– Потому что он знает, – перебила Марина.

– Что знает?

– Он знает, что записей у нас больше нет. И пришел сейчас не поинтересоваться, как идут поиски Кляра. Он пришел узнать, что собираемся делать.

Илья нахмурился, потом посмотрел на дверь, будто видел ее насквозь.

– Ты думаешь, это он нас сдал? – спросил он тихо.

– Не знаю, – честно ответила Марина. – Но я знаю, что он нервничал. Ты видел его руки? Он никогда не держит их за спиной. И никогда не перебирает пальцами, когда спокоен.

Она помолчала, собираясь с мыслями.

– Вчера, когда нас похитили, я сомневалась. Но сейчас... Быков вел себя странно. Слишком странно.

– Ты думаешь, он продался? – Илья произнес это так, будто сам не верил в свои слова.

– Нет, – покачала головой Марина. – Не продался. Но Шапиро, как никто другой умеет давить, и Быков вынужден подчиняться.

– Шантаж? – приподнял бровь Илья, но Марина ничего не ответила, только пожала плечами.

Она бросила последний взгляд на доску. На выколотые глаза Нефедова. На лица детей. На схемы и вырезки. Что-то здесь было не так. Что-то ускользало от нее, но она не могла понять, что именно. Пока не могла.

Марина вела внедорожник по знакомой дороге за город, к дому, где жили Измайловы. Хоть уже перевалило за полдень, но солнце, к счастью, не пекло так нещадно, как предыдущие дни. Небо затянуло кучерявыми облаками, рассеянный свет лениво золотил верхушки деревьев. Илья сидел на пассажирском кресле, прокручивал в телефоне сводки с постов – безрезультатно. Машину Кляра так и не нашли.

– Как думаешь? Где он ее спрятал? – вдруг спросила Марина, не отрывая глаз от дороги.

– Кого? – Илья поднял голову от экрана.

– Черную папку. Ту, из-за которой Нефедов и приехал на завод в ту ночь.

Илья нахмурился, обдумывая.

– Ты думаешь, она у Кляра?

– Если он убил Нефедова, то должна была быть у него, – Марина бросила на него быстрый взгляд. – Но ведь папку при обыске в квартире так и не нашли. Фотографии, планы держал там, а папку, получается, нет. Где она?

– Может он знал, что за ней будут охотиться заинтересованные, так сказать, лица, – медленно проговорил Илья. – Логично, что он ее где-то спрятал. Думаешь, тот мужик, за ней приходил.

– Почти уверена, – кивнула Марина, сворачивая на проселочную дорогу. – Ну или за самим Кляром. Только тот проворнее наемника оказался. Вырубил.

– Ты думаешь, Шапиро или его люди убьют Кляра?

Марина горько усмехнулась.

– А ты сомневаешься? У него папка, в которой компромат, способный уничтожить их всех. Как только они ее найдут, ему конец. Они не оставят его в живых.

Илья помолчал, переваривая услышанное.

– Ты хочешь спасти его? – Илья повернул голову и всмотрелся в лицо напарницы.

– Он убил человека, – ответила Марина. – С особой жестокостью. И однозначно заслуживает наказания. Но я хочу понять его мотивацию.

– Племянник? – пожал плечами Илья. – По мне все очевидно.

– А по мне, совсем нет, – покачала головой Марина. – Что в той папке? Вряд ли те же финансовые махинации, что мы с тобой видели. За такое людей не казнят. Сажают – да, но не убивают. Вот я и хочу понять…

– Значит, нам нужно добраться до Кляра быстрее, чем Шапиро и его люди, – подытожил Илья.

– Ага, – подтвердила Марина. – Будем надеяться, что Ольга знает, что задумал ее брат.

– А если нет? – спросил Илья.

– Будем надеяться, что знает.

Внедорожник свернул на нужную улицу. Марина притормозила у знакомых ворот. На этот раз калитка была открыта, и они прошли во двор без стука. Федор Измайлов сидел на крыльце с кружкой чая. Рядом стояла приготовленная для покоса травы газонокосилка. Увидев следователей, он не удивился, только устало вздохнул. Выглядел он заметно лучше, чем в прошлый раз – не таким опухшим и разбитым.

– Опять вы? – спросил он без злобы. – Снова по делу Нефедова?

– Да, – ответила Марина, останавливаясь перед ним. – Нам нужно поговорить с вашей женой.

