Императорский Дворец подавлял своим великолепием. Это был апофеоз роскоши: беломраморные колонны, золотая лепнина, парящие под потолком хрустальные люстры, источающие мягкий магический свет.

Когда Кассиан вышел из кареты и подал мне руку, я физически ощутила, как изменилась атмосфера.

Гудящая, разодетая в шелка и бархат толпа аристократов у входа внезапно стихла. Разговоры оборвались. Люди расступались перед нами, как вода перед ледоколом. В их глазах был животный, липкий страх перед Пепельным Герцогом. И жгучее, ядовитое любопытство по отношению ко мне.

Я положила ладонь на локоть Кассиана. Его мышцы под мундиром были твердыми как камень. Он шел вперед с грацией хищника, не глядя по сторонам. Я шла рядом, держа спину идеально прямо, не позволяя себе ни одного суетливого взгляда.

Мы вошли в главный бальный зал. Сотни лиц обернулись в нашу сторону.

Среди ярких, кричащих нарядов столичной знати мы с Кассианом в наших темных одеждах смотрелись как два ворона, залетевших в клетку с попугаями.

— Не отходи от меня ни на шаг, — процедил сквозь зубы Кассиан, когда к нам направился сухонький старичок с церемониальным жезлом.

— Его Светлость Кассиан Роарк, Пепельный Герцог, Главнокомандующий армиями Севера! — зычно провозгласил церемониймейстер. — И его супруга, леди… э-э… Маргарита Роарк!

По залу прокатился гул перешептываний.

— Кассиан, мальчик мой! — раздался вкрадчивый, мягкий голос.

Толпа расступилась, и к нам подошел мужчина лет пятидесяти. Он был одет в безупречный белоснежный камзол с серебряными нитями. У него были бледные, водянистые глаза и тонкие губы, растянутые в обманчиво-приветливой улыбке. От него пахло дорогим парфюмом и скрытой угрозой.

Кассиан рядом со мной напрягся так, что я услышала скрип его кожаных перчаток.

— Лорд Морван, — холодно кивнул Герцог.

Значит, вот он. Главный злодей этого мира. Серый кардинал. Выглядит как типичный банковский аудитор, который пришел сообщить вам о банкротстве.

— Как я рад, что ты почтил нас своим присутствием, — Морван перевел свой водянистый взгляд на меня. Его зрачки сузились, словно он пытался просветить меня рентгеном. — И, конечно, мы все сгорали от нетерпения увидеть твою избранницу. Леди Маргарита… странное имя. Из какой вы провинции, милая? Я не чувствую в вас магической ауры.

Он ударил сразу, без прелюдий. В высшем обществе отсутствие магии было клеймом. Толпа вокруг нас затаила дыхание, ожидая моего позора.

Я чуть склонила голову набок, изображая вежливое недоумение.

— Я из очень далеких земель, лорд Морван. Там не принято выставлять свою ауру напоказ, словно дешевый товар на ярмарке. У нас ценят интеллект и внутреннюю силу. Но я понимаю, что в провинциальных обществах свои обычаи. Я с удовольствием изучу ваши.

По залу пронесся тихий, коллективный вздох. Назвать императорский двор провинциальным обществом! Морван на секунду замер, его улыбка дрогнула, но он быстро взял себя в руки.

— Какая… острая на язык молодая леди. Император будет в восторге. Кассиан, Его Величество желает видеть тебя в Малом Совете. Немедленно.

Кассиан дернулся, его рука инстинктивно легла на эфес клинка.

— Я не оставлю жену одну в первый же день.

— Это приказ Императора, Герцог, — голос Морвана стал ледяным. — Ты ведь не собираешься нарушать субординацию? Твоей супруге ничего не угрожает. Леди Виола с удовольствием составит ей компанию.

Из-за спины Морвана, словно змея из-под камня, выплыла молодая женщина. На ней было кричаще-красное, откровенное платье, едва скрывающее пышную грудь. Роскошные светлые волосы, идеальное лицо и надменный, презрительный взгляд.

— Конечно, дядюшка, — проворковала леди Виола, обмахиваясь кружевным веером. — Я позабочусь о нашей новой гостье.

Кассиан перевел взгляд на меня. В его глазах была тревога. Он не хотел оставлять меня в этом серпентарии.

— Иди, — я легко коснулась его предплечья, демонстрируя публике нашу «близость». — Со мной все будет в порядке. Леди Виола выглядит очень дружелюбной.

