Я продержался два дня. Два сраных дня. И сорвался к ней.

Не могу больше. Хочу увидеть её, хотя бы издалека, и убедиться лично в том, что с ней всё в порядке, а не слушать эти байки от посторонних.

Устроил всё так, чтобы Егорка думал, что я в командировке. Начальство тоже, кстати, так думает.

И вот он я. Сижу на пляже в панамке, солнцезащитных очках, в свободном легком лонге с длинными рукавами, чтобы спрятать татушки. Сижу и смотрю, как Ева рубится в волейбол. Пускаю слюни и сдерживаю телесные порывы, ворваться в эту игру.

Не сдержался. Упс.

Ева в купальнике, даже закрытом — слишком воочленяющее зрелище. Как под гипнозом плыву за ней…

Может, всё-таки, показалось?

Повернула голову и, чуть щурясь от яркого солнца, увидела Рамзина. Лежал на боку на своем сапе, подперев голову ладонью, у бессовестно кадрил меня, стреляя карими глазами из-под козырька панамки в цветочек.

— Я тебя сейчас веслом ударю, — пригрозила, плавно присаживаясь на сапе, чтобы не перевернуться.

— Бьёт — значит любит, — спокойно ответил Макс. Тоже начал садиться.

— Бьёт — значит долбоёб.

— Ах! Как не стыдно?! Учительница!

— Я в отпуске. И не смей мне его портить, — взяла в руки весло и начала грести в сторону берега.

— Я скучал, — донеслось мне в спину.

Мурашки побежали по коже. Сама едва не ляпнула в ответ, что тоже по нему скучала. Отвратительное признание от всё ещё замужней девушки, но факт есть факт — мне не хватало этого засранца.

Признаться ему в этом — фигушки.

Пока двигалась в сторону берега, гордо держа осанку, почувствовала на разогретой коже спины холодные капли.

Обернулась и сильно захотелось ударить веслом по довольной моське Макса. Он даже не попытался сделать вид, что это не он в меня брызгает. Наоборот — он специально погрузил руку в воду и брызнул в меня уже от души.

— Офигел?! — возмутилась я.

Главное — не лыбиться.

— Плавать умеешь?

— Умею. И что?

— Тогда держись, — широко улыбнулся Макс. — Сейчас ты будешь мокренькая. Хотя, думаю, что ты уже…

Снял панамку и нырнул в воду. Прямо под мой сап.

Я успела лишь взвизгнуть, когда доска подо мной поднялась, а я оказалась в воде.

Вынырнула, закинула на доску весло и стала взглядом искать этого долбаного ихтиандра, который куда-то исчез. Вода ровная, гладкая, и ни одной татуированной морды над ней нет.

Неужели утоп мне на радость?

Кружила на месте, держась одной рукой за доску. Постепенно нарастало чувство паники.

Я-то плавать умею, а Макс?

— Эй! Ты где? — позвала я. — Если утонул, я тебя убью!

Ног что-то коснулось — самое отвратительное, что можно почувствовать в воде.

Изрекла что-то типа «ыауыа!», стараясь отогнать это что-то под водой подальше.

Надеюсь, что просто нерпа или омуль. Но всё равно неприятно.

— Максим! — позвала я, уже начиная переживать за него по-крупному. — Это не смешно!

Крупно вздрогнула и снова взвизгнула. Но мгновенно успокоилась, когда из воды, обняв меня за талию, показался Максим.

Мокрый и счастливый.

Облегченно выдохнула, хоть сердце и барабанило до сих пор в груди.

— Испугалась? — произнёс он с улыбкой, убирая ладонью капли воды с лица.

— Быстро ты, — хмыкнула, убирая влажные волосы с его лба. — Я даже порадоваться толком не успела.

— Я бы и дольше любовался твоей задницей под водой, но отпуск короткий, а у меня ещё слишком много на тебя планов.

— Планов? На меня? — я повела бровью и заглянула в его глаза.

Мне бы взбрыкнуть, чтобы он перестал обнимать меня под водой, но от того, что он здесь, он рядом, становилось спокойнее и легче. Будто он моя стена, моя опора. Я даже не пыталась держаться на плаву — нас держал Макс, пока я грела ладони на его широких татуированных плечах.

— На тебя. На нас. Ты забыла про наших копчиков?

— Помню. Только на байкальских горных дорогах их, наверняка, вытряхнуло из твоего защёчья.

