Это вызывало у меня широкую улыбку, ведь я был семьянином. Я смотрел на свою дочь Элизу, которая сияла в своём розовом платье, и чувствовал, что всё встало на свои места. У меня была женщина, которую я любил, и девочка, которую я обожал. Этого было достаточно. Более чем достаточно.

Я выпрямился, когда услышал мягкую музыку, разнесшуюся по всему саду. Все встали синхронно – малыши радостно заверещали. Элиза вышла из-за атласных штор в красивом розовом платье, грациозно проходя по проходу с белой корзиной, наполненной белыми и розовыми лепестками.

Я улыбнулся моей прекрасной дочери, когда она прошла по дорожке до самого конца, а затем сошла с неё. Сальваторе появился на другой стороне прохода с моей будущей женой. Она была одета в красивое сверкающее белое платье. Винтажное дизайнерское платье плотно облегало её идеальное тело – следом за ней тянулся шлейф из мерцающих искр. В руках она держала букет из золотых роз, украшенных искусственными каплями воды – они сияли красивым светом, когда она шла по проходу.

Когда Сальваторе и Инга дошли до конца прохода, он повернулся к ней, поцеловал её в лоб, прошептал что-то на ухо и отошёл в сторону. Я взял её за руку и помог подняться по ступеням. Она сияла, глядя на меня с яркой улыбкой, и осторожно подошла ко мне. Я взял её руки в свои тёплые и ободряюще сжал их.

– Ты выглядишь потрясающе, синьора Феррари, – прошептал я, и её глаза наполнились слезами счастья.

Она тяжело вздохнула и посмотрела на гостей – она нахмурилась, увидев, что её сторона почти пуста. Её красивая улыбка померкла, и блеск в глазах потускнел. Я приподнял её подбородок указательным пальцем, мягко поглаживая кожу под ним.

– Не грусти, – прошептал я, поворачивая её печальное лицо вправо, к моей стороне. – Скоро они станут твоей семьёй.

Вскоре началась церемония, и она перестала грустить. Пока священник вёл свою речь, я начал представлять нашу новую жизнь с Ингой. Я видел её на новом просторном заднем дворе нашего нового дома у пляжа, идущей по песчаному берегу, держащей Элизу за руку. Они бегали по берегу, смеясь и разбрызгивая воду. Лёгкое летнее платье Инги развевалось на ветру, и она была счастлива – по-настоящему счастлива.

Затем пришло время вернуться в реальность и произнести клятвы.

Я прочистил горло и посмотрел на прекрасную женщину передо мной – моё сердце билось от радости.

– Инга Вершинина, скоро Феррари, ты была тем человеком, который исцелил моё разбитое сердце, и ради тебя я исцелил твоё. Ты была рядом со мной и моей маленькой девочкой, когда её родная мать не была. Я благодарен тебе за то, что ты заботилась обо мне и моей семье – и теперь я хочу отплатить тебе тем же. Я хочу заботиться о тебе и о нашей дочери до конца наших дней. Я всегда буду любить тебя, детка. Я влюбился в добрую, красивую, искреннюю девушку, которой ты являешься, и теперь я женюсь на тебе. – Я закончил последние абзацы своих заученных клятв, и настала её очередь.

Инга всхлипнула, вытирая глаза, но всхлипы раздавались не только от неё – но и от Сальваторе. Некоторые из нас тихо рассмеялись, прежде чем Инга произнесла свои клятвы.

– Теперь вы можете поцеловать невесту.

ИНГА

– Поздравляю, девочка моя! Ты вышла замуж за хорошего человека! Я могу тебе это обещать! Мой сын – ангел и настоящий джентльмен! Ты... – мать Алессандро быстро заговорила на итальянском языке. Её слова быстро слетали с языка, пока она говорила, я еле понимала её от эмоций.

Сальваторе вмешался в разговор, вежливо перебив её: – Прости, мам, но здесь есть особый гость, который хочет увидеть Ингу.

Я нахмурилась и повернулась к пятому столику, где сидели все мои приглашённые гости. Кьяра и её семья.

– Прости, Сальваторе, но здесь, должно быть, ошибка – мои гости уже здесь.

– Ну, тогда кто я? – раздался знакомый голос. Заглянув через его плечо, я увидела женщину в винтажном костюме. Доктор Эспозито – мой лечащий врач из клиники «Сан-Рафаэль». Она стояла передо мной с широкой улыбкой на лице. – Я пришла не как врач, а как гостья. И у меня для тебя новости, дорогая.

