Здесь всё звучало иначе.

Не как в главной башне, где шаги гулко отдавались в чистых коридорах, а магистры говорили тихо и важно. Здесь воздух был грубее. Тяжелее. Пахло кожей, металлом, дымом, разогретым камнем и лекарскими мазями.

Будто сама башня сразу предупреждала: слабым здесь будет больно.

Каэрон внимательно посмотрел на меня.

— С этого момента ты закреплена за боевым факультетом, — сказал он. — Нравится тебе это или нет.

— Мне пока сложно понять, нравится мне вообще что-нибудь в этом месте, — честно ответила я.

Он чуть приподнял бровь.

— Зато честно.

— Это плохо?

— Здесь — опасно. Но иногда полезно.

Он провёл рукой над столом, и из воздуха, словно из тонкой серебристой пыли, появился свиток. Пергамент сам развернулся передо мной, мягко шурша краями.

Я невольно сделала шаг ближе.

Свиток был длинный.

Очень длинный.

Две плотные страницы, исписанные ровными строками. Буквы всё ещё казались мне чужими, но теперь я уже могла узнавать некоторые знаки. Не читать нормально — нет. До этого было далеко. Но хотя бы не смотреть на текст как на птичьи следы после дождя.

— Это твоё новое расписание, — сказал Каэрон.

Я посмотрела на свиток.

Потом на него.

Потом снова на свиток.

— Это всё моё?

— Да.

— На неделю?

— На ближайшие три дня.

Я медленно вдохнула.

— Простите?

— Расписание боевого факультета меняется чаще, чем у остальных. Практики, испытания, смена полигонов, отработка стихий, работа с резервом, выезды за пределы Академии. Привыкай.

Я взяла край свитка двумя пальцами, будто он мог укусить.

— А если я не успею всё это выучить?

— Успеешь.

— Почему вы так уверены?

— Потому что иначе тебя здесь раздавят.

Очень ободряюще.

Я сглотнула и снова посмотрела на строки.

Каэрон, видимо, заметил, что я пытаюсь разобрать написанное, но понимаю мало. Он не стал смеяться. Просто взял второй лист, чистый, и начал объяснять.

— У тебя будут общие предметы Академии: история мира, основы имперского права, письменность и чтение, основы магических рас, этикет имперской службы.

— Этикет? — переспросила я.

— Да.

— А это обязательно?

— Особенно для тебя.

Я нахмурилась.

— Почему особенно для меня?

Он посмотрел на меня спокойно.

— Потому что ты уже успела оскорбить дракона, спорить с магистрами и купить письменные принадлежности за ягоду.

Я открыла рот.

Закрыла.

— Я же не знала правил.

— Поэтому будешь их учить.

С этим спорить было трудно.

Каэрон продолжил:

— Дальше — предметы боевого факультета. Основы боевой магии. Управление резервом. Стихийная защита. Физическая подготовка. Работа в боевой связке. Тактика малых групп. Выживание на местности. Первая помощь на поле боя.

С каждым новым названием мне становилось всё хуже.

— Поле боя? — тихо спросила я.

— Не настоящее. Пока.

— “Пока” звучит плохо.

— Это честно.

Я посмотрела в окно.

На дальнем полигоне группа адептов строилась в круг. Один из них поднял руку, и над землёй вспыхнула огненная дуга. Второй не успел поставить защиту, его отбросило назад, и он покатился по пыли. Остальные даже не удивились. Кто-то засмеялся. Магистр рявкнул так громко, что даже до нас донеслось.

Я медленно повернулась к Каэрону.

— Они там друг друга убивают?

— Учатся не умереть.

— Разница тонкая.

— На боевом факультете — огромная.

Мне захотелось обратно в комнату.

В кровать.

Под одеяло.

К пикси, которые спорят о сладком.

К Лоргану, который хотя бы предупреждал перед тем, как моя жизнь становилась хуже.

Но вместо этого я стояла в башне боевой магии, перед новым куратором, с расписанием на две страницы и понимала: никто не собирается делать скидку на то, что я ничего не знаю.

Каэрон развернул свиток дальше.

— Отдельно для тебя назначены занятия по чтению и письму. Каждый вечер. Пока не догонишь минимальный уровень первого курса.

Я кивнула.

— Это хорошо.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Не боишься?

— Боюсь.

— Но?

Я сжала пальцы на краю стола.

— Но если я не научусь читать, меня здесь будут водить за руку всю жизнь. А я не хочу.

Впервые за весь разговор его лицо чуть смягчилось.

— Хороший ответ.

Мне почему-то стало приятно.

Совсем немного.

— Ещё, — продолжил он, — тебе назначат облегчённую физическую подготовку.

Я подняла голову.

— Облегчённую?

— Временно. Ты младше остальных и недавно перенесла воздействие драконьей крови. Твоё тело восстановилось, но это не значит, что его можно сразу бросать в общий поток.

— А потом?

— Потом будет тяжело.

— А сейчас?

— Сейчас тоже будет тяжело. Просто не смертельно.

Я выдохнула.

— Вы умеете успокаивать, мастер Каэрон.

— Я не для этого назначен.

— Уже поняла.

Он свернул часть свитка и протянул мне.

— Запомни главное. Утром — письменность и история. После второго колокола — вводное занятие по резерву. После обеда — полигон. Вечером придёшь ко мне на чтение. До тех пор не ссоришься, не дерёшься, не используешь магию без разрешения и не исчезаешь.

— А если на меня нападут?

— Зовёшь старшего.

— А если старшего рядом нет?

— Защищаешься.

— А если я случайно что-нибудь взорву?

Он помолчал.

— Тогда очень надеюсь, что это будет не башня.

Я посмотрела на него.

Он сказал это совершенно серьёзно.

И стало даже страшнее.

— Мастер Каэрон, — осторожно спросила я. — Почему Лорган попросил именно боевой факультет?

Каэрон не ответил сразу.

Он подошёл к окну и посмотрел на полигон, где адепты снова строились в круг.

— Потому что твой дар слишком сильный, чтобы держать его в мягкой оболочке. Три стихии и ментальная искра — это не украшение. Это оружие. Если тебя не научить держать его в руках, однажды оно ударит по тебе самой. Или по тем, кто окажется рядом.

Я молчала.

Его слова были неприятными.

Но внутри я знала: он прав.

Я уже видела, как огонь Кэра исчезает перед моими руками. Видела, как шар дара разлетается в осколки. Чувствовала, как во снах меня наполняет вода, земля, растения, звери.

Во мне было что-то большое.

И я понятия не имела, как с этим жить.

— Значит, я опасная? — спросила я.

Каэрон повернулся ко мне.

— Нет. Пока ты не умеешь — ты уязвимая. Опасной станешь, когда научишься.

Я не знала, должно ли это меня испугать или обрадовать.

Наверное, и то и другое.

За дверью раздался громкий удар колокола.

Я вздрогнула.

Каэрон взял со стола небольшой металлический знак и протянул мне.

— Это знак твоего факультета. Носи на форме. По нему тебя будут пропускать в башню, на полигон и в учебные залы.

На знаке был выбит меч, окружённый тремя языками пламени.

Я провела пальцем по холодному металлу.

— Красивый.

— Тяжёлый.

— В смысле?

— Он означает, что ты теперь часть боевого факультета. Здесь за ошибки платят не только баллами.

Я закрыла ладонь вокруг знака.

Холод металла впился в кожу.

— Я постараюсь не ошибаться.

— Ошибаться будешь, — сказал Каэрон. — Все ошибаются. Важно — вставать после этого.

Он подошёл к двери и открыл её.

В коридоре снова шумели адепты. Чьи-то шаги, смех, резкий запах дыма, отдалённый звон меча о камень.

Моя новая башня.

Мой новый факультет.

Моя новая война.

— Идём, Аяйвира, — сказал мастер Каэрон. — Начнём с формы. Потом покажу тебе, где ты будешь падать, вставать и снова падать.

Я поморщилась.

— Звучит ужасно.

— Зато честно.

Я взяла свиток, прижала к груди и шагнула за ним.

Страх всё ещё был рядом.

Но теперь рядом с ним шло упрямство.

Если этот факультет решил проверить, сколько во мне силы, пусть проверяет.