Ледяной покров на его спине оказался настолько плотным, что я не смог отбить его мечом. Клинок просто отскочил, заставив меня тихо выругаться. Но подобная броня не может быть полной, это я понял ещё во время разделки волков. Увернулся от ответного удара лапой, который оказался даже быстрее, чем я мог подумать. Собственно, второй мой удар и пришелся на лапу. Целил точно в сочленение, и расчет оправдался. Клинок отсек одну из лап, и паук с писком дернулся назад.

Тут я его и подловил, используя Ледяные пики. Копья изо льда выросли прямо под ним, но броню полноценно не пробили, лишь подбросили в воздух. И этим я и воспользовался. Пользуясь Стихийной боевой медитацией и Взором небожителя, я без труда увидел уязвимые точки в его броне, ударил туда мечом и при этом вдоволь влил стихии, буквально выращивая ледяные кристаллы у него в брюхе.

Паук упал на спину и задергался в предсмертных конвульсиях, а я был вынужден резко уйти перекатом в сторону, потому что меня атаковал другой паук. Причем спрыгнул он сверху, прямо с одной из сосен.

Отскочив, я прямо во время движения сформировал несколько ледяных копий и бросил их в паука. Те столкнулись с ледяной броней монстра, но та держалась. Видимо, они использовали гораздо более чистую стихию, чем моя, и это также значит, что мне ещё многому предстоит научиться.

Но тем не менее сказать, что удары совсем не работали, было бы ложью. По ледяной корке брони шли трещины, а значит, ещё парочка сильных ударов, и вполне возможно, что смогу расколоть его панцирь и без выискивания слабых мест.

Паук бросился ко мне, а я крикнул Мей-Мей.

— Мей-Мей, поменяй трупака местами с другим!

Девушка смогла все же побороть неприязнь к тварям и воспользовалась своей силой. Раз, и на месте убитого только что паука оказался другой.

— Значит, вы крепкие ребята, — осклабился я и влил в резец стихию. — А что скажете на это? Ледяной прорыв!

И я ударил той самой неоформленной техникой резца, которой в свое время серьезно ранил Чжу. Мощная волна льда сорвалась с моего клинка и ударила сразу по двум паукам. И несмотря на всю их крепость, сила удара была такой, что не оставила им и шанса.

Оставался последний.

— Александр! — крикнул мне Себастиан, к которому как раз подбирался последний из доставучих насекомых.

Он, видимо, чуял кровь и очень хотел добраться до Синтии. Брат девушки использовал земляную технику, и прямо под пауком резко выросла толстая каменная колонна. Она его не убила, но отправила в полет, прямо ко мне.

Я только этого и ждал, ударил в уязвимую часть брюха ещё в воздухе. И этот теперь мертв.

Вместе с гибелью последнего арахнида я почувствовал, как изменилась атмосфера этого места. Стихия потеряла стабильность и стала более хаотичной, что, в свою очередь, привело к тому, что нити паутины стали рассыпаться. Похоже, что это в некотором роде была звериная техника.

— Вы как, в порядке? — спросил я, возвращаясь к товарищам.

— Да. Проклятье, Александр, ты прикончил всех четырех ледяных пауков единолично, а ведь они считаются очень опасными монстрами, — похвалил меня Себастиан.

— А ещё ценными, — осторожно добавила Мей-Мей. — Но разделывать их я не стану, не просите.

— Я ими займусь. Раз уж Александр их убил единолично, а сестра ранена, то в этот раз трофеи на мне.

Пока Себастиан занимался разделкой пауков, я решил осмотреть раны Синтии. Тем более что какой-никакой опыт в лекарском ремесле, благодаря прочитанным в библиотеке книгам, у меня всё-таки имеется. Она сидела на снегу, прислонившись спиной к стволу сосны, и разглядывала собственные руки.

— Как руки? — поинтересовался я, присаживаясь рядом.

Девушка бросила на меня слегка робкий взгляд, а затем печально посмотрела на собственные пальцы и попробовала ими пошевелить. Выходило скверно, не похоже, что она способна сейчас взять копье. А это значит, что мы лишились одного неплохого бойца.

— Так себе, — стараясь держаться бодро, ответила девушка.