Сердце тревожно подпрыгнуло в груди.

– Доктор Эспозито? Что вы здесь делаете?

Она улыбнулась и шагнула ближе.

– Я пришла, чтобы лично сообщить тебе. Последние результаты пришли сегодня утром. Инга… ты беременна.

Я тяжело моргнула, пошатнувшись назад. Я никак не могла поверить своим ушам. Слёзы хлынули из глаз, и я почувствовала, как земля вот-вот уйдет из-под ног. Алессандро тут же обнял меня сзади, и я слышала, как он тяжело дышит, уткнувшись лицом в мои волосы.

– Серьёзно? – прошептала я, глядя на врача.

– Серьёзно, – кивнула она. – Поздравляю, Инга. Ты будешь мамой.

Я громко разрыдалась, привлекая внимание всех гостей. Алессандро притянул меня к себе, прижимая так крепко, как только мог. Вокруг нас раздавались аплодисменты и радостные крики. Кьяра плакала, Сальваторе свистел, а Элиза подбежала и обняла нас обоих.

– Я буду старшей сестрой! – закричала она, прыгая от восторга.

Я смотрела на них всех – на свою семью – и чувствовала, как сердце переполняется безграничным счастьем. После всего, что я пережила, после стольких лет боли и отчаяния… я наконец стану матерью.

В первую брачную ночь, когда мы остались вдвоём с моим мужем, я опустила лямку шелковой рубашки с плеча и тяжело вздохнула. Улыбнувшись, я прислонилась к нашей огромной кровати с видовым окном на берег моря.

– Ты сделал это для меня, Сандро?

Мой муж усмехнулся своим низким смехом и покачал головой, снимая часы.

– Нет, детка. Это сделала ты. Я только был рядом.

– Ты пригласил моего врача на свадьбу, – прошептала я, всё ещё не веря.

Он повернулся ко мне, уже без рубашки.

– Я хотел, чтобы ты узнала об этом в самый счастливый день нашей жизни. Чтобы мы могли запомнить этот момент навсегда.

– Спасибо, любимый! Я так сильно благодарна тебе! – хихикнула я, прыгая в его объятия и обвивая его руками.

Он обхватил руками мою талию и усмехнулся.

– Это я должен благодарить тебя, любовь моя. Ты дала мне надежду. Дала мне любовь. А теперь ты даёшь мне ребёнка. Это больше, чем я мог просить у бога.

Я прижалась к нему, чувствуя, как его руки обнимают меня, и зная, что наша жизнь только начинается.

– Знаешь, я уже знаю, как хочу назвать нашу малышку, – произнес он, уткнувшись носом в мои волосы.

Я подняла голову, глядя на него с любопытством.

– Как же?

Сандро загадочно улыбнулся.

– Я хочу назвать её Ингой. В честь тебя.

Я удивленно рассмеялась, качая головой.

– Это странно. У нас будут две Инги?

– Да, – ответил он, пожимая плечами. – Я не знаю человека сильнее тебя. Ты пережила столько боли, столько потерь, но ты всё равно осталась доброй, любящей, настоящей. Я хочу, чтобы у нас была маленькая Инга. Чтобы она росла и видела в тебе пример.

– А если родится мальчик? – спросила я, улыбаясь.

Он усмехнулся и покачал головой.

– Не родится. Я знаю. Это будет девочка. И она будет самой любимой и самой избалованной девочкой в мире. У неё будет всё. Но самое главное – у неё будешь ты. Её красивая мама.

Я обвила руками его шею и прижалась к нему, пряча лицо в его груди.

– Ты точно ангел, – шепчу я, целуя его ладонь. Его рука опускается на мой живот – туда, где растёт наша маленькая дочка.

Я чувствую тепло его пальцев, и в этот момент мне кажется, что я ощущаю шевеление нашего ребенка внутри. Возможно ли это на таком раннем сроке? Я не знаю. Но думаю, что всё возможно.

Он ничего не говорит, но его улыбка говорит за него. Я прижимаюсь щекой к его груди и шепчу:

– Я никогда не забуду тот день, когда увидела тебя. Тот день, когда я переступила порог твоего дома, не зная, что буду так сильно любить тебя…

– А я сразу всё понял. Как только увидел тебя на пороге.