— Нет, — брат мотнул головой, оглядывая комнату. — Давненько я у тебя не бывал.

— Да, мы не виделись… — я попытался прикинуть, сколько именно, но учитывая мое возвращение в прошлое, это было очень сложно.

— Год, два месяца и четырнадцать дней, — вновь ухмыльнулся Варис.

— Ты даже такое считаешь?

— Именно столько я был вдали от дома, и на самом деле это очень грустно. Когда отец посылал меня на уединенную тренировку, я не думал, что она настолько затянется. Но оно того определенно стоило! — и с этими словами он продемонстрировал мне свой массивный бицепс, который выпирал даже сквозь ханьфу. — Видишь?

— Вижу-вижу. Ты стал ещё больше.

— Ну нравятся мне большие мышцы, — шутливо-обиженно бросил он мне. — Да и девушки такое любят, я тебе точно говорю!

В мире практиков большая мускулатура вовсе не означает большую силу, важно качество этих мышц и сила сосуда Эссенции, и к качкам зачастую относятся с пренебрежением, потому что обычно это демонстрация того, что тебе не хватает мастерства Эссенции и талантов, чтобы сделать свое тело сильным и без этого. Но мой брат исключение. Его талант признавали все, но тем не менее ему по какой-то причине хотелось иметь большое и раскаченное тело.

Видимо, кому-то не надо было давать смотреть боевики, снятые жителями внешнего мира. Мой брат ведь до сих пор их фанат, и была бы возможность, свою комнату постерами обклеил бы, но положение обязывает показывать иную картину окружающим.

Варис прошелся по моей гостиной, вежливо оглядел всякую мелочь, что стояла на полках, после чего резко развернулся и сказал:

— Вот знаешь, что самое обидное в моем долгом отсутствии?

— Что?

— Что мой любимый младший братец наконец прорвался! Сломал свои барьеры и даже поучаствовал в ученическом турнире! Да ещё и победил!

— Там была ничья, — осторожно поправил я его.

Он на это лишь отмахнулся.

— Это всё ерунда. Ты столько лет не мог сформировать сосуд, а затем раз, и уже сражаешься на арене с одними из лучших учеников не только нашей секты, но и других! Сам факт, что ты не вылетел в первом же матче, наполняет мое сердце гордостью! Вот она, сила юности!

— Ты только не расплачься, — улыбаясь, ответил я.

— Ой? Нет? Не надо? — брат слегка раздосадованно вытер проступившую скупую мужскую слезу. Тоже мне актёр, но забавно наблюдать за ним. — И обидно, что я не мог лицезреть это собственными глазами!

— Раз ты вернулся, то полагаю, что подобная возможность у тебя ещё будет.

— Нет, это уже будет не то, — раздосадованно махнул он рукой.

Мне оставалось лишь вздохнуть. Варис всегда был таким, излишне эмоциональным и очень любящим своего младшего брата, то есть меня. Можно даже сказать, что он заменил мне отца, ведь отец, бог секты, не так уж часто мог выполнять роль родителя, слишком много на нём обязанностей и ответственности. И Варис — одна из тех причин, почему я тут, в прошлом, так отчаянно борюсь за то, чтобы стать сильнее и не позволить уничтожить свой дом секте Безумного тысячелетнего дракона.

— В таком случае… может, спарринг? — все же не удержался я от этого предложения.

— Со мной? — удивился Варис, округлив глаза.

— А тут есть кто-то ещё?

— Уверен? Я же намного сильнее тебя, — слегка оживился братец. — Ты можешь пораниться, ведь я не привык сдерживаться.

— Не волнуйся, я крепче, чем кажусь, — с вызовом посмотрел я на него.

— Да-а-а-а… наслышан. Говорят, ты потерял сознание, но не упал.

— Тоже слышал, но увы, в тот момент отсутствовал.

Мы рассмеялись над этой шуткой, после чего он после небольшой паузы все же кивнул.

— Хорошо, если ты хочешь спарринг — будет тебе спарринг. Буду сдерживаться как могу.

Хотелось сказать, что сдерживаться не нужно, но это было бессмысленно. Одолеть Вариса, сражающегося в полную силу, у меня так и так не выйдет. Он, действительно, талант и гений, который в четырнадцать лет создал сосуд Эссенции, а его сила сейчас где-то на уровне Преображения.

