Я умирать не собирался, конечно. Да и Вечное Дитя грозила меня не принять, пока дела не закончу. Однако лучше быть готовым к любому исходу.

Возок стоял у бокового выхода. Тёмный, без гербов, с плотными занавесями. Возница был под стать: угрюмый, в надвинутом капюшоне. Я молча забрался внутрь, и мы тронулись.

Ехали долго. Сначала по главным улицам, затем свернули и запетляли. В щели окна мелькали стены, заборы, тёмные вывески лавок. Раз я услышал окрик стражи, но возок не остановился. И, кстати, судя по тому, что я видел в окно, ехали мы в сторону порта.

Улицы здесь были более узкими и грязными. Из редких окон сочился мутный свет. Людей даже ночью на улицах хватало, и не то чтобы трезвых. Но мы, похоже, направлялись ещё дальше. В самую глушь. Как только царь сюда решил выбраться?

Наконец, возок замедлился, а потом и вовсе остановился. Я вышел. Вокруг уже стояло несколько таких же тёмных возков. Рядом с ними и по периметру — множество царских стражников. Мы находились в каком-то тёмном дворе, зажатом с трёх сторон портовыми складами. Прямо классическое место встречи с классическими же душегубами.

Загаритванис Первый выглядел здесь крайне неуместно. Царь стоял в окружении стражи и, подзывая, приветливо махал мне рукой. Облачён он был в простой тёмный плащ, но держался так, что и без короны угадывался статус.

— Верховный, — коротко поздоровался я.

— Ишер. Рад, что ты успел приехать, — царь говорил негромко, но отчётливо. — Нам удалось прижать Чёрное Братство через их торговые дома. Они согласились на встречу, чтобы обсудить мои требования.

— Мне сказали, внутрь пойдём я и ты, — я посмотрел ему в глаза. — Это правда?

— Да. Вначале они согласились на две триосмии охраны, но потом узнали про тебя… — царь усмехнулся. — Из-за тебя я не могу взять с собой больше пяти охранников.

— Не слишком ли рискованно? — спросил я.

— Слушай, ну только дурак будет меня сейчас убивать! — спокойно пояснил царь. — После такого их сожрут даже старшие семьи. За себя я особо не опасаюсь. Но в любом случае, моя безопасность, Ишер, сегодня на твоей совести.

— Сделаю всё, чтобы мы выбрались живыми, — пообещал я.

Царь кивнул. Ждать пришлось недолго. Меньше чаши спустя из темноты между складами появилась фигура. Обычный человек, в чёрном, без видимого оружия. Приблизившись, он встал на границе света от ближайшего фонаря.

— Следуйте за мной, — сказал он тихо и, тут же развернувшись, скользнул обратно.

Царь первым шагнул вперёд, в темноту, я — рядом с ним. А следом шли пятеро царских стражников. В былые времена царь бы на такую встречу регоев взял. А вот в нынешние, видимо, мало кому мог доверить спину.

Шли по темноте долго. Впереди покачивался, как маятник, единственный светильник, и тот в руке убийцы. Слабый круг света выхватывал из мрака то щербатую стену, то груду старых канатов, то матово блестящую лужу. Для меня с моим амулетом тьма быстро отступила, однако и мир стал чёрно-белым. Зато видел я, в итоге, куда больше, чем предполагалось.

И что могу сказать? Мы шли в окружении убийц, которых хватало, куда ни скоси взгляд. Как минимум, они контролировали всю местность вокруг, не подпуская чужаков к месту переговоров. Я успел насчитать несколько десятков членов Чёрного Братства. С учётом их навыков, можно было не сомневаться: здесь и две триосмии царской стражи не помогли бы.

Наконец, мы пришли к какому-то зданию. Отодвинув тяжёлую створку, провожатый пропустил нас внутрь. Сам зашёл следом. Судя по тому, что я увидел, мы попали в один из портовых складов.

Внутри было пусто. Никаких товаров, полок и ящиков. Одна лишь гулкая тишина и запах влажноватой пыли. Только в самом центре склада виднелся стол: грубо сколоченный, зато крепкий. С одной стороны — два стула. С другой — пять. На столе горела масляная лампа, дававшая немного света.

Провожатый указал на два стула с ближайшей стороны:

— Садитесь.

