Она закрыла глаза, и слёзы потекли по её щекам.

– Но тогда… почему ты ушёл? В больнице. Пять лет назад… Ты просто исчез.

Я глубоко вздохнул. Я знал, что рано или поздно мне придётся ответить.

– Я ушёл, потому что хотел дать тебе свободу. Твой отец сказал мне тогда, что ты слишком молода, что тебе нужно жить своей жизнью, учиться, строить будущее. Он сказал, что я мешаю тебе. И я… я поверил ему.

Она молчала, глядя на меня.

– Я хотел, чтобы ты была счастлива, – продолжил я. – Даже если это счастье было без меня.

Она покачала головой.

– Но я никогда не была счастлива без тебя. Ты был единственным, кто…

Она замолчала, и я почувствовал, как в груди что-то сжимается. Я не мог больше молчать. Я должен был расспросить её обо всем.

– Инга, – начал я, и мой голос стал серьёзным. – Я должен спросить тебя кое о чём.

Она посмотрела на меня с беспокойством.

– Да?

– Помнишь, что ты говорила мне тогда, пять лет назад? О своей маме. О том, как она заставляла тебя быть идеальной, как ты боялась её. О том, что она наругает тебя, если ты вернёшься домой.

Она замерла, и её тело напряглось под моими руками.

– Твой отец сказал мне правду в тот день, – сказал я, глядя ей прямо в глаза. – Он сказал, что твоя мама умерла, когда тебе было пятнадцать. Что её давно нет в живых. Я хотел поговорить с тобой об этом, но ты была так сломлена, что я не смог…

Взгляд Инги стал отстраненным. Она будто ушла в себя.

– Это правда… Моя мама умерла. Но иногда… иногда она приходила ко мне. Особенно когда я оказывалась в трудной ситуации, когда мне было страшно или очень больно. Она приходила ко мне как живая. Как будто она никогда не покидала меня.

Я смотрел на неё, чувствуя, как холод пробегает по спине.

– Я знаю, это звучит безумно, – продолжила она. – Но я вижу её иногда. Я слышу её голос. Она говорит мне, что я делаю неправильно, что я должна быть сильнее, что я должна делать правильный выбор. Я знаю, что её нет, но она всё равно здесь. Во мне.

Я не знал, что сказать. Я просто стоял, держа её, боясь отпустить.

– Я просто… я не знала, как сказать тебе правду. Как объяснить, что я иногда вижу свою мёртвую мать.

Я притянул её ближе, обнимая так крепко, как только мог.

– Тебе не нужно ничего объяснять. Я принимаю тебя любой.

Она уткнулась лицом в мою грудь и заплакала. Слёзы смешались с водой из душа, и я держал её, чувствуя, как её тело постепенно расслабляется.

– Я люблю тебя, – повторил я. – И я не позволю никому причинить тебе боль. Никогда.

– Я тоже люблю тебя, – прошептала она.

28

28

ИНГА

Алессандро взглянул на мои припухшие губы с широкой улыбкой на своём идеальном лице. Одна его рука обвивала нижнюю часть моей талии, большая ладонь лежала на пояснице. Изгиб моей спины прижимал наши груди друг к другу.

Наши нижние части тела прижимались друг к другу. Моя промежность к его чрезвычайно толстому и большому члену. Я вздрогнула.

Его идеальные пухлые губы быстро двигались по моим, жар собирался у меня внизу, отчего мои ноги ослабевали. Я крепче сжала ноги вокруг его талии, двигая бёдрами.

– Детка, детка, – выдохнул он с лёгкой усмешкой. – Помедленнее, я не хочу торопить тебя.

Я надулась, продолжая небольшое трение между нами. Пришлось сжать губы, когда его толстая длина скользнула между моими влажными складками, пока мои бёдра медленно двигались против его.

Алессандро откинул голову назад, стоня, его рука на моей пояснице сжала изгиб моей талии. Я приблизила голову к его шее, приоткрыв губы и проводя языком по его выступающим венам, пока не нашла пульс на его шее.

– Детка... Я не хочу – чёрт... торопить тебя, – выдохнул он, когда я сильно засосала его пульс, оставляя розовые следы на его шее.

Я улыбнулась, целуя эти отметины, покрывающие его загорелую влажную кожу. Я отстранилась, проведя рукой по своим мокрым волосам.

– Я готова сделать это, Сандро. Я хочу этого.

Он посмотрел на меня с приоткрытыми, мягкими губами. Его брови были нахмурены в недоумении, он держал руку на моей спине, успокаивающе поглаживая кожу.

