Она прыгнула в машину, напугав выражением лица секретаря.

— Что? И эти не помогут?

— Погодите. — Илла подняла руку, прося минуту тишины. Она перебирала в памяти каждый свой шаг, буквально с первого дня прилёта в Южную Корею. После чего схватила телефон.

— Рю Джин, добрый день. Прости, что я так внезапно. Вспомни, куда мы ходили перед моей свадьбой, где мужчины танцевали.

На той стороне трубки рассмеялись.

— Слышу в твоём голосе отчаяние. Не можешь забыть тех красавчиков? «Five» это.

— Не могу вспомнить! Точно. Спасибо, сестра! Скинь мне их адрес и телефон, пожалуйста.

— Эй, объясни хоть, в чём дело? — крикнула Рю Джин, но Илла уже положила трубку и позвонила мужу.

— Привет. Я знаю танцора, что нам наверняка подойдёт, но к нему надо ехать и уговорить, а Су Ён отпустить к тебе в офис.

— Я так понимаю, ты предлагаешь нам с ней поменяться местами?

— Думаю, с тобой за моей спиной я буду более убедительна, потому что придётся мужика снимать с его работы, чтобы заманить на нашу.

— Умеешь ты формулировать задачи. — Чан Соль вздохнул, после чего подумал несколько секунд. — Нормального мужика, наоборот, две девушки быстрее уговорят, чем если я там буду зевать. Ну ладно, жду вас в офисе, поменяемся с секретарём Ким местами, поработаю твоим телохранителем и водителем.

— Ты выглядишь очень хорошо в этой роли. — Илла хихикнула в трубку и подмигнула Су Ён, которая уже извелась — она чувствовала себя комфортно только в офисе, когда под рукой несколько телефонов, планшет и рабочий компьютер. Вот так, «в полях», ей работалось неуютно, но показать это руководителю крайне непрофессионально, поэтому приходилось сжимать зубы и терпеть. То, как госпожа Юн чутко уловила настроение секретаря, говорило в её пользу, и Су Ён была готова в лепёшку расшибиться в офисе, но помочь им с информацией. Задачу свою она поняла сразу, поэтому как только села за любимый рабочий стол, развила невероятную скорость работы, и к моменту, когда чета Юн добралась до клуба и обнаружила, что он закрыт до вечера и на репетицию никого не пустят, уже узнала номер телефона нужного человека.

— Тацуя-сан? Добрый день. Меня зовут Юн Илла, уделите мне несколько минут, пожалуйста. — Илла набрала данный ей номер, молясь всем богам, чтобы мужчина не бросил трубку, подумав, что она мошенница.

— Добрый день, госпожа Юн. Вы так отчаянно искали мой номер телефона.

— Уже знаете, что я буду звонить? Простите, что так внезапно.

— Да, вы изрядно напугали наше руководство в поисках моих контактов.

— Напугали? Да вроде я не сильно страшная.

— Ваша секретарь больно напористая. Что вы хотите узнать? Или предпочитаете встретиться, чтобы поговорить?

— Встретиться — это замечательно. Я сейчас возле клуба, и я счастлива, что вы там ещё работаете.

— Даже счастливы. — Мужчина хмыкнул. — Через двадцать минут я смогу переодеться и выйти. Подождёте?

— Да! Слева от клуба есть ресторанчик, давайте я с мужем займу там столик. Буду очень вам благодарна. Опознать нас просто — у меня пепельный цвет волос.

— А, так вот кому я понадобился, — опять непонятно хмыкнул Тацуя-сан, извинился, что ему нужно положить трубку, и отключился.

Илла откинулась на сиденье машины и взглянула на мужа. Он сидел, вопросительно подняв бровь, и явно ждал объяснений.

— Мы ходили в этот клуб перед свадьбой. А Тацуя-сан потрясный танцор.

— Стриптизёр? — Скепсис, звучащий в голове Чан Соля, можно было черпать большой ложкой.

— Это сейчас он... Хм... Ну да. Ты поймёшь, что он из себя представляет, если он согласится на наше предложение. Он танцует фламенко горячее, чем испанцы и аргентинцы, вместе взятые. В сочетании с азиатским лицом это выглядит невероятно.

— И что танцор фламенко потерял в таком заведении?

— Деньги, милый. Судя по тому, какие толпы женщин тут по вечерам тусуются, зарабатывает он весьма неплохо. Больше, чем я могу заработать певицей в академическом зале. Ну, у нас точно, ваши реалии я ещё не знаю.