— Не боись. Я ехал сюда, брутально сжав челюсти. Так что все копчики будут вытрахнуты в тебя.

— Угу, — протянула я, видя, как с большой земли на гидроциклах к нам спешат Савва и Лука. Видимо, услышали мои крики и увидели, что рядом со мной кто-то есть, а я не на сапе. — Не хочу тебя расстраивать, но похоже, сейчас вытрахнут будешь ты.

Взглядом указала на приближающихся к нам братьев.

Забавно, но Макс отпустил меня только для того, чтобы развернуться лицом к опасности и спрятать меня за своей спиной.

Приятно, чёрт возьми…

— Мальчики, вопросики? — спросил Максим моих братьев, которые остановились рядом с нами, при этом едва не захлестнув нас волнами из-под моторов.

— Хуёсики, — рыкнула Савва. — Ты кто такой?

— Сладкий запретный плод для Евы, — ну хоть бы приличия ради испугался.

— Ев, ты его знаешь? — обратился ко мне Лука, продолжая настороженно поглядывать на Макса.

— К сожалению, да, — вздохнула я. Видя по лицам братьев, что вопросов меньше не стало, я спокойно добавила. — Всё нормально. Он… безобидный.

— Ну, как сказать? — хмыкнул Макс с лёгкими угрожающими нотками в голосе. — Могу быть и обидным. Вы, кстати, кто такие?

— Мои братья. Лука и Савва.

— Лука, Савва, Ева… Родители с выдумкой. Молодцы. У меня, кстати, тоже брат здесь. На песочке загорает, — Максим кивнул в сторону берега. — Мы, не такие пафосные. Просто Макс и Матвейка, но, надрать вам задницу в волейболе точно сможем. Как раз видел, что вы играете как девчонки. Наверное, потому что с девчонками играли?

— Ты ещё скажи, кто спит с девчонками, тот сам девчонка, — хмурился Лука.

— Ну, это святое, — вот паршивец! — Зарубимся два на два?

Мои братишки переглянулись. Молча порешали, что можно и зарубиться.

— Только не плакай потом, — изрёк Савва. — Встретимся на берегу.

— Ев, садись. До берега подброшу, — Лука пригласил сесть к нему на гидроцикл.

— Я сама доберусь. Заодно обсохну.

— Ну, как знаешь.

— А меня подбросишь? — Максим, похоже, ни дня прожить не может, никого не подёргав за нервные окончания.

— Подброшу, — кивнул Лука. — Чтобы опрокинуть. Давай, встретимся на берегу. Матвейку свою захватить не забудь.

Братья вернулись в берегу.

Я подождала, когда волны после них утихнут и стала взбираться на сап.

Макс не был бы Максом, если бы не стал мне помогать, очень старательно поддерживая мою задницу обеими ладонями.

— Я тебя сейчас веслом прибью, — рычала я, отбрыкиваясь от него.

— Только если обещаешь потом откачивать меня рот в рот. С языком. Очень эффективная техника…

— Боже! Отвали.

Я направилась к берегу. Макс, довольно быстро забравшись на свой сап, последовал за мной.

— Кстати, я реально скучал, — говорил он, нагоняя меня.

— Охотно верю.

— Слышу же, что нихрена не веришь. Ну, ничего. Я тебе сегодня вечером подробно расскажу и пару раз покажу, как сильно и без тебя тосковал.

— Не надо мне ничего показывать.

— Надо. У меня уже всё готово. Кстати, а реально — как со стояком играть в волейбол. Да ещё с твоими братьями. Неловко как-то. Нахрена им эти комплексы? Психолога потом оплачивать опять же…

— У тебя речевой аппарат на солнечных батарейках работает?

— Если что, мой язык и без солнечного света работает отменно.

— Отвали, — я отвернулась от него, пряча улыбку.

Мы подплыли к берегу, где мои братья уже разминались, а родители с любопытством смотрели на Макса, который — что удивительно — молча помог мне слезть с сапа и даже затащил его на берег.

— Сейчас я прихвачу своего старшенького. Не скучай, — он отправил мне воздушный поцелуйчик и как шкодливый пацан пошёл по пляжу. Остановился, кстати, недалеко от места, где отдыхала вся моя семья.

На песке перед ним лежала парочка.

Максим что-то им сказал, и от парочки вверх сразу поднялась рука с фигой. Женская.