— Что это? — спросила я, сжимая ремни.

— Чтобы тебе не было холодно наверху. И чтобы ты могла спокойно дышать.

Он сказал это просто, спокойно, почти заботливо.

И почему-то от этого стало неловко.

— Хорошо, — выдохнула я. — Спасибо.

— Не бойся.

— Поздно.

Дракон расправил крылья.

Мир вокруг сразу стал меньше.

Лес, лагерь, люди, мешки, кони — всё будто отступило, когда огромные крылья раскрылись в стороны, закрывая половину неба.

Потом был рывок.

Я вскрикнула и вцепилась в ремни так, что пальцы заболели.

Земля ушла вниз.

Не постепенно.

Сразу.

Ветер ударил в лицо, но невидимая защита Лоргана смягчила его. Воздух был холодный, пах облаками, лесом и драконьим жаром. Под нами быстро поплыли верхушки деревьев, потом холмы, река, маленькие дороги, похожие на тонкие шрамы на земле.

Страшно было до дрожи.

Но красиво.

Так красиво, что я на несколько мгновений забыла дышать.

Дракон летел быстро. Слишком быстро. Его крылья двигались мощно и ровно, под нами перекатывались мышцы, чешуя поблёскивала в солнце. Я чувствовала его силу всем телом — не злую, не добрую, просто огромную.

Живую.

— Он очень тёплый, — сказала я, сама не понимая зачем.

Лорган услышал и тихо ответил:

— Драконы хранят внутренний огонь.

— А характер тоже от огня?

— У некоторых — да.

Я невольно вспомнила лицо Кэра и пробормотала:

— Заметно.

Лорган не ответил, но мне показалось, что он усмехнулся.

Летели мы недолго.

И всё равно, когда впереди показался город, мне казалось, что прошла целая жизнь.

Столица выросла из земли внезапно: высокие стены светлого камня, башни с острыми крышами, широкие ворота, блеск реки у подножия. За стенами виднелись крыши домов, шпили храмов, зелёные сады и тонкие струи фонтанов, сверкавшие на солнце.

Я открыла рот.

— Ого…

Дракон начал снижаться.

Вот тут я снова вспомнила, что нахожусь высоко в воздухе, на спине существа, которое вчера почти меня убило.

— Мы сейчас разобьёмся? — быстро спросила я.

— Нет.

— Уверены?

— Да.

— А я нет.

Земля приближалась. Площадка за городской стеной росла, люди внизу расходились в стороны, поднимали головы. Дракон сел тяжело, но уверенно. Когти ударили по камню, крылья взметнули пыль, и я едва не ткнулась лицом в его шею.

Лорган сразу спрыгнул и помог мне спуститься.

Ноги коснулись земли — и я чуть не села прямо на камни.

— Стою, — прошептала я. — Я стою. Земля, моя любимая.

Лорган придержал меня за плечо.

— Всё хорошо?

Я кивнула, хотя руки всё ещё дрожали.

— Наверное.

И тут дракон начал меняться.

Я видела обращение уже во второй раз, но всё равно не могла отвести взгляд. Огромное тело словно сжалось в волне тёмного жара. Чешуя исчезала, крылья складывались в воздухе, кости меняли форму с тихим треском, от которого по коже бежали мурашки.

Через несколько мгновений перед нами стоял Кэр.

Человек.

Злой человек.

Очень злой.

Он шагнул ко мне так резко, что я инстинктивно отступила за Лоргана.

— Что она сделала? — прорычал Кэр.

— Кэр, — спокойно сказал Лорган.

— Не смей мне “Кэр”! — вспыхнул он. — Мой дракон сам подошёл к ней. Сам дал ей подняться. Сам вёз её спокойно. Ты это видел?

— Видел.

— Я не пёс на привязи, Лорган. И мой дракон не пёс. Эта тварь что-то делает с ним.

Я вздрогнула.

Тварь.

Слово ударило неприятнее, чем я ожидала. Вроде бы за два дня мне уже пора было привыкнуть к его грубости. Но каждый раз внутри всё равно что-то сжималось.

— Она ведьма, — продолжал Кэр. — Или тёмная. Я говорил.

— Не глупи, — голос Лоргана стал холоднее. — Она ребёнок.

— Ребёнок не ломает шар дара и не приручает чужого дракона.

— Она никого не приручала.

— Ты сам это видел!

Кэр рванулся вперёд, но двое мужчин из отряда тут же оказались рядом. Один схватил его за плечо, второй встал между ним и нами.