Тацуя помнил ту необычную посетительницу с серебряными волосами, которая праздновала свой девичник. Он понимал, что они окрашены, но в темноте, под светом софитов, невеста казалась феей из параллельного мира. В кафе же сидела уставшая женщина с потухшим взглядом, да и волосы уже не сияли, а выглядели натурально седыми, просто искусно подкрашенными. Сейчас волосы были собраны в высокий хвост, а сама она смотрела в зеркальце и салфеткой поправляла чуть подплывшую подводку у левого глаза, ещё более подчеркивая своё обычное земное происхождение. Мужчина напротив неё пил кофе из самой большой кружки этого заведения — сам он ни разу ещё такой не видел, хоть любил и часто заказывал разнообразный бодрящий напиток.

Подняв взгляд на заходящего мужчину, женщина подняла в приветствии руку, быстро закрыла зеркальце и надела очки. Тацуя моргнул от неожиданной обычности женщины, который он так восхитился несколько месяцев назад. Что же такого произошло, что она погасла? Может, замужество не пошло ей на пользу? Или настолько меняет человека ночная темнота и софиты?

Женщина поймала его ошарашенный взгляд и рассмеялась.

— У вас такое разочарование в глазах, Тацуя-сан. Неужели узнали?

— Вы слишком приметны, госпожа Юн, разумеется, я вас запомнил.

— Мы заказали вам кофе со льдом, но ещё не поздно поменять заказ, вдруг вам хочется чего-то другого. Может, вы голодны?

— Спасибо, кушать я не хочу, а вот кофе — это прекрасно.

Девушка-официант принесла заказанные напитки и не представившийся мужчина радостно вцепился во вторую чашку. Илла на это только улыбнулась.

— Простите моего мужа, Тацуя-сан. Сейчас он наберёт свою норму кофе, проснётся после бессонной ночи и вспомнит о приличиях. А я представлюсь официально, с вашего позволения. — Она вытащила из небольшой сумочки футляр и достала из него визитку. — Юн Илла, компания «Юн.Старс». И, если честно, вы нам очень нужны как танцор фламенко и прямо сейчас я готова унижаться, чтобы вы согласились на два концерта в конце недели. Этой недели.

Тут она поджала губы, поняв, что сболтнула лишнее. Её муж на это только рассмеялся.

— Тебя точно нельзя посылать на переговоры, я запишу себе.

Он, наконец, поставил опустевшую кружку и повернулся к Тацуе.

— Приношу свои извинения за этот вынужденный цирк, Тацуя-сан. И раз вы сразу не сбежали, позвольте представиться тоже. Юн Чан Соль, владелец и руководитель подразделения группы компания Юн — «Юн.Старс».

— Очень приятно, — Тацуя ошарашенно принял вторую визитку. Золотое у него и серебряное тиснение у неё на черном картоне выглядело богато, но достаточно старомодно. Классика.

— У нас действительно возникла ситуация, которая заставила так нервничать госпожу Юн. Один из танцоров нашей компании получил травму и ненадолго выбыл из творческой деятельности. А выступать нужно уже скоро. Поэтому хочу вас спросить, можете ли на пару дней... эмм... взять отгулы на своей основной работе и выручить нас? За вознаграждение, разумеется.

Тацуя сидел, глупо моргая глазами. Ещё никогда ему настолько необычно не предлагали работу. Конечно, работать в «Five» его позвали примерно также, да и договор он подписывал на собственной коленке в раздевалке клуба. Но приличные компании себя так не ведут. Наверное.

— Все бумаги вы получите в нашем офисе, — правильно понял его сомнения господин Юн, — или же по электронной почте, ежели вам так будет удобнее. Главное, чтобы вы согласились.

Глаза госпожи Юн горели мольбой. Видимо, она совсем отчаялась в поисках танцора, раз сделала предложение стриптизеру, который приличную сцену не видел уже давно. Он осторожно высказал свои сомнения в своих возможностях удовлетворить их требования, на что госпожа Юн только отмахнулась.

— Я видела вас на сцене, Тацуя-сан. Вы горите своим танцем, и завораживаете зрителей. Я ещё тогда сказала, что сцена вам мала, и сейчас готова это снова, на трезвую голову, подтвердить. Опять же, у вас есть шанс впечатлить не только меня, но и господина Юн, а там, глядишь, не только срочные и разовые контракты будем вам предлагать. Попробуйте. Всю ответственность нынче беру на себя.