Мы застыли. В глазах Яра была такая мука, что слова застревали в горле. Я просто… просто не знала, что сказать.

— Он был мне как младший брат, — выдохнул Яромир, нарушая тягостную тишину. — Когда я попал на фронт, было сложно, и в нем… наверное, я нашел какой-то смысл. Я обучал его. Он веселый парень, умный, добрый. У него хорошая, любящая семья… Я знаю его родителей. Не могу представить, как…

Он осекся и снова закрыл глаза, пытаясь спрятать от меня эту страшную пустоту.

— Нельзя терять надежду, — твердо сказала я. — Мы не знаем, мертв он или нет. Нужно его искать, Яр. Ты ведь хочешь, правда?

— Хочу, но… оставить тебя… — выдохнул он с хрипом.

— Я справлюсь. Расставим ловушки, поставим защиту. Я не одна, со мной Яся. А ты… Ты нужен Кайлу. Я… я верю, что он жив. Ты найдешь его, Яр. Ты обязательно его найдешь. Живым. Ведь ты очень сильный дракон.

Яромир хмыкнул. Он подался вперед и накрыл мои губы своими — всего на миг, прежде чем оторваться и заглянуть в глаза. Его глаза горели желтым драконьим светом.

— Я действительно очень сильный, Аня, — прошептал он. — Но моя сила не в драконе. Она в тебе.

Я улыбнулась, и он впервые за этот вечер улыбнулся в ответ.

Тишину нарушил тихий всхлип. Я обернулась к Ясе.

— Кайл… — прошептала она во сне, и у меня сердце сжалось до боли.

Бедная Яся. Она столько пережила… Я вспомнила ее всего день назад — рядом с Кайлом. Она стала такой… счастливой. Она светилась…

И как же страшно было видеть ее теперь такой. Сломанной.

— Яр, тебе нужно идти, — набрав побольше воздуха, выдохнула я.

Яромир застыл, но спустя несколько мгновений все же кивнул.

— Обещай, что будешь сидеть в защите и не сделаешь ни шага из дома.

— Обещаю, — искренне ответила я. — Я нужна здесь, Ясе. А ты… Ты нужен Кайлу. Ты найдешь его. Вот увидишь.

Яся

И снова этот лес. Снова запах огня, запах смерти… Я не хочу туда! Не хочу видеть все это, слышать это! Но ноги не слушаются, они сами несут меня к моему горящему дому.

Снег. Дым. Все смешалось в кошмарную кашу.

— Хватит! Хватит! ХВАТИТ! — закричала я, зажимая уши ладонями и зажмуриваясь так сильно, что перед глазами поплыли цветные пятна. — Кошмар! Это все кошмар! Это сон! Я должна… должна проснуться!

Внезапно все затихло. Треск огня исчез, запах гари растворился. Я открыла глаза… Теперь все, что я видела, было больше похоже на картину без движения.

А потом появилась она, ее силуэт. Ее глаза и ее руки, которые она протянула ко мне.

— Бабушка… — с хрипом вырвалось у меня.

Она прижала меня к груди, и на миг я снова почувствовала себя маленькой девочкой, спрятавшейся от всего мира в ее объятиях.

— Что же ты наделала, Яся? Что же ты натворила? — снова повторила она.

Эта фраза… Я столько раз ее слышала, но не понимала…

— Ты говоришь загадками, я… я не понимаю! — я отстранилась, вглядываясь в ее лицо. Такое родное. Такое любимое. Но что-то в нем было… не так. — Что я сделала не так, бабушка? Что я натворила? Я была доброй, я помогала всем, как ты учила меня, но… Кайл… Кайл умер.

Последнее слово вырвалось с таким отчаянием, что даже сквозь сон меня пронзила острая, жгучая боль. Сердце сжалось, по телу прокатилась волна ледяных мурашек.

— Кайл… — только и смогла выдохнуть я.

Сон, все это сон. Но боль — она реальная. Она не отпустит меня теперь ни в этом мире, ни в том. Я зажмурилась и сжала кулаки, словно пытаясь набраться сил… Но зачем мне теперь сила, когда его нет.

— Это все сон. А Кайл… Кайл умер по-настоящему, — прошептала я и снова посмотрела на бабушку.

Она смотрела на меня в ответ. И этот ее взгляд. В нем была не жалость, не сочувствие, она словно… изучала меня.

— Он не умер, Ясенька, — голос ее вдруг стал мягче, она положила руку мне на голову и погладила по волосам — точно так, как в детстве. От этого желанного, родного прикосновения на миг показалось, что все действительно будет хорошо. — Яся, ты можешь все исправить. Можешь его спасти.