— Наверное, это покажется странным, но я немного понимаю в целительстве. Дашь взглянуть?

Она мгновение поколебалась, но позволила это сделать. Благодаря пилюле и зельям раны уже выглядели не так страшно, но до полного исцеления ещё, конечно, далеко. Лезть к ней с серьезной техникой я не собирался. Толком лечить рассечения такой глубины я не умею, и не собирался врать ни ей, ни себе. Тут все же надо иметь больше практики. Зато я могу сделать то, что в пещере с Шией делал не один раз: попробовать направить её собственную духовную энергию на стабилизацию и ускорение заживления, а заодно почистить чужую стихию. Даже сейчас я ощущал, что в ране она есть, немного, но она значительно снижает эффективность естественного заживления.

Я полез в кольцо и достал пилюли. Те самые, из хладнокровника с морознопрятом, что я варил в пещере, когда Шиа лежала рядом без сознания. Они должны значительно усилить эффект, тем более стихия, мешающая девушке, родственна той, что находится в пилюлях.

— Прими две, — протянул я их Синтии. — Они должны снять онемение в пальцах.

— Поможешь принять? — немного смущаясь, спросила она.

— Да, — кивнул и осторожно положил ей в рот вначале одну, затем вторую. Девушка прожевала их и проглотила. — А теперь дай руку, хочу кое-что попробовать сделать. Может быть немного холодно.

— Не страшно, — покачала она головой и протянула левую руку.

Ледяная стихия потекла из моих ладоней, перетекая в рану, но я старался делать это мягко, так, чтобы не навредить девушке. Я без труда обнаружил остатки стихийного яда и первым делом поглотил его, дальше переключился на сами раны. Постарался снять отек, ускорить кровообращение и воздействовал на поток уже её Эссенции.

— Теперь вторую.

Синтия безропотно протянула руку, и я повторил процедуру. Причем когда я закончил и посмотрел на девушку, то увидел, что та очень часто дышит и стала какой-то слишком уж раскрасневшейся.

— У тебя жар? — я даже протянул руку, чтобы коснуться её лба, но девушка не позволила.

— Нет, всё в порядке, — остановила она меня. — И… — Синтия замерла, прислушавшись к ощущениям, — мне и правда гораздо лучше. Не думаю, что прямо сейчас я могу сражаться, но как минимум теперь могу сжать пальцы в кулак без адской боли. Спасибо.

Последнее она произнесла очень искренне, еще и тепло улыбнувшись мне. Тут я даже невольно отвел взгляд. Меня все-таки редко так благодарят.

— Да кто ты такой, Александр Кейр, — хмыкнула Мей-Мей, наблюдавшая за этой картиной. — Ледяной практик, сильный воин, целитель, а ещё, смотря на её порозовевшие щечки, ловелас.

— Мей-Мей! — сердито рыкнула на неё Синтия.

Подруга в ответ подняла руки в примирительном жесте.

— Я это я, — усмехнувшись, ответил ей.

— Просто интересно, какие ещё секреты ты скрываешь…

Но на этом разговор и завершился, потому что вернулся Себастиан, закончивший с пауками.

— Предлагаю на этом закончить на сегодня, — решил он. — Возвращение займет пару часов, как раз мы вернемся к закату. Если Синтии станет лучше, то продолжим поход утром.

Никто не возражал, тем более что мы в каком-то смысле даже перевыполнили план. Себастиан думал повернуть назад ещё полчаса назад, до схватки с пауками, но Мей-Мей настояла, что нам нужно пройти ещё немного.

Вернулись мы аккурат к закату, и дальше каждый из нас занялся своими делами. Кто разводил костер, кто занялся готовкой, кто чистил снаряжения. Синтия, несмотря на раны, тоже принимала участие, но было видно, что ей сложные вещи даются с некоторой тяжестью.

Ну а когда поужинали, то Мей-Мей разлила нам чего-то своего. Понятия не имею, что это была за бурда, но крепкая, зато все очень быстро повеселели, и разговоры стали совсем непринужденными. Мы болтали о какой-то разной ерунде, Себастиан делился историями о прошлых соревнованиях по паркуру, который оказался на удивление очень популярным среди практиков, и других заданиях, на которых бывала их троица.