Именно там могли находиться нужные нам сведения.

— Он успел подать возражение? — спросила я.

— В семь пятьдесят три.

— А Кайден заморозил фонд в восемь одиннадцать.

— Да.

— Они разговаривали между этими двумя событиями?

Альма посмотрела на меня.

— Это вопрос к ним.

— Знаю.

Я положила лист.

На другом конце стола сидел банковский представитель. Перед ним лежала закрытая металлическая коробка с оригиналами платежных поручений.

Сегодня нам не требовалось забирать весь архив кампании.

Пока достаточно было проверить конкретный перевод ФХ-11.

Деньги, которые прошли через «Керн и Восс», затем оказались в книгах «Северного тракта» и совпали по времени с выплатами людям Тарса.

Если банковский оригинал подтвердит источник, цепочка станет намного крепче.

Альма села.

— Судья разрешил посмотреть платежи, связанные с ФХ-11 и еще шестью номерами из тех же недель. Никакой личной переписки, никаких списков пожертвований, если они не связаны с переводами.

— Эдрик знает условия?

— Теперь да.

— И все равно возражает?

— Все равно.

Мне не нравилось, как это выглядело.

Но внешний вид был еще не доказательством.

Эдрик мог искренне считать, что комиссия использует расследование как предлог залезть в политические книги.

Особенно после открытых слушаний.

Особенно когда я работала по контракту Рейда.

Особенно когда весь Север уже превратил нас в удобную историю.

— Кайден придет?

— Да.

— Эдрик?

Альма посмотрела на часы.

— Обязан.

В девять десять дверь открылась.

Первым вошел Эдрик.

За ним Кайден.

Они не разговаривали.

Даже не смотрели друг на друга.

И вот это сказало больше, чем любой спор в коридоре.

Кайден был в обычном деловом костюме без гербовой ленты. Эдрик, напротив, выглядел безупречно: темный сюртук, серебряный знак старшего советника, идеально застегнутый ворот.

Он увидел меня.

— Нора.

— Доброе утро.

— Не уверен.

— Тогда просто утро.

Раньше он бы улыбнулся.

Сегодня нет.

Кайден сел напротив Альмы.

Эдрик остался стоять.

— До начала я хочу официально зафиксировать возражение против широты финансового запроса.

Альма спокойно ответила:

— Возражение уже зарегистрировано.

— Тогда еще одно.

— Если оно другое.

— Оно конкретнее. Комиссия не имеет права рассматривать движение средств, не связанных напрямую с нападениями.

— Поэтому рассматриваем только семь кодов, связанных с компаниями, которые уже фигурируют в расследовании.

— Связь с компаниями не означает связь с преступлением.

— Согласна.

Эдрик остановился.

Похоже, ожидал спора.

Альма продолжила:

— Именно поэтому мы смотрим платежи, а не объявляем их преступными.

Он перевел взгляд на меня.

— И технический консультант Черного Яра будет видеть финансовые книги кампании Харта?

Я ответила сама:

— Только те платежи, которые разрешил судья.

— У тебя нет финансовой должности.

— У меня есть поручение проследить связь между резервными перемещениями и транспортными расходами.

— От Морна.

— От комиссии.

Эдрик усмехнулся.

— Очень удобное различие.

Я почувствовала раздражение, но удержала тон.

— Если считаете мое участие конфликтом, можете требовать исключить мои выводы из итогового финансового заключения. Его все равно подпишет Альма.

— Именно этого я и хочу.

Альма посмотрела.

— Хорошо.

Эдрик явно не ожидал.

Она взяла лист.

— Запишем. Нора Вейл участвует в технической сверке кодов и маршрутов, но не подтверждает происхождение средств и не подписывает финансовый вывод. Подходит?

Он помолчал.

— Да.

— Тогда конфликт снят в той части, которую можно снять процедурой.

Кайден все это время молчал.

Я заметила.