Федор поставил кружку на перила, встал.

– Она в саду. Отдыхает. Я провожу.

Он повел их через двор, мимо заросшего газона, мимо давно не крашенной беседки. Сад, когда-то ухоженный и красивый, теперь выглядел запущенным. Кое-где еще виднелись остатки клумб – пожухлые стебли пионов, разросшиеся кусты роз без обрезки. Несколько плодовых деревьев стояли с обломанными ветками. Большую часть участка покрывали заросли сорной травы, местами достигавшие пояса. Но кое-где еще угадывались следы былого великолепия – ровные рядки, очертания грядок, остатки декоративных дорожек.

Ольга сидела в плетеном кресле-коконе, укрыв ноги пледом, и смотрела куда-то вдаль – на лес, видневшийся за забором. Она не обернулась на шаги, не подала признаков, что заметила гостей. Марина и Илья подошли осторожно, чтобы не напугать. Федор замер в нескольких шагах, не решаясь приближаться.

– Здравствуйте, Ольга Борисовна, – тихо сказала Марина.

Ольга молчала. Взгляд ее был отрешенным, но ясным, не таким мутным и потерянным, как в прошлый раз. Она выглядела спокойной, даже, пожалуй, собранной.

– Мы снова здесь из-за дела Нефедова, – продолжила Марина, стараясь говорить ровно и мягко. – Теперь нас интересует ваш брат. Дмитрий.

Имя повисло в воздухе. Ольга никак не отреагировала. Марина выдержала паузу, потом продолжила, уже более четко:

– Ваш брат подозревается в убийстве Сергея Нефедова. У нас есть серьезные улики, указывающие на его причастность.

Ольга молчала. По-прежнему смотрела вдаль. Федор переминался с ноги на ногу, на его лице читалось сомнение.

Илья не выдержал.

– Может, она действительно ничего не знает? – шепнул он Марине. — Если они не общались...

– Это Федор с ним не общался, – громко сказала Марина, глядя на Федора. – Но не Ольга.

Федор вздрогнул, открыл было рот, но не сказал ничего. А Ольга наконец повернула голову и мельком посмотрела на Марину. В ее взгляде скользнуло усталое любопытство.

Марина подошла ближе, присела перед сломленной женщиной на корточки. Она глубоко вздохнула и заговорила спокойно, но твердо:

– Ольга Борисовна, я понимаю, что вам тяжело. И я не хочу причинять вам еще больше боли. Но сейчас ваш брат нуждается в защите. И если вы знаете, где он находится, вы можете его спасти.

Ольга подняла на Марину глаза, долго всматривалась в ее лицо.

– Вы хотите его защитить? – на ее лице промелькнуло удивление.

– Мы думаем, к нему в руки попала папка с компроматом… – начала Марина, но осеклась, взвешивая в уме, что стоит рассказывать родной сестре подозреваемого, а что нет. – За ней охотятся.

– Эти ублюдки не перед чем не остановятся, – поморщилась Ольга и отвернулась.

– Именно, – кивнула Марина, радуясь, что смогла подцепить собеседницу. – Я хочу разобраться в этом деле, понимаете. Но для этого ваш брат нужен нам живым.

– Дима никого не убивал! – Ольга занервничала, ее пальцы вцепились в край пледа. – Я знаю. Он не убивал!

– Улики пока работают против него, – мягко сказала Марина. – Но, если это сделал не он, я докажу. Обещаю вам! Но для этого нам нужно его найти.

– Он не убивал, – снова повторила Ольга и потрясла головой.

– Ольга Борисовна, вы – последний родной человек для вашего брата. Если вы хотите, чтобы он остался жив, вы должны помочь нам. Расскажите, где он может прятаться. Иначе до него доберутся друзья Нефедова. И тогда мы не сможем раскрыть убийство. Не сможем доказать причастность Нефедова к гибели Дениса. И тело Дмитрия мы никогда не найдем.

Она замолчала. Наступила тишина, нарушаемая только птичьим щебетом и далеким шумом трассы.

– Это бред какой-то! – Федор не выдержал и подошел ближе. – Оля ничего не знает! Мы не общаемся с ним, я же говорил! И вообще, какое отношение мы имеем к этому убийству? Оставьте нас в покое!

– Замолчи, – тихо сказала Ольга.