Светлана Бармина сидела на стуле у стола Ильи. Несмотря на случившееся в ее семье горе, держалась она хорошо. На ней был строгий черный костюм, волосы собраны в аккуратный пучок, на бледное лицо она нанесла немного косметики, чтобы скрыть следы слез и бессонных ночей. Рядом с ней стояла чашка с уже остывшим чаем. Илья сидел напротив, перед ним лежал раскрытый блокнот.

– Светлана Владимировна? – удивилась Марина, проходя в кабинет и закрывая за собой дверь. – Я не ожидала вас сегодня здесь увидеть…

– Я тоже, – ответила вдова Бармина, поднимая на нее взгляд. – Но Илья Михайлович позвонил и сказал, что к финансовым отчетам компании есть вопросы, на которые без меня не ответить. И я приехала. Да и надо было хоть ненадолго отвлечься…

Марина перевела вопросительный взгляд на напарника. Илья пожал плечами:

– Я подумал, что раз мы нашли эти странные счета на медицинские услуги, то ждать до завтра – терять время. Светлана Владимировна согласилась приехать. Она единственная, кто может пролить свет на эти расходы.

Марина кивнула, убрала на полку папку с отчетом о вскрытии, сняла куртку и села за свой стол.

– Спасибо, что приехали. Это действительно может помочь.

– Я понимаю, – Светлана перевела взгляд на лежащие перед ней распечатки. – Я просмотрела те суммы, которые вы нашли. Вы правы – для строительной компании это абсолютно ненормальные расходы. Я работала с Мишей много лет, я знала все его проекты, все контракты, всех подрядчиков. – Она помедлила, потом сказала тише, будто признаваясь в чем-то: – По крайней мере, я так думала.

Светлана взяла в руки один из листов.

– Я не знаю, что это за клиники, не знаю, на что уходили такие огромные деньги. Я знала, что компания оплачивала сотрудникам ежегодную медицинскую комиссию. Но это… – Она развела руками. – Это пугает меня, честно говоря.

Марина нахмурилась:

– Скажите, а как вообще проводились эти счета? Кто их подписывал? Может кто-то из бухгалтеров мог бы пролить свет на эту загадку? В отчетах они идут как обычные расходы, но цифры – просто космические.

Светлана задумалась, теребя край листа.

– В штате компании несколько бухгалтеров. Главный бухгалтер – Григорий Степанович Рогов, он ведет всю основную отчетность. Но он человек старой закалки, с железной честностью. Миша ему доверял, да и я тоже. Если бы он что-то знал, думаю, он бы мне сказал. Чертовщина какая-то! – Она помолчала. – Я завтра утром поеду в офис и опрошу всех, кто имел доступ к этим счетам. У нас есть финансовый отдел, есть внутренний аудит. Кто-то должен знать, откуда брались эти деньги и куда они уходили.

– Чем раньше вы сможете добыть для нас какую-то информацию, тем лучше, – кивнула Марина.

Я могла бы, конечно, сегодня позвонить Григорию Степановичу, – покачала головой Светлана. – Но сегодня же воскресенье. Он человек пожилой, наверняка отдыхает с семьей. Не хотелось бы его тревожить…

– Я думаю, это вполне может подождать до завтра, – остановила ее Марина. – Светлана, скажите, а вы можете по этим счетам увидеть источник, откуда шли эти суммы? Они брались с основных счетов компании или...

– Хороший вопрос, – Светлана взяла другую распечатку, пробежала глазами по строкам. – И судя по этим транзакциям... средства шли с дополнительных счетов компании. Не с основных операционных. У нас есть несколько резервных счетов, которые использовались для крупных проектов, для гарантийных обязательств. Но эти счета... – она нахмурилась, – я их не узнаю. Похоже, Миша открыл их и не поставил меня в известность.

– То есть существовала параллельная финансовая система, о которой вы не знали, – резюмировала Марина.

– Именно так, – тихо ответила Светлана. – И я понятия не имею, что это за система и зачем она была нужна.

Марина переглянулась с Ильей. В воздухе повисла тяжелая тишина. Потом Марина повернулась к напарнику:

– Слушай, а что насчет завода Нефедова? Что, если там тоже есть такие счета?