– Я не хочу, чтобы ты думала, что должна это делать. Я бы никогда не заставил тебя делать то, чего ты не хочешь.

– Я делаю это, потому что люблю тебя. И доверяю тебе. И я хочу этого, – тихо ответила я.

Он замер, затем его губы изогнулись в маленькой, яркой улыбке.

– Значит, всё-таки любишь меня?

Я улыбнулась и кивнула.

– Да.

– Ты уверена, что хочешь этого сейчас, детка?

Я снова кивнула, снова чмокнув его в соблазнительные губы. Было приятно снова целовать его свободно.

– Да, Алессандро.

Я мягко поцеловала его, когда он прижал наши тела друг к другу, проводя своим толстым внушительным членом между моими влажными, липкими складками. Он застонал мне в рот, начиная двигаться быстрее, и интимный жар между нами разгорелся в бушующее пламя страсти. Я стонала и всхлипывала, пока он целовал меня лёгкими поцелуями в ложбинке груди.

Он взял мой сосок в рот, заставляя меня выдохнуть, когда я откинула голову на запотевшее стекло душа, схватившись за его плечо, чтобы удержать равновесие. Он кусал затвердевшую кожу, посасывая и обводя языком чувствительную точку. Мои ноги слабели, и ещё больше влаги стекало из моего центра.

– Сандро... – выдохнула я, выгибая спину в его тёплые объятия. Он застонал, обхватив мою талию руками, и прижал моё тело к своему члену. Я издала сдавленные стоны от интенсивного давления, уткнувшись головой в его шею.

Я почувствовала, как одна его рука исчезла и скользнула вниз к моему горячему центру. Он покрыл свои пальцы моими соками, вырывая ещё больше стонов из моего горла. Он улыбнулся моей реакции, затем ввёл один из своих пальцев в меня.

Я застонала, зажмурив глаза и прислонив голову к стеклу. Он медленно двигал пальцем в моей плоти, давая мне привыкнуть к ощущению, затем ввёл второй палец.

– Ах... Мммм, – всхлипнула я, когда моя плоть сильно сжалась вокруг его двух мощных пальцев. Он выругался под нос, двигаясь медленно, нежно поглаживая мои внутренности. Он потёр одним из пальцев мой чувствительный узел нервов, мягко массируя маленькую жемчужину, глубоко вводя пальцы в меня.

Он делал это ещё несколько минут, затем наклонился и поцеловал меня под ухом.

– Я собираюсь добавить ещё один палец, хорошо, детка? Может быть немного больно, но я обещаю, что сделаю так, чтобы стало лучше.

Я застенчиво кивнула и зажмурилась, ожидая боли. Резкая, слабая вспышка боли пришла снизу, напоминая мне о той ночи, которую я так боялась. Алессандро целовал мою шею, явно чувствуя мой дискомфорт.

– Всё в порядке, детка. Всё скоро пройдёт, обещаю.

Его успокаивающие слова заставили меня сосредоточиться на них, а не на боли. Он начал двигаться медленно, из моего рта вырывались всхлипы и тихие стоны, когда боль стала сильнее. Алессандро целовал меня в губы, шепча успокаивающие слова, продолжая вводить пальцы в мою сжимающуюся плоть.

– Всё хорошо, детка, – прошептал он, целуя меня в щёку. Боль длилась ещё несколько секунд, затем стала слабее. Он вытащил пальцы и обхватил ими свой член. – Я сейчас войду. Пожалуйста, скажи мне, когда станет слишком больно.

Я кивнула, крепче обхватив его шею руками и спрятав голову в его плече. Он провёл своим выпуклым кончиком по моему ноющему входу, стоня и ругаясь под нос. Он поцеловал меня в плечо и начал входить. Я ахнула от его толщины, чувствуя, как мои тесные, сжимающиеся стенки растягиваются от его толщины.

Алессандро был большим. Просто... огромным.

– Чёрт, – выдохнул он. – Детка, ты в порядке?

– Да... Продолжай.

Он постепенно вводил всё больше своей длины, позволяя мне и моей плоти привыкнуть к нему. Когда он полностью вошёл, он глубоко выдохнул мне в плечо, и я тоже.

– Двигайся, – прошептала я.

Он отвёл бёдра от моих и снова вонзил их, вырывая у меня стон. Он глубоко застонал, откинув голову назад, показывая фиолетовое пятно на его пульсе. Я закусила губу от интенсивного удовольствия внизу. Алессандро начал медленно повторять свои движения, глубоко вонзаясь в меня, и я громко застонала, прижимаясь головой к запотевшему стеклу.