— Мне просто хочется посмотреть, насколько велика пропасть между нами, — не удержался я, — и как далеко надо прыгнуть, чтобы её преодолеть.

— Как хочешь, но потом не говори, что я тебя не предупреждал.

Личная тренировочная зона Вариса оказалась довольно просторной. Мне как-то не доводилось бывать тут раньше, но надо признать, выглядела она, действительно, неплохо, под стать его статусу наследника секты.

Многое тут выглядело потрепанным, особенно пол из камня тысячи закалок, который считается невероятно прочным, но даже на нем я мог заметить потертости и едва заметные трещины. Все это говорит о том, что Варис проводит много времени в этом месте и проявил невиданное упорство.

— Ты ведь тут впервые? — спросил брат.

— Да, — кивнул ему.

— Как-то неудобно даже. Мне почему-то казалось, что тебе будет тут скучно, но смотря, с каким интересом ты тут всё разглядываешь, понимаю, что зря. Надо было раньше тебя сюда затащить.

Я усмехнулся, прогуливаясь по этому просторному помещению, и остановился перед крайне побитым, но все ещё достаточно прочным манекеном, на голове которого была нарисована очень забавная рожица.

— Это Марлин, — представил мне его Варис. — Мой верный друг по тренировкам.

— Смотрю, твой друг уже малость подустал от тренировок, — я указал на сильную трещину в одной из рук.

— Да-а-а-а… Но я к нему так привык, что жаль расставаться. Ладно, пойдем!

Варис прошел в центр, запустил руку в пространственное кольцо и вытащил посох в свой рост. Крутанул его в руках и закинул себе на плечо.

— Почему не копье? — спросил я, зная, что брат обычно предпочитает его.

— Так мне спокойнее будет, — ответил тот. — Ты можешь взять боевое оружие, я не возражаю. Заодно проверишь крепость моей закалки, — ткнул брат большим пальцем себя в грудь.

— Даже такое? — уточнил я, доставая резец Веранга и превращая его в ледяной меч. Варис при этом удивленно вскинул бровь, видимо, не представляя, что я уже настолько неплохо обращаюсь со стихией, а затем довольно ухмыльнулся.

— Давай, так даже интереснее.

Первые движения брата были осторожными, он будто бы примерялся к моему стилю боя и не торопился нападать. Даже посох в его руках двигался будто бы лениво, но я прекрасно знаю, насколько Варис силен и быстр, если нужно, так что не обманывался этой неторопливостью. В любой момент брат мог ускориться так, что любое промедление может обернуться для меня концом схватки.

Первый удар он нанес все с той же неторопливостью, и мне не составило труда пропустить его мимо своего плеча. Брат повторил выпад, потом ещё раз, при этом очень внимательно наблюдал за тем, как я двигаюсь, куда смещаюсь и как переношу вес, а вот клинок в моих руках его будто бы и не интересовал совсем.

И все же в его взгляде было некоторое недовольство и странность. Первые несколько мгновений я никак не мог понять, почему, но потом меня осенило: ведь я двигаюсь не техникой нашей секты, а скорее, так как привык в Нараке. Техник в нашей секте на самом деле несколько, но зная моего брата и его воинственную натуру, могу с уверенностью сказать, что он испробовал все и не спишет мои движения на то, что просто не знает такую технику. На это обращала внимание и Лейра, но думала, это потому, что мной никто не занимался, но вот брат слишком хорошо меня знает.

— Все никак не могу понять, что это за стиль у тебя такой, — озвучил он наконец свои мысли.

— Собственный, — ответил я ему. — Сам знаешь, мной практически не занимались с момента, как я был признан пустышкой, вот и приходилось заниматься самообразованием, совмещать стиль секты со своим и с тем, что подходило мне больше.

Брат не ответил, лишь одобрительно хмыкнул, ускорил движения и заодно добавил силы ударам. Я блокировал их с помощью ледяного клинка, но каждый удар неприятно отдавался дрожью в руках. Разрыв в уровнях никуда не делся. Преображение есть Преображение, и на чистой силе он размазал бы меня по полу за пару секунд, но Варис сдерживался и позволял мне подстроиться под ускорившийся темп.