговаривал по телефону, облака значительно потемнели. Это должно было означать, что надвигается шквальный ветер.

Через несколько секунд я услышал ее крик. Я помчался вниз по лестнице, перепрыгивая через толстую каменную стену на песок пятнадцатью футами ниже. Она изо всех сил пыталась добраться до берега, но я не мог понять, что ее удерживало. Сильное течение? Вода бурлила сильнее, чем должна была.

Затем я услышал шум и напрягся.

Какого хуя? К берегу приближался быстроходный катер. Я выхватил оружие и продолжил бежать к берегу. К тому времени, как я достиг кромки воды, Зои уже встала на ноги и направлялась ко мне.