Герцог стиснул челюсти, но кивнул. Бросив на Морвана и Виолу убийственный взгляд, обещающий им мучительную смерть, если со мной что-то случится, он скрылся в толпе.

Я осталась одна. Вражеское кольцо мгновенно сомкнулось.

Виола подошла ближе. За ее спиной выросли еще три хихикающие аристократки. Стая гиен почуяла свежую кровь.

— Итак, — Виола смерила мое закрытое, строгое бархатное платье уничижительным взглядом. — Значит, вот на кого Пепельный Палач променял столичных красавиц. Какая… серость. Скажи честно, милочка, чем ты его опоила? Ведь в тебе нет ни капли магии. Ты просто пустышка. Грязь под ногтями высших лордов.

Ее подружки мерзко захихикали. Люди вокруг начали придвигаться ближе, наслаждаясь зрелищем.

Я не стала краснеть. Не стала оправдываться или убегать. Я включила режим «диагностика поведения».

— Интересный феномен, — громко, четко, с идеальной академической дикцией произнесла я. Мой голос разнесся над притихшей толпой. — Вы знаете, леди Виола, в дикой природе есть один любопытный вид приматов. Павианы.

Виола поперхнулась воздухом.

— Что ты несешь, деревенщина?

— Я говорю о науке, — я сделала шаг к ней, заставив ее инстинктивно отступить. Мой рост и ровная осанка давали мне преимущество. — У самок павианов, когда они отчаянно хотят привлечь внимание альфа-самца, но не имеют для этого интеллектуальных или генетических преимуществ, начинается период демонстрации. Они покрывают себя самыми яркими, неестественными красками и издают громкие, бессмысленные звуки, чтобы компенсировать свою внутреннюю пустоту.

Я выразительно, с ног до головы, оглядела ее кричаще-красное платье и слишком глубокое декольте. Толпа аристократов внезапно затихла. Кто-то на задних рядах не выдержал и прыснул со смеху.

Лицо Виолы пошло красными пятнами.

— Да как ты смеешь! — взвизгнула она, теряя весь свой аристократический лоск. — Ты ничтожество! Ты даже не магесса! Кассиан выкинет тебя на помойку, как только наиграется! Он любил меня!

— О, так вы бывшая? — я сочувственно улыбнулась. Самой токсичной, уничтожающей улыбкой из своего арсенала. — Это все объясняет. Агрессия на почве отвержения. Это лечится, леди Виола. Вам просто нужно найти самца попроще, который не будет обращать внимания на ваши… поведенческие отклонения. А теперь извините. У вас слишком громкие вокализации, у меня от них болит голова.

Я элегантно развернулась на каблуках, собираясь отойти к столу с напитками. Виола задыхалась от ярости. Ее подружки в ужасе отшатнулись. Я только что, без капли магии, на глазах у всего императорского двора уничтожила репутацию главной столичной интриганки, смешав ее с грязью исключительно силой интеллекта и биологии.

Внезапно толпа снова расступилась. В зал вернулся Кассиан.

Он явно слышал конец нашего диалога. Его золотистые глаза мерцали странным, темным весельем, а губы были изогнуты в кривой, но искренней усмешке. Он подошел ко мне, игнорируя бьющуюся в истерике Виолу, и властно, по-хозяйски положил горячую ладонь мне на талию. От этого жеста у меня по спине пробежал табун мурашек.

— Я пропустил что-то интересное, дорогая жена? — спросил он, так громко, чтобы слышали все.

— Ничего особенного, милый, — в тон ему ответила я, опираясь на его сильное плечо. — Просто обсуждали особенности столичной фауны.

Кассиан тихо, бархатисто рассмеялся. Этот звук заставил многих аристократов вздрогнуть — они никогда не слышали, чтобы Пепельный Палач смеялся.

Заиграла музыка. Классический, тягучий вальс.

— Подаришь мне танец? — Кассиан склонился к моему уху, его дыхание обожгло мою кожу.

— Я не умею танцевать ваши бальные танцы, — честно шепнула я, глядя в его потемневшие глаза.

— Просто следуй за мной. И держись крепче.

Он вывел меня в центр зала. Его правая рука легла мне на спину, жестко прижимая к себе, а левая переплела свои пальцы с моими. В ту же секунду черные метки на наших запястьях соприкоснулись.