Я не записывал каждую цифру, но мысленно отмечал. К концу торгов цена поднялась до двадцати двух тысяч. А если учесть, что я продавал 1344 ногтя демонической короны, можно было считать меня сказочно богатым человеком. Вот только…

Пятая часть должна была уйти семьям, помогавшим организовать торги. А с оставшейся части мне ещё предстояло заплатить налог. Между прочим, три десятых от дохода. Это с мелкими сделками можно проскочить мимо мытарей, а торги вызывают повышенное внимание властей. Шансов укрыться от безжалостного налогообложения не было.

В общем, половина выручки с продажи уходила людям, которые никаких вождей не убивали, жизнью не рисковали, да и, в принципе, рядом не стояли.

Когда распорядитель ударил в гонг, ознаменовав продажу последнего лота, в зале повисла тишина. Затем — взрыв сдержанных аплодисментов. Люди вставали, поздравляли друг друга. Кто-то хмурился, кто-то сиял, как начищенный золотой.

— Итак, господа, — голос распорядителя перекрыл шум. — Сегодняшняя сессия торгов завершена. Общий итог по демонической короне: в общей сложности продана тысяча триста сорок четыре ногтя. Средняя стоимость за ноготь составила девятнадцать тысяч четыреста двадцать один золотой. Благодарю всех за участие

Насколько я знал, торги должны были продолжаться и в последующие дни. Благо товаров, выставленных на продажу, ещё хватало. Но главное событие состоялось, а я сидеть здесь в последующие дни не собирался.

Зал снова зашумел, но теперь уже по-другому. Люди покидали амфитеатр, обсуждая сделки. Я поднялся, чувствуя, как ноет спина, непривычная к стульям. День был длинным, однако он того стоил.

— Ну что, брат… — Ситранис хлопнул меня по плечу, — теперь ты не просто богат. Ты баснословно богат.

— Угу… — мрачно кивнул я. — Сейчас всё заработанное и спущу. На организацию похода Меоли…

— Так пусть она платит! — пожав плечами, заметил Ситранис.

— Нет, — я покачал головой. — Если я хочу в тех землях осесть, надо вложиться в их освоение больше всех. Чтобы потом никто не мог сказать, что я туда на чужом горбу въехал.

— Хочешь там и остаться? — уточнил регой.

— А ты? — вопросом на вопрос ответил я.

— Я, брат, лучше с тобой, чем с этим… Балконом! — Ситранис усмехнулся и кивнул на места для аристократов. — Но если хочешь, чтобы люди за тобой пошли, начинай раздавать обещания.

— Обещания? — уточнил я.

— Титулы, земли, возможности… — регой кивнул. — Если всерьёз нацелился там поселиться и править, собирай вокруг себя будущих лидеров. Вон, для начала Гвелу должность пообещай.

— А чего только должность? — обиделся сотник. — Я, может, землю хочу!

— Всё, тихо, — прервал я их. — Я тебя понял, брат.

Ситранис был прав: абстрактным светлым будущим людей не завлечь. Да и одного моего отряда маловато для освоения той земли. Я видел масштабы по карте. Можно было привести за собой сотни тысяч жителей, и ещё свободное место бы осталось. К тому же, уверен, и там ещё придётся повоевать…

К северу от Рудных гор люди жили. Не всегда это была, конечно, хорошая жизнь, а местами и вовсе… Скорее, существование. И, тем не менее, людей хватало. А демоны вряд ли всех подчистую перебили. Уж точно не жителей севера. Те умели справляться с отродьями Дикого Шёпота.

Кто-то просто обязан был обнаружить озеро. Значит, с теми, кто нас опередил, придётся либо договариваться, либо, чего не хотелось бы, воевать. А ведь, кроме того, есть остатки демонов, которые наверняка бродят по окрестностям. Мне нужно было больше людей. А значит, больше припасов, больше телег, больше вложений…

Я был богат и нищ. Золотом придётся платить по высоким ценам. А ещё налоги эти…

Подойдя к распорядителю, я узнал полную сумму, которую заработал. Всего кристаллов мы продали на сумму двадцать шесть миллионов, из которых шесть — уходили организаторам торгов. А ещё шесть должны были отправиться в Царскую Казну и Казначейство Семей, потому что двоевластие порождало и двойное налогообложение.

В итоге, я получал с продаж четырнадцать с половиной миллионов золотых водянок. Ещё на четыреста тысяч золотых водянок было продано другого нашего товара. И примерно на такую же сумму следовало рассчитывать в следующие дни.

Я — богат? Нет… Потому что я собирался бежать из того места, где могло пригодиться это богатство. А за Рудными Горами золото будет не самым ценным. Такое вот противоречие… Впрочем, унывать по этому поводу я не собирался.

В «Венценосный» мы вернулись затемно. Честно говоря, я даже устал: много всего произошло за день. Да ещё и пытался весь обратный путь осмыслить полученные суммы.

Нет, головой я понимал, сколько выручено за торги. А вот осмыслить сумму пока не мог. Не считал я в этой жизни миллионы золотых водянок. Сотня — вот это неплохое накопление. Тысяча или две — вообще отлично. А тут даже не сотни тысяч, а миллионы. В общем, с этой мыслью надо было смириться.

И хорошо, что Чёрное Братство не пыталось меня в этот момент убить. Я был несколько не в себе, и не факт, что смог бы дать серьёзный отпор.

Даже то, что ночью похолодало, я заметил лишь под конец пути. Возможно, это потому что меня ещё как-то спасал уникальный доспех. А вот Ситранису и Гвелу пришлось кутаться в плащи, чтобы согреться в возке. К счастью, внутри «Венценосного» было тепло. Когда вошли, мы на некоторое время задержались на первом этаже, чтобы согреться. В комнатах-то в наше отсутствие никто очаг не топил.

— Воевода Ишер, вам письмо, — управляющий протянул сложенный пергамент. — Принесли около двух гонгов назад. Просили передать. Завтра утром посыльный готов забрать ответ.

Я взял, развернул. Почерк был мелкий, аккуратный, явно женский. Пробежав глазами до конца письма, я увидел подпись Меоли. Девушка предлагала встретиться в Гильдии Наёмников послезавтра, чтобы обсудить наше общее дело и подготовку к нему.

Пока читал, заметил, что Парву тоже передали записку, но не управляющий, а один из царских стражников. Сотрудник тайной службы распечатал конверт и с сосредоточенным видом вчитался в текст. Закончив, он дошёл до горящего на первом этаже очага и бросил туда и само послание, и конверт.

Я попросил у служащих «Венценосного» писчие принадлежности. Быстро набросав ответ Меоли, запечатал письмо и велел утром отдать посыльному.

— Ишер, — произнёс тихо Парв, подойдя вплотную, — Сегодня ночью тебе надо ехать. Встреча, о которой ты просил у царя.

Я не сразу понял, о чём он. А затем память услужливо подкинула: да, я просил царя организовать встречу с главами Чёрного Братства.

«Медальоны их возьми! — тут же посоветовала Вечное Дитя. — Если будут артачиться, выложи их на стол, а дальше я сама разберусь».

«Понял, сделаю», — пообещал я мысленно, а вслух у Парва спросил:

— Когда? Где?

— Через пару гонгов подадут возок. Поедешь один, без спутников. Верховный будет на месте.

— Ты не поедешь? — уточнил я.

— Это дело тайной службы не касается, — ответил Парв. — Да и на встречу меня не пустят. Езжай один.

— Куда собрался? — спросил подошедший и услышавший конец фразы Ситранис.

— На встречу, о которой просил царя, — признался я.

— А-а-а… Понятно, — кивнул регой, но спорить, к счастью, не рискнул.

Вначале я поднялся в свою комнату. Воды в купальне не было, зато имелся большой горшок с водой, которого хватило, чтобы ополоснуться. Одежду я сменил: всё-таки на важные встречи стоит являться в чистом. Чёрные Братья меня волновали мало, а вот перед царём грязным не хотелось бы являться. Доспех я протёр от пыли тряпицей, чтобы блестел. Щит и топор тоже прихватил: кто знает, как оно всё на месте повернётся.

Пока ждал возка, успел во второй раз поужинать. И даже немного подремал, а затем ко мне поднялись царские стражники и пригласили следовать за ними.

Ситранис и Гвел ждали в холле. Я обещал вернуться утром и напомнил, что делать, если не вернусь. Собственно, мы с ними предварительно обговаривали план на случай, если меня убьют. Главным было вытащить моё золото до того, как в Царской Казне узнают про смерть. Что могло стать проблемой, с учётом присутствия царя на предстоявшей встрече.