— Кэр, хватит.

— Уберите руки.

— Командир сказал — хватит.

Лорган не повысил голос, но каждое слово звучало твёрдо:

— Уведите его. Пусть остынет.

Кэр смотрел на меня через плечо мужчины.

Его глаза горели яростью.

И страхом.

Да, страхом тоже.

Только тогда я поняла: он не просто злился. Он боялся того, что не мог объяснить.

Меня.

Или своего дракона рядом со мной.

И почему-то от этого стало ещё хуже.

Мужчины увели его в сторону каменных ворот. Кэр сопротивлялся не сильно, но по напряжённой спине было видно: ещё чуть-чуть — и он сорвётся.

Я стояла посреди посадочной площадки и смотрела ему вслед.

Горло сжалось.

В глазах защипало.

— Не плачь, слышишь? — тихо сказал Лорган.

Я резко моргнула.

И только тогда поняла, что по щекам уже текут слёзы.

— Я не плачу.

Он посмотрел на меня мягко.

— Конечно.

— Я просто… — Я вытерла лицо рукавом, злясь на себя. — Какого чёрта я всё время плачу из-за него?

— Ты испугалась.

— Он меня ненавидит.

— Он не понимает, что происходит.

— А я понимаю?

Лорган не ответил сразу.

Потом осторожно положил ладонь мне на плечо.

— Нет. Но ты стараешься не разрушать всё вокруг из-за страха. Это уже лучше, чем у него.

Я всхлипнула и тут же разозлилась ещё сильнее.

На Кэра.

На себя.

На этот мир.

На то, что мне одиннадцать лет снаружи и тридцать четыре внутри, а плачу я сейчас как обе сразу.

Только когда первый испуг начал отпускать, я наконец заметила, где мы стоим.

Город был прекрасен.

Несправедливо прекрасен.

Вдоль широкой дороги росли деревья с серебристыми листьями. Между ними цвели кусты — белые, синие, розовые, почти светящиеся. Дома вокруг были высокие, с резными фасадами, балконами из кованого железа, цветными витражами. По каменным желобам журчала вода, на площади бил фонтан, украшенный фигурами крылатых зверей.

В воздухе пахло цветами, мокрым камнем, горячим хлебом и лошадиным потом.

Люди ходили в красивых плащах, в платьях из плотной ткани, в жилетах с вышивкой. Кто-то вёл коня, кто-то нёс корзины, где-то звенели колокольчики на лавке торговца.

Я даже забыла на секунду про слёзы.

— Красиво, — прошептала я.

Лорган заметил.

— Это Верхний круг столицы. Здесь живут маги, советники и те, кто служит короне.

— А простые люди?

— Ниже. Ближе к рынкам и ремесленным улицам.

— Там тоже красиво?

— По-своему.

Он повёл меня по дороге. Я шла рядом, всё ещё вытирая лицо рукавом и стараясь не выглядеть жалкой.

— Позже покажу тебе ярмарку, — сказал Лорган. — Если будешь слушаться лекарей и не сбежишь.

— А сладости там есть?

Он усмехнулся.

— Есть.

— Какие?

— Медовые орешки. Яблоки в карамели. Сахарные лепёшки. Пряные ягоды.

Я сглотнула.

— Это взятка?

— Утешение.

— Работает.

— Тогда договорились.

Мы подошли к огромной башне.

Она поднималась над площадью так высоко, что я запрокинула голову и всё равно не увидела верхушку целиком. Камень был светлый, почти белый, с прожилками синего минерала. На стенах виднелись резные знаки: раскрытые глаза, крылья, звёзды, круги пламени. У входа стояли два стражника в тёмных плащах с серебряными застёжками.

— Это где мы? — спросила я.

— Башня коронных магов.

Я остановилась.

— Мне уже страшно.

— Не надо.

— Когда взрослый говорит “не надо”, обычно надо ещё как.

Лорган посмотрел на меня с лёгким удивлением.

— Ты странно рассуждаешь для ребёнка.

Я пожала плечами.

— Удар хвостом дракона. Помните?

— Помню.

Он не стал спорить. Просто кивнул стражникам и повёл меня внутрь.

Внутри было прохладно.

Пол — гладкий камень. Стены — высокие, с узкими окнами, через которые падал мягкий свет. Где-то пахло воском, травами и старой бумагой. В нишах горели магические светильники — голубые огни без дыма, ровные и тихие.