Мир вокруг дрогнул и поплыл.

Всего миг — и рядом со мной возник Кайл. Дом, пожар, снег — все исчезло, растворилось в морозной ночи. Только он. Стоял напротив и смотрел на меня.

Сон? Сон! Но внутри все перевернулось.

— Яся… — произнес он мое имя, и у меня подкосились ноги.

Я сделала осторожный шаг. Еще один. И тогда Кайл сделал шаг — решительный, последний — и прижал меня к себе. Прижал так крепко, словно боялся, что я исчезну.

Я всхлипнула, уткнулась лицом в его рубаху и закричала. Закричала от боли, от счастья, от неверия. А он прижимал меня к себе все крепче, словно готов был спасти… спасти от той пустоты, что была внутри меня.

— Прости меня, прости! — закричала я, задыхаясь от слез. — Я… без тебя мне ничего не нужно, ничего! Просто хочу, чтобы ты был живой! Чтобы ты был не сном! Чтобы ты был!

Меня трясло так, словно я правда могла до него докричаться, могла сказать самое главное, могла объяснить все, что не успела.

— Яся, все будет хорошо. Я живой! Посмотри на меня! Посмотри! — он слегка отстранился, заставив смотреть в глаза. Он выглядел как… настоящий. Но сердце под рукой не билось…

Я тряхнула головой и закрыла глаза.

— Яся! Я живой! Я здесь! Слышишь? Мне просто нужна помощь, твоя помощь. И я вернусь.

— Помощь? — выдохнула я.

И тут Кайл улыбнулся. Тепло, светло — той самой улыбкой, от которой у меня всегда замирало сердце. А потом что-то достал из-за пазухи и протянул мне.

Кинжал…

Длинный, черный кинжал с тускло мерцающим лезвием. От него веяло холодом — не просто холодом, а чем-то древним, пугающим, неправильным. Я отшатнулась, инстинктивно выставив руки вперед.

— Яся, — голос Кайла прозвучал жестче. Я перевела взгляд на бабушку. Она стояла рядом, и лицо ее больше не было мягким. Оно стало строгим, даже суровым. Чужим.

— Ты можешь все исправить, Яся. Все исправить, — повторила она, и в ее голосе мне послышалось что-то… повелительное.

— Я не понимаю! — мой голос сорвался на шепот. Я кожей чувствовала что-то недоброе. Вид Кайла с этим страшным кинжалом, выражение глаз бабушки — такое чужое, совсем не ее. В груди разрастался ужас.

— Ты должна убить дракона, — сказала она.

Я перестала дышать.

Смотрела на нее во все глаза и не могла поверить, что слышу ЭТО от бабушки. От той, кто учила меня добру. От той, кто всю жизнь спасала людей.

— Кайла? — прошептала я, с ужасом глядя то на нее, то на него с кинжалом в руке.

— Яромира, — отчеканила бабушка.

Яромира?

Я перевела взгляд на Кайла. Он стоял, протягивая мне кинжал, и в его глазах больше не было тепла. Только решимость.

— Чтобы спасти меня, ты должна убить Яромира, — сказал он и добавил: — Иначе я умру.

Яся

— Ты ведь любишь меня, Яся? — голос Кайла прозвучал так по-родному, что у меня сжалось сердце.

Я посмотрела в его серые глаза. Те самые глаза, в которых еще вчера тонула с головой. И кивнула.

— Тогда ты можешь все исправить. Все это! — он обвел рукой пространство вокруг — я снова увидела дым, огонь, руины моего дома. Все это было страшной картиной. Будущего? Настоящего? — Пожар. Смерти. Ты можешь спасти меня.

Кайл сделал шаг вперед, все еще протягивая мне этот страшный кинжал.

— Это сон, — прошептала я.

— Это не сон, Яся. Это видение, — голос бабушки прозвучал жестко, незнакомо. — Этот кинжал — магический. Из особого сплава. Один удар, всего один — и Яромир умрет. Даже если не попадешь в сердце, тело будет отравлено. Яд разъест его изнутри за считанные мгновения.

Я перевела взгляд на бабушку. Все это… все это было неправильно. Слишком неправильно.

— Но почему… почему я должна…

— Потому что все это сделал он, Яся! — голос Кайла заставил меня повернуться к нему. — Все это сотворил Яромир! Это он сожжет твой дом, он убьет всех, кто тебе дорог, он… Яся, это он похитил меня! — Кайл шагнул ближе, и я почувствовала исходящий от него холод. Он был могильный, тянущийся откуда-то из глубины. — Только убив его, ты спасешь всех, кого любишь. Спаси меня, Яся.