Раньше он обязательно вмешался бы, если Эдрик спорил со мной слишком жестко.

Сегодня не вмешался.

Не потому, что ему все равно.

Потому что мы обсуждали официальную проверку, а не мою защиту.

Я неожиданно была за это благодарна.

Альма повернулась к банковскому представителю.

— Открывайте.

Металлический замок щелкнул.

Внутри лежали семь конвертов.

Каждый запечатан банковской печатью после снятия копии.

ФХ-11 находился третьим.

Представитель достал.

— Платежное поручение номер восемьсот четырнадцать. Дата...

Дата совпадала.

За четыре дня до второго нападения.

— Плательщик: Предвыборный фонд Кайдена Харта.

Никакого сюрприза.

Мы уже ожидали.

— Получатель: торговый дом «Керн и Восс».

Сумма.

Крупная.

Не огромная для кампании такого масштаба.

Но достаточная, чтобы закрыть несколько десятков выплат Тарсу.

— Основание?

Банковский представитель прочитал:

— «Закупка металлических компонентов, срочное логистическое обеспечение программы совместной готовности».

Я посмотрела на пакет Лиссы в памяти.

Список железа.

Наконечники стрел.

Закрытая поставка.

— Кто подписал поручение? — спросила Альма.

Мужчина перевернул лист.

На первой строке:

главный казначей кампании.

На второй:

ответственный политический распорядитель.

Эдрик Харт.

Никакой подписи Кайдена.

В комнате стало тихо.

Эдрик даже не моргнул.

— Я подписывал сотни платежей.

Альма спросила:

— Помните этот?

— Нет.

— Сумма выше вашего обычного лимита.

— Поэтому и требовалась моя подпись.

— Основание проверяли?

— Казначей проверяет договор.

— Вы нет?

— Я проверяю категорию расходов и наличие утвержденного бюджета.

— Кто утвердил бюджет?

Эдрик указал взглядом на Кайдена.

— Кандидат.

Альма повернулась.

— Господин Харт?

Кайден ответил:

— Я утверждал общий лимит программы.

— Конкретно эту закупку?

— Не помню.

Эдрик вмешался:

— Потому что не обязан помнить каждый платеж.

— Я отвечаю сам, — сказал Кайден.

Голос был тихий.

Но Эдрик замолчал.

Кайден посмотрел на поручение.

— Общий бюджет программы я подписал. Внутри него расходы распределял казначей вместе с Эдриком. Большие суммы могли проходить через мой кабинет только если превышали предел, установленный для управляющего фонда.

Альма спросила:

— Этот превышал?

Казначейский представитель сверил документ.

— Нет.

— Значит, Кайден не должен был видеть.

— Формально нет.

Я смотрела на Эдрика.

Нельзя было делать вывод только по одному платежу.

Но теперь впервые появился документ, который не просто вел к его секретариату.

Под ним стояла его личная подпись.

— Следующий, — сказала Альма.

ФХ-08.

Получатель:

«Керн и Восс».

Основание похожее.

Подпись:

казначей.

Эдрик.

Третий.

ФХ-14.

Получатель:

«Северный тракт».

Основание:

«Компенсация срочного транспортного риска».

Подпись:

только главный казначей, потому что сумма меньше лимита.

Четвертый.

ФХ-17.

«Керн и Восс».

Опять Эдрик.

Пятый.

Другой поставщик.

Не связан с нападениями.

Нормальный договор.

Шестой.

«Северный тракт».

Снова транспортный риск.

Седьмой.

Обычная аренда помещений.

Картина не получилась красивой и полной.

Так почти никогда не бывает с настоящими финансовыми книгами.

Но три из семи подозрительных платежей лично подтверждал Эдрик.

Еще два шли в компанию, которая выплачивала деньги людям Тарса.

— Теперь договора, — сказала Альма.

Эдрик холодно ответил:

— Их выдача находится под моим возражением.

— Банковские платежи уже подтверждены.

— А договоры содержат политические условия.