Илья потер подбородок, припоминая:

– Мы тогда смотрели только отчетность по основным операциям. Контракты, накладные... Медицинские счета не попадались. Но я могу завтра с утра наведаться туда. Поговорить с главным бухгалтером, поднять отчеты за последние несколько лет. Если и там найдется что-то похожее...

– Это станет точкой соприкосновения, – закончила за него Марина. – Связью между Нефедовым и Барминым. Возможно, они оба использовали одну и ту же схему.

– Я тоже могу помочь вам с этим, – предложила Светлана. – Если у Нефедова была такая же система дополнительных счетов, это может быть общая структура. Четверо друзей, которые делили все на всех. Возможно, я смогу найти какие-то документы у Миши дома, какие-то записи.

– Это было бы очень полезно, Светлана Владимировна, – искренне сказала Марина. – Спасибо вам за помощь.

– Я сделаю все, чтобы найти убийцу моего мужа, – с твердостью в голосе ответила Светлана. – Чем бы Сергей с Мишей ни занимались при жизни, какие бы тайны ни скрывали, они не заслужили такой смерти. Никто не заслужил...

Она поднялась, протянула руку сначала Илье, потом Марине.

– Как только что-то узнаю, сразу позвоню вам.

– Спасибо, – Марина пожала ее ладонь. – Мы будем ждать.

Светлана накинула пальто, которое висело на спинке стула, кивнула на прощание и вышла из кабинета. Шаги ее затихли в коридоре, и только тогда Марина выдохнула, откинулась на спинку стула и прикрыла глаза.

– Голова уже идет кругом, – сказал Илья, подходя к окну. – А ведь только начало расследования.

– Знаю, – ответила Марина, открывая глаза. – Но у нас есть зацепка. Эти счета… Думаю, они нас куда-то, да выведут.

– Она неплохо держится, да? – Заметил Илья. – Я думал, будет истерика, слезы, а она – собранная. Как стальной стержень.

– У таких людей, как она, есть только два пути, – задумчиво сказала Марина. – Или сломаться, или стать жестче. Она выбрала второе.

Она помолчала, потом вспомнила:

– Я по дороге заезжала к Леониду. Он мне кое-что показал.

Илья тут же обернулся:

– И что там?

Марина пересказала ему все, что узнала от патологоанатома. Про ксилазин, про разорванные раны, про то, что Бармин был жив, когда его вешали. И про кусочек кожи под ногтями жертвы – образец ДНК, который может принадлежать убийце.

– Сейчас его исследуют, – закончила она. – Если у нас появятся подозреваемые, мы сможем сравнить.

Илья присвистнул:

– И много у нас кандидатов?

– Пока ни одного. Думаю, Шапиро и Клюев ни при чем. Они сами напуганы до чертиков. Кстати, забыла сказать. В реке под мостом нашли вещи Бармина. В том числе и телефон.

– Телефон, – присвистнул Илья. – Это хорошая новость.

– Хорошей она будет, если удастся восстановить на нем хоть какие-то данные, – пожала плечами Марина. – Убийца явно старался, чтобы Бармин замолчал навсегда. Он, как и в прошлый раз, не оставил нам следов.

Она проверила свой телефон, потерла переносицу.

– Я хочу попробовать еще раз поговорить с Клюевым.

– С Клюевым? – удивился Илья. – Мы в прошлый раз уже пробовали. Шапиро его увел прямо у нас из-под носа. Клюев готов был заговорить, но...

– Именно, – перебила Марина. – Он готов был заговорить. Он знает, что может стать следующим. И он напуган до смерти. Если мы сможем допросить его без присутствия Шапиро и Быкова, он может выложить все, что знает.

– Ты сама понимаешь, что это почти невозможно, – покачал головой Илья. – Шапиро держит его под колпаком. Они связаны. Думаю, он его уже так обработал…

– И все же… – Марина вздохнула и на секунду отвела взгляд, затем снова посмотрела на Илью. – Но я бы рискнула. Вдруг…

– Ты готова пойти против Шапиро? – Спросил Илья. – Он не простит тебе, если ты влезешь в его дела. Снова.

– Плевать мне на его прощение, – ответила Марина. – Мы с ним по разные стороны баррикад с того самого дня, как он приказал убить Кляра.

– А знаешь, – Илья встал со стула, размял затекшую спину. – Давай попробуем. Что мы теряем в самом деле? Чем черт не шутит! Поехали к Клюеву домой.