Мы сели. Царь держал спину прямо, руки сложив на столе. Выглядел он таким же спокойным и уверенным, как и в своём собственном дворце. Отличная выдержка, надо сказать.

Вскоре дверь снова открылась. Вошли пятеро. Все в тёмных плащах до пола, прятавших особенности фигуры, и в бронзовых масках, скрывавших лица. Они заняли пять стульев напротив меня и царя. Первым заговорил тот, что в центре. Судя по голосу, мужчина. А вот возраст определить было сложно. Бронзовая маска искажала звук.

— Итак, царь… — голос его был глухим, лишённым эмоций. — Зачем ты запретил торговым домам забирать золото?

— Вероятно, потому что эти торговые дома принадлежат преступникам, — пожал плечами царь. — А именно, убийцам.

— За всю историю существования наше Братство убило меньше людей, чем любая из старших семей, — заметил переговорщик, сидевший с правого края. — Но, тем не менее, что-то ты не спешишь лишить их золота…

— У нас есть своя казна, царь, — подтвердил убийца, сидевший слева от того, что заговорил первым. — А ты лишил денег мирных, ничего не подозревающих людей.

— Хотите сказать, главы торговых домов ничего не знали про вас? — спокойно усмехнулся царь.

— Они знали, — ответил центральный. — Или, по крайней мере, догадывались. Тем не менее, они не убийцы. Просто торговцы.

— Того, что знали, имели свою выгоду и молчали, достаточно. В том числе, чтобы забрать у них всё до последнего медяка, — возразил царь. — Однако я соглашусь… Так же, по справедливости, стоило поступить и с деньгами каждой старшей семьи. Но именно сейчас мне нужно было встретиться не со старшими семьями, а с вами.

— Зачем? — спросил центральный.

— Ответ сидит справа от меня, — царь кивнул в мою сторону. — Познакомьтесь, это воевода Ишер.

— Мы знаем в лицо заказы Братства, — покачал головой крайний слева. — Мы узнали воеводу.

— Ну раз узнали, то, вероятно, догадываетесь, чего я у вас попрошу, — поднял бровь царь.

— И мы откажемся, — ответил центральный переговорщик. — Выполнить эти заказы стало вопросом репутации, которая дороже денег.

— О-о-о-о… — царь покивал. — Значит, вы лишитесь не только золота. Вы лишитесь ещё пары деревенек под Кафалой. Как думаете, это стоит вашей репутации?

— Удивлён, что ты знаешь о них, — ответил спокойно центральный переговорщик. — Но кто успеет добраться до них раньше?

— Мне не надо до них добираться, — ответил царь. — Я просто сделаю так, что их жители будут скрываться всю оставшуюся жизнь. К слову, если вы думаете, что я знаю лишь про торговые дома и деревни, то ошибаетесь. Мои люди много интересного про вас накопали.

— Слишком громкие слова, царь, — заметил центральный. — Твоя власть меньше, чем у захудалой младшей семьи. Уничтожить нас тебе не под силу.

— Хочешь проверить, на что я способен со своими крохами власти? — царь усмехнулся. — Я ведь не начинал ещё. Только на связь с вами вышел.

— Да хоть бы и так… В любом случае, воеводе придётся умереть, — покачал головой центральный. — Слишком много наших провалов с ним связано.

— Забавно… Даже за то, что вы сейчас сидите и спорите, благодарить вам следует Ишера, — откинулся на спинку стула царь. — Если бы он со своим отрядом не закрыл прорыв демонов на левый берег Тихой в Келаане, сейчас бы Междуречье было заполнено тварями.

— Мы слышали об этом, — кивнул центральный.

— И у вас хватило совести на него заказы принять? — удивился царь, и снова его собеседники кивнули, на этот раз все пятеро. — Да вы же просто придурки…

— Наша цель — месть тем, кто вырезал семью основателей, — ответил центральный. — Мы служим только деньгам и не признаём других авторитетов. Если человечество будет уничтожено, мы будем только рады. Наша месть завершится.

Царь посмотрел на меня, а я — на него. К такому повороту оба не были готовы. Как-то привык я, что с людьми обычно есть шансы договориться. Плохо ли, хорошо ли, но можно найти точки соприкосновения.

Здесь же, похоже, говорить было не о чем. Однако царь, видно, не привык легко сдаваться. И предпринял очередную попытку: